Крымская война на окраинах Российской империи - Алексей Васильевич Шишов

состав флота делился на бригады, каждая из которых состояла из трех экипажей. Все бригады были объединены в две флотские дивизии (4-ю и 5-ю), по три бригады в каждой дивизии. Весной 1853 года из боеготовых кораблей дивизий были сформированы 1-я и 2-я практические эскадры.

На российском юге, на Черноморье сгущались тучи, ожидание турецкой войны нарастало и становилось все яснее и яснее, что английская и французская эскадры появились в черноморских проливах не просто так. Корабли севастопольской эскадры вышли в крейсерство на Черном море: под присмотр брались побережье Анатолии и болгарское, а также кавказское побережье.

Вице-адмирал П.С. Нахимов со своей крейсерской эскадрой находился в западной части Черного моря. Здесь его нашел корвет «Калипсо», посланный из Севастополя вице-адмиралом В.А. Корниловым с новыми указаниями. Документ был датирован 18 октября 1853 года. В нем писалось:

«Только что отправил вам, любезный Павел Степанович, решительную бумагу о ваших отношениях с турками с фрегатом «Коварна», как должен послать корвет «Калипсо» остановить ваше благородное стремление поколотить басурман. Сейчас прибыл курьер от князя Меншикова, с известием, что он получил Высочайшее повеление быть до времени в оборонительном положении и потому предлагает мне принять это к исполнению.

Нечего делать, будем ждать у моря погоды. Может быть, выстрелы, происшедшие на Дунае… и Государь дозволит нам доказать Джон-Булю, что мы не забыли своего происхождения от людей, спасших Европу…

Прощайте, только что пообедал, а отправлять пора, не смотря на слабость сил. С удовольствием ожидаю с Вами встретиться, и может свалять дело вроде Наваринского. Опять предостерегаю от англичан, вам известно, как они решительны, когда дело идет об истреблении чужих кораблей поодиночке; я все опасаюсь, что они выскочат из Босфора, чтобы на нас напасть.

Душевно преданный

В. Корнилов».

…С объявлением войны русский военный флот Черного моря получил возможность открыть боевые действия раньше, чем армейские войска. И сразу же обрести успех, который был связан с викторией в синопской гавани. События же на черноморских водах развивались так.

Приказ вице-адмирала П.С. Нахимова об объявлении Россией войны Турции последовал 3 ноября 1853 года:

«Не имея возможности за крепким ветром и при большом волнении два дня передать на суда вверенного мне отряда копии с манифеста об объявлении войны Турции, я передаю их теперь.

Предлагаю гг. командирам судов приказать священникам прочесть манифест на собрании офицеров и команды.

И мое известие, что турецкий флот вышел в море в намерении занять принадлежащий нам порт Сухум-Кале (за поисками которого отправлен из Севастополя с 6 кораблями генерал-адъютант Корнилов), намерение неприятеля не может иначе исполниться, как пройдя мимо нас или дав нам сражение. В первом случае я надеюсь на бдительный надзор гг. командиров и офицеров, во втором, с божиею помощью и уверенностью в своих командирах и офицерах и командах, я надеюсь с честью принять сражение и не допустить неприятеля исполнить свое дерзкое намерение. Не распространяясь в наставлениях, я выскажу свою мысль, что, по мнению моему, в морском деле близкое расстояние от неприятеля и взаимная помощь друг другу есть лучшая тактика».

4 ноября вооруженный пароход «Бессарабия» (по приказу командующего 1-й практической эскадрой вице-адмирала П.С. Нахимова, которая находилась в крейсерстве), поставив паруса и тем самым скрыв пароходную трубу, сблизился с турецким пароходом «Маджари-Таджерет» и вторым пушечным выстрелом принудил турецкий экипаж сойти на берег. Захваченный нахимовской эскадрой неприятельский пароход стал первым призом (трофеем) Черноморского флота в Восточной (Крымской) войне.

