Убрать Роммеля - Майкл Эшер

Хуссейн Тахер, Мудир Слонты, оказал мне неоценимую помощь и был ценным источником информации о вражеских лагерях и тд. Он на 100% про-британски настроен, и, когда наши войска освободят Киренаику, я рекомендую обратить на него особое внимание.

20.10.1941 г.

Подпись: Дж. Э. Хаселден.

14. Операция Крестоносец

Минус 29 дней

20 октября 1941 г.

Джока Хаселдена, укрывшегося в вади неподалеку от Слонты, разбудил посланец Хуссейна Тахера. В город прибыли два араба, которые разыскивали его, называя по имени. Хаселден немедленно заподозрил неладное. Иллюзий по отношению к своей работе он не испытывал, и прекрасно знал, что существуют бедуины, которые за плату охотно продадут его итальянцам. Однако, знал он и то, что это может быть очень важно, потому согласился на встречу. Выяснилось, что арабы были такими же итальянскими шпионами, как и он сам — это были бойцы Ливийской Арабской Армии из Египта, которые передали ему важное послание от капитана Исонсмита из ЛРДГ. Патруль находился в пустыне, дальше к югу, и был прислан специально за ним.

К 1941 году ЛРДГ стали столь незаменимы в перевозке всевозможных агентов в тыл врага и обратно, что подразделение уже начали в шутку именовать «ООО Ливийское такси». Оно стало одним из первых подразделений специального назначения, и было с формировано в 1940 году, под покровительством сэра Арчибальда Уэйвелла. Первоначально оно было создано как часть грандиозного плана по дезинформации противника, и было призвано убедить итальянцев, что в их тылу находятся британские войска. К чести Уэйвелла, надо отметить, что ему удалось найти для этого подходящего человека и предотвратить перевод майора Королевского корпуса связи Ральфа Бэнгольда на менее подходящий ему пост на востоке Африки.

Бэнгольд был настоящим экспертом по пустыне, более ученым, нежели солдатом, ставшим членом Королевского научного общества за свою работу о движении песчаных дюн. Во время своего пребывания в Египте он, с группой единомышленников, как мужчин так и женщин — многие из которых были офицерами запаса — исследовал неизвестные области Западной пустыни, и доказал эффективность использования автомобилей и легких самолетов в пустынной местности. Бэгнольд со своими последователями, такими как Гай Прендергаст, в то время капитан Королевского танкового полка, а ныне командующий ЛРДГ, и Билл Кеннеди-Шоу, бывший окружной офицер Государственной службы в Судане, а ныне начальник разведки ЛРДГ, успели разработать технологию передвижения на автотранспорте в условиях пустыни, которая с тех пор стала универсальной — включая радиатор для водяного охлаждения, солнечный компас и запасы воды и топлива. ЛРДГ давно усвоили все способы выживания и передвижения по пустыне, которые только начали открывать для себя Стрилинг, Люиюс и их парашютисты. В пустыне то, что не движется — погибнет. На своих облегченных трехтонных машинах Шевроле с приводом на переднююю ось, они двигались дальше и быстрее чем десантники Стирлинга, и при этом несли вооружение, о котором последние и не мечтали — пулеметы Викерс К и Льюиса, и даже 15-фунтовые орудия Бофорс.

Местность, в которой действовали ЛРДГ, значительно отличалась от холмов Джебель аль-Ахдара, где работали люди, вроде Хаселдена. Простираясь на восток до долины Нила, и на юг до диких равнин Судана, эта территория — восточная Сахара или иначе Ливийская пустыня — была по размерам равна Индии, однако лишь с небольшой частью ее населения — можно было идти целыми днями и не встретить ни единой живой души. На протяжении всей североафриканской кампании, основные боевые действия велись в пределах средиземноморского побережья — в гористой местности, весьма отличающейся по характеристикам от настоящей пустыни. Из за частых и обильных зимних дождей, местность там была достаточно плодородной, что позволяло местным полукочевым племенам разводить овец и выращивать ячмень, запрягая в плуги верблюдов. Если же взобраться на вершину горы — то взгляду представало нечто похожее на бескрайнее и неизведанное море: море песка и камней, тянувшееся насколько хватало взгляда. Это море простиралось на полторы тысячи миль к югу, а в западном направлении можно было двигаться и не встретить ни городов, ни дорог, ни рек до самого побережья Атлантического океана, лежавшего в трех тысячах миль.

Размеры пустыни приводили в трепет. В самой восточной части Сахары — по недоразумению названной Западной пустыней — климат был настолько засушливым, что ее избегали даже кочевники, жившие в этих местах с незапамятных времен. В ее центральной части не выживало ничто: ни мухи, ни колючие кустарники, там не было ни клочка травы. Источники воды попадались так редко, что даже кочевники, пересекая эти места, вынуждены были оставлять запас воды в кувшинах на обратный путь. Были районы, где человек был счастлив увидеть дождь хотя бы раз в жизни, а облачный покров практически не появлялся — восточная Сахара в двести раз более засушлива, чем Калифорнийская Долина смерти, примерно 97% светлого времени суток это место находится под воздействием прямых солнечных лучей. Летом практически отсутствует тень, и по бескрайним просторам голодными драконами прокатываются песчаные штормы, набирая такую силу что могут ослепить человека или полностью отполировать металл, не оставив на нем ни следа краски. Для обычных войск восточная Сахара была серьезным препятствием. Из всех подразделений, развернутых на Североафриканском ТВД во время Второй Мировой войны, как союзников, так и стран Оси, лишь ЛРДГ чувствовали себя здесь как у себя дома.

Командир патруля, посланного за Хаселденом, Джейк Исонсмит, считался лучшим командиром патруля, когда-либо служившим в ЛРДГ. Офицер Королевского танкового полка, до войны он работал продавцом в винной лавке. Он был из того сорта людей, которые обожают возиться с карбюраторами и свечами зажигания и которых так презирали обычные кавалеристы. Еще он был одним из тех англичан, которых рождается всего лишь несколько на каждое поколение, и которые инстинктивно общаются с пустыней «на ты». Это его свойство отмечали все кто его знал. «Никогда не видел таких как он,» — писал Дэвид Ллойд-Оуэн. «Он обладал какой-то невероятной хитростью, которая позволяла ему предугадывать действия врага. Он всё продумывал на шаг вперед, спрашивая себя, что он сделает при тех или иных действиях со стороны противника. В результате он был готов ко всему, и его никогда не удавалось застать врасплох».

Несмотря на тоску по оставшейся в Британии семье, Исонсмит оставался рассудительным и рациональным человеком, тщательно взвешивающим баланс сил и риск перед тем как предпринять то или иное действие, однако, выбрав курс, он становился тверд