Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том II - Александр «Писатель» Савицкий

— Ты откуда? — поинтересовался я у одного из них.

— С Новосиба. А сидел в другом регионе.

— Ну, это похер, на самом деле. Скоро пойдем в штурм, тебе нужно подготовиться, — решил я подучить его, чтобы он не совершил тех ошибок, которые делали все мы в начале своей карьеры. — Во-первых, смотри за нами и повторяй то, что будем делать мы. Вперед не ломись, — начал я перечислять ему типичные ошибки, которые сам допускал вначале. — Девять магазинов у тебя должно висеть на разгрузке! Минимум! Можешь запихнуть больше — запихивай. И россыпью набивай столько патронов, сколько сможешь унести.

— Ясно, — хлопал он глазами, делая вид, что ему не страшно.

— Главное — вода и БК! Мы пойдем работать тремя тройками. Две штурмуют, третья на прикрытии, у нее больше всего БК, чтобы нас пополнять, — посмотрел я на него. — Тебя, скорее всего, поставят в третью, так что, может, еще больше придется нести.

— Понял.

— Смотри на меня. Видишь, на мне нет ничего хохлячьего? Тут, в домах, часто бывают путаницы, если ты начнешь на себя напяливать что-то трофейное, тебя могут и свои ебнуть. Понимаешь? Особенно ночью.

— Фаберже, не грузи пацана, — улыбнулся Мон, подходя к нам. — Гранаты кидать умеешь?

— Немного…

— Так не бывает. Тут ты или умеешь, или нет. Пошли, потренируемся.

Мы выдвинулись к крайнему окну, на всякий случай выглянув в него, и проследили, чтобы под окнами никто не ползал.

— Давай, вставляй запал. И кидай в ту сторону.

Молодой быстро приготовил две гранаты и одну за другой закинул их в сторону одиноко стоявших гаражей.

— Кто гранаты в поле кидает? — тут же ожила рация.

— Прием. Штатная тренировка с пополнением, — вышел я на связь с неизвестной группой.

— Блять! Смотрите по сторонам. Мы тут к вам бензин тащим!

— Повезло вам, что мы в вас не попали. Давай, заходите.

Еще несколько дней мы сидели и ждали, когда третий взвод возьмет газовую заправку и сользавод, чтобы выровнять с нами фронт. За трешкой я следил с самого начала, потому что первое время был на позициях Сапалера, где наблюдал за их работой. Дольше всего тогда они толкались в районе заправки «Параллель», со стороны которой мы заходили в первую двухэтажку. После того, как мы закрепились в домах, наша группа регулярно прикрывала их с фланга, насыпая по противнику из стрелкового оружия и гранатометов. Ребята из третьего взвода несли сумасшедшие потери, но продолжали двигаться по своим полям.

Вечером нас курсанули, что завтра мы идем в штурм, чтобы забрать дома, стоящие севернее «Ешек». За то время, что мы сидели на этой позиции, мы пристрелялись, посмотрели местность, расставили пулеметы и были готовы утром выдвигаться.

— Поддержите огнем, пацаны, — попросил Тельник перед тем, как мы стартанули.

— Легко, — ответил Магнус, и уже через пару малых по ближней трехэтажке уже летели мины и заряды от АГС.

Следом заработал крупнокалиберный пулемет, прошивая хлипкие кирпичные стены почти насквозь. Наши пацаны стали стрелять со всех близлежащих домов из автоматов и РПГ. Дом, который был целью, словно в вестерне, потонул в грохоте разрывов. Пули, гранаты и мины буквально разрывали его на части и снаружи, и внутри.

Первыми на штурм должны были идти два наших ДРГэшника: Сирота и Нефрил. Сирота был заторможенным и постоянно попадал в нелепые ситуации. Он сильно напоминал мне бравого солдата Швейка: простота, граничившая с глупостью, ставила его жизнь под угрозу. Между позициями он обычно передвигался спокойным шагом, не утруждая себя пригибаться и бегать. Однажды ему уже прилетела пуля в голову и, если бы не каска, которая спасла его, он давно бы уехал домой в пакете. На все наши замечания, он тут же отвечал: «Да, хорошо» и продолжал вести себя так же, как и до этого. Нефрил, в отличие от него, наоборот, был очень тревожным, и при малейшем шорохе тут же вызывал авиацию для поддержки нашего взвода. «Это Нефрил. На нас идет накат! Вызываю авиацию! Вызываю авиацию!» — без тени сомнения и юмора вышел он в эфир, когда первый раз попал на фишку, чем вызвал сложные, трудно переносимые чувства у Гавроша и Гонга. Исполнив свой трюк с авиацией несколько раз, он был отправлен к нам на перевоспитание.

Это была удивительная парочка, которая выполняла роль передового пикета; звезды сложились в созвездия, и судьба соединила своими невидимыми нитями инфантильного Сироту и гипертревожного, поплавленного «солью» Нефрила. Пока наши долбили по трехэтажке, не давая украинцам высунуться, Нефрил первым выскочил из подъезда и, петляя, побежал в ее сторону. Следом, не спеша, как джентльмен, прогуливающийся по набережной Темзы с автоматом вместо трости, из подъезда вышел Сирота, и также не спеша пошел вслед за Нефрилом.

— А что, так можно было? — вслух спросил я самого себя, глядя на это чудо.

— В прошлый раз три трехсотых было, когда мы пытались зайти, а тут… — не меньше моего удивился Мон.

— Ни одного выстрела.

— Реально дуракам везет? — уставился он на меня.

— Мне не повезет, точно, — помотал я головой.

Нефрил первым добежал до торца трехэтажки и стал контролить угол, простреливая из-за него пространство перед подъездами. Сирота, дойдя до Нефрила, взял под контроль второй угол, не давая противнику высунуться.

— Погнали, пацаны! — отдал приказ Тельник, и мы ломанулись двумя группами к дому.

Добежав до торца здания, мы, как планировали, проделали в глухой стене пролом при помощи пластида и заскочили внутрь. В здании сидели обычные вэсэушники, и большого сопротивления не было. После короткой, по меркам войны, перестрелки, они забрали своего трехсотого, оставили нам пару двухсотых и отступили на одноэтажную школу. Мы быстро разбили дом на сектора, и каждый из нас встал на свое место «согласно купленным билетам».

— Как здесь красиво! — стоя во весь рост у окна, нараспев произнес Сирота.

— Нихера тебя жизнь ничему не учит! — покачал я головой. — От окна отойди, придурок.

Пуля вошла в тело Сироты и он, закрутившись волчком, отлетел назад.

— Бля! Я триста… — зашипел он, стараясь заткнуть дыру в ноге, — помогите, пацаны.

— Вот, сука, придурок, — разозлился я, оттаскивая его в сторону от окна.

Не успели мы вызвать эвакуацию, как она тут же выдвинулась с пятиэтажки Балора. Командовал группой Линя. Он был очень сильный и высокий, под два метра ростом. Подбегая к нашей трехэтажке, группа попала под обстрел, и двое его пацанов получили ранения. Линя присел, взял Гессера и Личана на плечи, поднялся и побежал в сторону «Ешек». Я смотрел на его удаляющийся силуэт, а он продолжал бежать по открытке.