Ложь во время войны. Первый полный перевод на русский язык - Артур Огастус Уильям Гарри Понсонби

Фактически, за исключением Великобритании, Соединенных Штатов, скандинавских стран, Бельгии, Голландии и Швейцарии, парламентское правление находится в смертельной опасности везде где оно не полностью подавлено.

ВОЙНА, ЧТОБЫ ПОКОНЧИТЬ С ВОЙНАМИ128.

Этот лозунг едва ли оригинален. Его использовали в предыдущих войнах, хотя каждый школьник знает, что война порождает войну.

Мы давно обмануты фальшивыми наставлениями политиков и сентименталистов129, которые даже сейчас делают вид, будто это война которая покончит с войной. Война не закончится никогда, покуда человеческая природа остается человеческой.

Morning Post, 20 октября 1915 года130.

Что касается Великой вйны, то Morning Post кажется права и на сегодняшний день. С 1918 года боевые действия в мире никогда не прекращались. Была война со стороны союзников против России131, война между Турцией и Грецией, движение черно-рыжих в Ирландии, вооруженная оккупация Рура, война Франции и Испании против Рифов, война Франции против сирийцев, военные действия США в Никарагуа, боевые действия в Мексике, непрекращающаяся война в Китае.

НЕТ ТЕРРИТОРИЯМ ДЛЯ ВЕЛИКОБРИТАНИИ.

Часто заявлялось: за что бы мы ни воевали, нам не нужны новые территории. Учитывая, что в 1914 году Британская империя занимала более тринадцати миллионов квадратных миль земной поверхности, это заявление принималось как мудрое и благоразумное. Можно привести несколько основных деклараций на эту тему.

У нас нет никакого желания увеличивать наше имперское бремя132 ни в территории, ни в ответственности.

г-н Асквит, октябрь 1914 года

Наши прямые и эгоистичные интересы невелики.

г-н Асквит, ноябрь 1914 года.

Мы не сражаемся за территорию.

г-н Бонар Лоу, декабрь 1916 года.

Мы не ведем захватническую войну.

г-н Ллойд Джордж, февраль 1917 года.

Такая победа не даст ни расширения территории, ни какого-либо расширения нашей Империи.

г-н Лонг, февраль 1917

Вот и все, чего стоят эти протесты для общественного потребления. Теперь о фактах относительно того, что "свалилось на нас", когда все было кончено.

Территория

Квадратные

мили

Египет, ранее находившийся под турецким сюзеренитетом, стал частью Британской империи

350,000

Кипр, ранее находившийся под турецким сюзеренитетом, стал частью Британской империи

3,584

Немецкая Юго-Западная Африка, мандат принадлежит Южно-Африканскому Союзу

322,450

Германская Восточная Африка, мандат принадлежит Великобритании

384,180

Тоголенд и Камерун, разделенные между Великобританией и Францией (скажем, половина)

112,415

Самоа, мандат принадлежит Новой Зеландии

1,050

Германская Новая Гвинея и острова к югу от экватора, мандат принадлежит Австралии.

90,000

Палестина, под мандатом Великобритании

9,000

Месопотамия (Ирак), под мандатом Великобритании

143,250

Всего в квадратных милях

1,415,929

Это неплохая сумма "завоеваний", "территорий", "приращения к имперскому бремени ответственности", и "расширения империи". Но, конечно, лучше было бы воздержаться от лживых деклараций, неизбежно навлекающих на нас обвинения в лицемерии.

30. Зарубежная Ложь

Германия

Сходство методов, с помощью которых ложь распространялась в Германии, с нашими собственными в этой стране, хорошо показывает, насколько оболванивание народа является необходимым атрибутом войны во всем мире.

Внутри страны цензура была строже, чем у нас. Не допускалось никаких приличных слов в отношении врага а хорошее обращение с заключенными в британских лагерях замалчивалось. Проявилась такая же поразительная глупость в отношении утаивания фактов, как и в этой стране. Но еще большая ошибка была в допущена когда ситуацию до самого конца изображали в розовом цвете и с преувеличенным оптимизмом. Подлинная правда о ходе событий скрывалась, каждый успех противника преуменьшался, влияние американского вмешательства минимизировалось, состояние немецких ресурсов преувеличивалось, так что приход финальной катастрофы стал для многих сюрпризом. В связи с этим немцы получили более веские основания для обвинения своих властей, чем мы. Предупреждения и предостережения не были проигнорированы в этой стране.

Пресс-бюро (Pressekonferenz) возглавлял военный. Данные о потерях, насколько это было возможно, скрывались. 15 ноября 1914 Пресс-бюро заявило о гибели нескольких сотен человек, в то время как в официальных списках на тот момент уже значилось 55,000 имен. Один из членов Пресс-бюро поддержал циркуляр нашего военного министерства, сказав однажды, имея дело с ложным официальным отчетом: "Важна не столько точность новости, сколько ее эффект."133

Турки были дискредитирующими союзниками. Резню армян приходилось скрывать, хотя некоторые издания пытались их оправдть.

Наши поэты, писатели и профессора имели своих точных двойников в Германии и придавали ортодоксальному "патриотизму" интеллектуальный и литературный оттенок.

За пределами Германии немецкая ложь была не слишком искусной. Она была либо слишком тонкой, либо слишком неуклюжей. У них было широкое поле для охвата когда против них выступало так много наций. "Окружение" было главным лозунгом, а в случае России и Франции - "Агрессия".

В октябре 1914 года принц Рупрехт Баварский134 заявил, что амбиции Англии "в течение многих лет были направлены на то, чтобы окружить нас кольцом врагов, чтобы задушить нас", и подобных заявлений было множество.

Относительно преднамеренной политики окружения в отношении Великобритании герр Рудольф Кирхер135 замечает в своей книге "Engländer" (1926):

Личность Грея является живым доказательством того, что политики окружения как военной цели, как это воображали в Германии, никогда не существовало. Все это были фантастические предположения, столь же фантастические, как мысль о том, что немецкий народ созрел и готов к нападению и борьбе за мировое господство.

Германское правительство, как и все другие правительства, было безупречным и находилось во власти происков вражеских правительств. У них не было главного Чудовища, которого можно было бы демонизировать, как это сделали союзники, а было лишь несколько не очень выдающихся государственных деятелей.

В первые дни паники они начали с военного донесения о том, что 3 августа 1914 года "французские авиаторы сбросили бомбы в окрестностях Нюрнберга", и в газетах появились кричащие заголовки. Но прусский посланник в Мюнхене телеграфировал в Берлин, что "никаких свидетельств сброса бомб и уж тем более того что авиаторы были французскими" нет (документы Каутского, № 758136).

В то же время поступило донесение губернатора Дюссельдорфа, что "восемьдесят французских офицеров в форме прусских офицеров на двенадцати автомобилях предприняли тщетную попытку пересечь границу в Вальбеке". Оба эти сообщения были телеграфированы министром иностранных дел г-ном Яговым посланникам в Брюсселе и Гааге, чтобы довести их до сведения правительств как нарушения международного права. В оба донесения, без сомнения, поверили, но ни одно из них