Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том II - Александр «Писатель» Савицкий

поливала огнем из автоматов и пулемета позиции украинцев. Мы могли только наблюдать за передвижением наших групп и быть начеку, чтобы отсечь возможный контрнаступ со стороны противника.

Вторая трехэтажка находилась дальше на север от второй «Ешки» и стояла к ней слепым торцом, в котором не было ни одного окна. Именно поэтому ее решили штурмовать группой со второй «Ешки». Между «Е-2» и «Е-3» находилось большое футбольное поле, куда раньше хохлы выгоняли танк. Пока минометы и группы прикрытия наваливали по дому, наши штурмовики перебежали через поле и подобрались к дому. Я сидел и наблюдал за происходящим с третьего этажа. Это было похоже на документальные фильмы времен Великой Отечественной войны, которые я в детстве смотрел по телевизору. «Давай! Давай! Быстрее, пацаны!» — мысленно переживал я за них, болея как за футбольную команду, которая рвалась к воротам противника. Украинские военные засели в подвале дома и интенсивно отстреливались. Я видел, как наши пацаны стали возиться с каким-то рюкзаком, потом один из них ловко пробрался к окошку в подвале, закинул туда рюкзак и со всех ног побежал назад. Позади него раздался сильный взрыв, из подвала наружу вырвались гейзеры огня, перемешанные с дымом и осколками бетона. «Пиздец им там всем!» — думал я, восхищенно глядя на работу пацанов. Маленькие зеленые человечки посовещались и выслали вперед двух бойцов, которые, подобравшись к торцу здания, прикрепили к плите заряд и отбежали в разные стороны. Опять раздался взрыв, и в плите дома образовалась брешь. Тут же все бойцы вскочили и побежали к ней.

— Отлично работают, — прокомментировал их действия Власть, сидевший рядом.

— По-спецназовски в здание входят, — поддержал его Рамэно.

Группа через пролом вошла в здание и быстро зачистила его, добив тех хохлов, что были в подвале. Справа от этих двух домов находился частный сектор, в котором воевали группы Евмара. А слева, за дорогой, находилась газовая заправка и соляная база, занятые противником. Нашим группам оставалось еще взять небольшое здание, похожее на школу, одну самую крайнюю высотку, которая торчала над остальными домами, и гаражи. Дальше на севере находился частный сектор, зажатый между 1-ым Советским и Малым Троицким переулками, разбитый параллельно идущими дорогами на три почти равных участка.

По рации я слышал, как на эту одноэтажную школу пошла моя бывшая группа под командованием Резона. «Удачи вам, пацаны!» — думал я и переживал за них. Здесь, на своей позиции, я вдруг понял, что сидеть и ждать, наблюдая, как работают другие, тоже непросто. С одной стороны, я понимал, что мы выполняем важную задачу и прикрываем наступающие группы, но с другой, мне хотелось оказаться там, вместе с ними, где все динамично и понятно. Где можно просто выполнять поставленные задачи и идти вперед, а не быть немым свидетелем того, как штурмуют и попадают под огонь другие.

Группа Резона вошла в школу, зачистила ее и отбила накат хохлов, которые пытались забрать ее обратно. После этого, почти без потерь, наши забрали и последнее здание с гаражами и выровняли фронт по Малому Троицкому переулку. Весь сектор был зачищен. Почти в это же время штурмовики третьего взвода под командованием Констебля стали атаковать газовую заправку, а мы прикрывать их огнем с пятиэтажки.

— Смотри, смотри, Изер! Хохол по дороге бежит в тулупе! — стал показывать мне Рамэно на удирающего украинца. — Что делаем?

— Валим, конечно!

Мы взяли его на мушку и в два ствола стали стрелять по нему. Хохол заметался по дороге и упал.

— Есть? — посмотрел на меня Рамэно.

— Наверное.

Украинский солдат, сваленный нами, вдруг подскочил и побежал, путаясь в своем кожухе, вдоль дороги в сторону трехэтажки, занятой группой Маркьята.

— Маркьят — Изеру? — вышел я по рации. — Там к вам хохол подраненный бежит по дороге. Встречайте.

Мы выпустили по нему еще по очереди, в этот же момент по нему стали стрелять из трехэтажки. Украинца отбросило назад. Широко разбросав руки, он упал и остался лежать у края дороги.

— Готов, — посмотрел на меня Рамэно.

— Что, первый раз? — посмотрел я на него и вспомнил, как расспрашивал Чернухана, убивал ли он уже людей.

— Так, что бы все видеть, — впервые, — кивнул Рамэно. — Может, это не я его?

— Может, и не ты, — кивнул я.

Вечером к нам передислоцировалась группа эвакуации, чтобы быть поближе к передку, а моих дедов забрали дальше, в группу, которой стал командовать Урусовец. Я попрощался с ними, пожелал им удачи и остался на пятиэтажке вместе с Юнайтином. Из всех, с кем мы заходили сюда, остались только мы двое. Гонг по-прежнему руководил всеми, отдавая приказы либо лично группам, либо передавая их через командиров направлений: Евмара, руководившего правым флангом и Тельника, командовавшего левым флангом. Флир руководил артиллерией и тяжеляками. Но в основном мы слушали батю Гонга и напрямую получали от него команды.

Наши пятиэтажки уже считались тыловыми позициями, куда постепенно стали подтягиваться штабы, чтобы быть поближе к передовой. Подвалы в них были хорошие — лучших позиций для групп эвакуации и всех остальных было трудно придумать. Их местоположение и расположение с юга на север уменьшали возможность обстрела, и это давало дополнительное преимущество тем, кто в них находился. После продвижения третьего взвода, они тоже перенесли свой штаб в подвал средней пятиэтажки, где находились и наши подразделения.

Дальше нашему взводу предстояла зачистка частного сектора и промки, где располагалось несколько небольших предприятий. Наши группы уже зачистили часть домов в частнике и продолжали выдавливать противника дальше в сторону дамбы. Мы с Юнайтином все еще сидели в пятиэтажке, держали западную сторону и наблюдали за тем, как трешка, захватив позицию «Остров», делала попытки продвинуться дальше.

— Юнайтин — Тельнику?

— На связи.

— Бери Изера и приходи на мою трехэтажку. Пора вам двигаться дальше. Гонг сказал: «Нечего таким серьезным мужчинам, как шляпам, сидеть в тылу».

— Есть! — обрадовались мы.

Быстро подмотав свои вещи, мы перебежали в дом, где располагался со своей группой Тельник. Дом был раздолбанный, но с хорошим подвалом, где они и закрепились.

— Привет! — поприветствовали нас Тельник и Пикша. — Короче, собирайте группу и выдвигайтесь вот сюда, к маслобойке. Тут линия домов, которые нужно дочистить. Одной группы Урусовца не хватает. Пойдете рядом с ними, — поставил нам задачу Тельник.

— Отлично, — обрадовался Юнайтин, — а то мы уже заскучали.

В группу к нам попал Оптима — спецназовец с боевым опытом, воевавший в Чечне. Он был среднего роста и крепкого телосложения. По натуре он был добрым и надежным, и мы с ним быстро нашли общий язык. Он знал,