Тем временем вице-адмирал В.С. Корнилов с эскадрой в составе 6 линейных кораблей, пароходофрегата «Владимир» и одного брига вышел к румилийскому берегу (европейская часть Турции) на поиск турецкого флота. Однако его поиск у болгарских берегов ничего не дал. Тогда Корнилов отправил эскадру под командованием контр-адмирала М.Ф. Новосильцева на соединение с эскадрой вице-адмирала П.С. Нахимова, а сам на «Владимире» решил скорее возвратиться в Севастополь, чтобы там восполнить запасы угля на пароходофрегате и снова выйти в море.

5 ноября в районе Пендерекли (севернее Эрегли) состоялся первый в военной истории бой паровых судов. Пароходофрегат «Владимир» (командир капитан-лейтенант Г.И. Бутаков) из состава 2-й практической эскадры вице-адмирала В.С. Корнилова после 3-часового боя заставил турецкий 10-пушечный пароход «Перваз-Бахри» («Морской вьюн») спустить флаг. Дело обстояло так.

Корабли встретились у азиатских турецких берегов. По приказанию Корнилова «Владимир» вступил в бой с турецким пароходом, шедшим из Синопа. На выстрелы с пароходофрегата турки ответили бортовым залпом. Капитан-лейтенант Бутаков действовал тактически верно: его корабль, имевший преимущество в скорости, стал избегать бортовых залпов «Перваз-Бахри», который на носу и на корме орудий не имел. «Владимир», маневрируя, старался держаться в кильватер с противником, обстреливая его из бомбических пушек.

В один из таких случаев Бутаков приказал дать полный вперед и с дистанции около 100 метров открыл по турецкому пароходу огонь картечью. Остатки его команды (командир парохода был убит) прекратили пальбу и спустили флаг. Сам Г.И. Бутаков в отчете о проведенном морском бое писал следующее:

«Увидев, что противник мой не имеет кормовой обороны, я направил два 68-фунтовых (203-мм) орудия по направлению своего бушприта и стал держаться ему в кильватер, уклоняясь понемногу в одну и другую сторону, чтобы удобнее было наводить каждую пушку по очереди. Когда же он, чтобы иметь возможность навести свои бортовые орудия, старался принять направление поперек моего курса, я уклонялся в ту же сторону и громил его бортовыми залпами».

«В 12 3/4 часа мы были уже от него на расстоянии не более кабельтова и действовали несколько минут носовыми орудиями, – все наши ядра ложились в корпус парохода, – потом, положив вдруг лево, легли в параллель ему на пистолетный выстрел и сделали залп, причем он спустил флаг и остановил машину, что было сделано в 1 час пополудни, а мы пробили дробь».

«Лейтенант Ильинский был немедленно послан на шестерке с комплектом вооруженных гребцов, чтобы овладеть призом и поднять русский флаг…»

Экипаж «Перваз-Бахри» состоял из 151 человека: 58 человек погибли, в том числе командир парохода, а 8 офицеров и 84 нижних чина попали в плен. Турецкий пароход сильно пострадал: в борту зияли пробоины, все шлюпки были разбиты, рулевое управление и несколько орудий повреждены, а командный мостик полностью снесен. Пароход «Перваз-Бахри» как приз был с трудом доставлен в Севастополь на буксире, где он спустя два дня затонул у стенки причала. Позднее его подняли, отремонтировали, и он вступил в строй Черноморского флота под названием «Корнилов».

Что касается экипажа «Владимира», то в том огневом бою он понес минимальные потери: всего двое погибших и трое раненых. Судно серьезных повреждений не имело.

Вице-адмирал В.А. Корнилов в донесении главнокомандующему князю А.С. Меншикову писал: «Капитан, офицеры и команда парохода «Владимир» вели себя самым достойным образом. Капитан-лейтенант Бутаков распоряжался как на маневрах; действия артилериею были и быстры, и