Суровые галсы - Александр Николаевич Плотников

на него Карина. — Ваше дело советовать… А я столько надежд возлагала на эту ленту. И все прахом пойдет. Шеф не слушает никаких оправданий. Послали на съемку — привези хороший материал. Не привезла — значит, работать не умеешь…

— Вот пусть сам шеф приедет и снимет! Он только других заставлять горазд…

— Шеф спросит в первую очередь с меня, а не с вас, Василий Фомич. Будем ждать, пока лодки возвратятся.

— Наивный вы человек, Карина Яковлевна! — насмешливо присвистнул Шапкин. — Флотских порядков не знаете. Если моряки вышли в море, их обратно палкой не загонишь. Учения — это ведь азартные игры взрослых людей.

— Хороши игры! Вы же слышали, корабли НАТО слоняются в Баренцевом море! Разве это шуточки?

— Те тоже свои игры затеяли, — махнул рукой Шапкин. — Знаете, как две кошки из соседних дворов крадутся друг за другом, намереваясь пошалить с хвостом… Во всех этих боях в кавычках не хватает главного — страха смерти. Ощущения того, что каждый снаряд, каждая бомба летят по твою душу. Р-раз! И для тебя все навсегда кончилось…

— На войне я не была, и спорить мне с вами трудно, — прервала его Карина. — Мы не решили главного нашего вопроса…

«Вот он, повод побыстрее убраться отсюда, пока еще кого-нибудь не встретил, — обрадованно думал Шапкин. — По закону подлости и сам старший Шлепаков к сыну на свиданку заявится…»

— Надо ехать обратно, Карина Яковлевна. Ждать бесполезно, — сказал он вслух.

— А я считаю, что следует остаться.

— Тогда поступайте, как вам заблагорассудится. Лично я уезжаю.

— Вот как! — бросила на него сердитый взгляд Карина. — Вы, кажется, забыли, Василий Фомич, что подчинены мне? И не можете уехать без моего разрешения.

— Считайте, что я подал заявление по собственному желанию. В Москве все оформлю официально.

— Много о себе мните, Василий Фомич! Думаете, пропадем без вас? Еще как справимся! Здешние товарищи помогут!

— Желаю удачи, товарищ режиссер…

Глава вторая

— Вот это и есть мой двухпалубный крейсер, — сказал Старков, когда они подошли к высокому аляповатого вида кирпичному зданию с гранитным фундаментом. Над парадным его входом висела новенькая табличка с эмалевой надписью: «Базовый матросский клуб».

— Крейсер на могильном якоре, — блеснула морскими познаниями Карина Ферзева.

Старший лейтенант спрятал усмешку.

Тягуче заныла пружина массивной двери. Сергей пропустил гостью в просторное фойе, выстеленное цветным линолеумом. Внутри клуб выглядел гораздо уютнее и симпатичнее, чем снаружи.

— А вот и моя каюта. Не качает, не трясет…

Карина с любопытством оглядела кабинет. Убранство его было простым: однотумбовый стол с телефоном на краю, видавший виды диванчик возле стены, книжный шкаф да несколько стульев. Задержала взгляд на гитаре, висящей на гвозде, вбитом в боковину шкафа.

— Скромновато для командира крейсера, — улыбнулась она.

— Командир, как и его корабль, тоже на мертвом якоре, — глянул на нее Старков, — Хотите, организую чай? Коньяк, извините, не держим, запрещено уставом.

— Я пью только французский, — парировала Карина.

— Таким вас на всем Северном флоте не угостят.

— Потерпим до Москвы, — она присела на диван, откинулась на вытертую спинку. Поинтересовалась: — Вы закончили культпросветучилище?

— Я окончил Высшее военно-морское училище подводного плавания, — с расстановкой ответил Сергей.

— Тогда почему вы не на подводной лодке?

— Офицер служит там, где ему прикажут.

— Да, конечно. Я совсем забыла…

Наступила неловкая пауза. Чтоб ее заполнить, Старков начал выдвигать один за другим ящики стола.

— Верите, Сергей Ильич, — первой подала голос гостья. — Я так и знала, что все у меня комом выйдет…

— Каким комом? — не понял Сергей.

— Блинным, — хмыкнула Карина. — В общем, невезучая я… Потому на студии щеголяла в вечных ассистентах. Добилась наконец самостоятельной режиссерской работы, и на тебе — судьба снова подставила ножку…

— Все образуется, Карина Яковлевна, — ободряюще глянул на нее Старков. — Еще лауреатом разных фестивалей будете, премий нахватаете.

— Вашими бы устами да мед пить, — улыбнулась ему Карина. — «Красивый парень, — подумала она. — Но чем-то напоминает Вадима. Может, самоуверенностью?» — У вас вот все всегда получается? — неожиданно спросила она.

— У меня? — смущенно переспросил Сергей. — У меня служба идет как надо. Вон какой крейсерище доверили! Экипаж — семеро смелых!..

В дверь кабинета легонько постучали, вошла немолодая женщина в шерстяной кофточке-самовязке, припорошенные сединой волосы стянуты на затылке в реденький пучок.

— Ох, извините… — задержалась она на пороге, увидев гостью, — я потом…

— Входите, Анна Павловна, не стесняйтесь, — приободрил ее Старков. — Вы с заявкой на расходное имущество?

— Я все-таки после, Сергей Ильич. Не к спеху, — пробормотала женщина, скрываясь за дверью.

— Это моя правая рука — Анна Павловна Молчанова, — сказал Сергей. — За старпома, за боцмана и еще за билетера по совместительству. Двадцать лет комендантом клуба работает. Без нее я бы совсем пропал…

— Не думаю, — прищурилась Карина. — А гитара у вас, Сергей Ильич, хранится в качестве табельного имущества?

— Гитара моя собственная. Храню еще с деревенских времен.

— Вы из деревни? Это уже интересно! Из каких же краев?

— Сибиряк. После восьмилетки перебрался в город. Поступил в музыкальное училище.

— Уважаю профессионалов. Сыграйте же что-нибудь, развейте грусть-тоску!

— Играю я, правда, чуток похуже Андре Сеговии, — усмехнулся Сергей.

Гостья понимающе улыбнулась, ей приходилось слышать записи виртуозного испанского гитариста. Еще с бо́льшим любопытством поглядела на хозяина, когда тот, сняв гитару с гвоздя, стал подкручивать колки, настраивая инструмент.

— Только не судите меня слишком строго, — добавил он, взяв первый звучный аккорд, Голос у него оказался несильным, но приятным:

Пусть тесен отсек,

Без шикарных салонов

И скромен и прост

Наш подводный уют,

Зато по своим,

По особым законам

Железные парни

Здесь вахту несут.

Ты эти законы

Почувствуешь всюду.

И как бы ты ни был

Характером строг,

С рожденьем поздравить

Тебя не забудут

И коку закажут

Фамильный пирог.

Накроет волной —

Твои вещи просушат,

А вдруг заболеешь —

Проведать придут.

Любому из них

Открывай свою душу —

Те парни

Раскиснуть тебе не дадут…

Взяв несколько громких аккордов, Сергей проиграл мелодию без слов, успев вопросительно взглянуть на слушательницу. Затем продолжил:

Таким по плечу

Испытанье любое,

Пойти с ними завтра

На подвиг готов.

В беду попадешь —

И разделят с тобою

Они кислорода

Последний глоток.

Пусть тесен отсек,

Без шикарных салонов

И скромен и прост

Наш подводный уют,

Зато по советским,

По флотским законам

Отличные парни

Здесь вахту несут…

Сергей пригасил ладонью звучание струн,