Голубь Святой Софии - Виктор Григорьевич Смирнов

Основным зеленым массивом города остается сад у стен кремля. Новые парки предполагается разбить у бывших Антониева и Зверина монастырей. Зеленые насаждения должны занять не менее десяти процентов территории города.

Промышленные предприятия из центральной и исторической частей города исключаются и сосредоточиваются в специальном районе, расположенном за междугородной автострадой.

В кремле и на Ярославовом дворище – двух архитектурных заповедниках – предполагается снос позднейших построек, которые искажают эти ансамбли. Предполагается разместить здесь музей, учебные, научные и другие культурные учреждения, связанные с изучением истории, археологии и с реставрацией памятников искусства. Старые памятники окружаются малыми площадями, радиус которых не меньше двойной высоты памятника для удобства его осмотра. На площадях предусматриваются скверы с низкой зеленью для отдыха и игр детей.

В прилегающих кварталах проектируется двухэтажная застройка с очень сдержанной обработкой фасадов домов, которая явится спокойным фоном для архитектуры древних построек. Ряд памятников, расположенных среди жилых зданий, включается в ансамбли улиц. Для этого в застройке устраиваются разрывы, благодаря которым с улиц и площадей Новгорода откроются живописные виды на архитектурные памятники.

Главная площадь города, предусмотренная проектом у стен древнего кремля, застраивается рядом зданий, архитектура которых основывается на традиционной в Новгороде геометрической простоте объемов и в то же время их богатой пластике. И при этом свободно раскинувшаяся в центре города площадь не имеет черт нарочитой архаичности, она современна в лучшем смысле этого слова. То же самое можно сказать о Вечевой площади у моста на Торговой стороне. Ансамбль Ярославова дворища из-за большого числа расположенных рядом памятников архитектуры становится большим фрагментом подлинного древнего города.

– Таким образом, исторические сооружения приобретают и градостроительное значение, – подчеркнул Щусев. – Мы считаем, что при проектировании новых зданий, составляющих общие ансамбли с древними памятниками, нужно придать современным постройкам черты, роднящие их с архитектурой ценных исторических сооружений. В Новгороде очень поучительна и ценна для архитекторов гармония, которая существует между церквами XIV–XVI веков и жилыми домами начала XIX века. К такой закономерной гармонии мы и стремились, создавая новые ансамбли.

И в то же время вполне современен бульварный проспект города, соединяющий его центр с вокзалом. Памятники величавого прошлого не только не мешают реконструкции города, но являются одним из ее опорных звеньев. Ряд ценных памятников архитектуры совершенно разрушен, но подавляющее большинство памятников уцелело. Они стоят с пробоинами, растрескавшиеся, без крыш. Их необходимо немедленно чинить, и за это дело уже взялись энтузиасты-реставраторы. И, кстати сказать, мы считаем совершенно недопустимым практику сноса древних памятников на строительные материалы!

Итак, товарищи, как вы могли убедиться, мы стремились придать Новгороду индивидуальный облик, отвечающий при этом общественному идеалу прекрасного советского города, – подвел итог Щусев. – По нашему единодушному мнению, с небольшими затратами можно сделать Новгород вполне современным, соответствующим своему назначению областным городом и в то же время сохранить в нем великие памятники, которые являются светочами русской истории; это обстоятельство дает насыщенное содержание городу, который, в условиях новой застройки и планировки, сохранит свое величие от сочетания старого и нового!

Я закончил, – объявил Щусев, вытирая платком вспотевший лоб.

Со скамьи приглашенных раздались аплодисменты, но члены бюро хранили гробовое молчание.

– У вас все? – спросил Тупицын.

– Да, я готов ответить на ваши вопросы.

– У меня к вам только один вопрос, товарищ Щусев! Куда вы нас зовете?

– Я вас не понимаю! – недоуменно воззрился на секретаря обкома архитектор.

– Хорошо, тогда я сам за вас отвечу. Вы зовете нас в царское прошлое! А мы не хотим жить в сонном, провинциальном городишке, который вы нам тут изобразили. Мы хотим жить в современном индустриальном центре победившего социализма!

– Но позвольте! – возмутился Щусев. – Наш проект генплана одобрен Академией архитектуры СССР! Его общие положения были заранее согласованы с Григорием Харитоновичем Бумагиным.

– К бывшему первому секретарю обкома Бумагину есть много вопросов, – зловеще заметил начальник областного управления МГБ Речкалов. – И скоро ему придется на них ответить!

Воцарилось тягостное молчание. Потом посыпались колкие реплики:

– Почему у себя в Москве вы строите современные красивые здания, а нам предлагаете наследие старого режима? Нам новые заводы нужны, а не ваши церкви!

– Да вы меня, похоже, совсем не слушали, товарищи! – вскипел Щусев. – Генпланом предусмотрено возведение новых промышленных предприятий, но они будут вынесены за историческую зону.

– Ну а это что за терем-теремок? – иронически спросил Тупицын, указывая на Дом Советов.

Щусев побагровел. Проект этого здания был его гордостью. В нем он постарался соединить облики венецианского Дворца дожей и новгородских крепостных башен, а стоящий перед ним величественный памятник Победы в образе всадника на богатырском коне переносил зрителя в эпоху Александра Невского.

Атмосфера накалялась. Сотрудники мастерской Щусева знали бойцовский характер своего шефа, который однажды не побоялся спорить с самим Молотовым, и теперь они ждали, что Алексей Викторович сотрет в порошок этих мелких партийных чинуш, посмевших унизить лауреата Сталинских премий!

Однако Щусев постарался перевести дискуссию в мирное русло.

– Товарищи! Я хочу, чтобы вы поняли, каким богатством вы обладаете, – проникновенно произнес он. – Новгород – один из старейших и славнейших городов не только нашей страны, но и всей Европы, а коллекциям вашего музея могут позавидовать лучшие музеи мира. Наш с вами долг не только сохранить его исторический облик, но и придать ему новое мощное звучание. Все вложения окупятся сторицей. Сюда будут приезжать люди со всего света, они будут оставлять здесь свои деньги, а увозить с собой яркие впечатления о вашем замечательном городе!

– Это все красивые сказки, товарищ Щусев, – нетерпеливо перебил архитектора Тупицын. – А мы живем здесь и сейчас! Так что позвольте нам самим решать, в каком городе мы будем жить!

– Нет, это вы позвольте! – возвысил голос Щусев. – Новгород – отец городов русских, он наше общее достояние! И за эти, как вы говорите, сказки русский народ веками кровь проливал…

Щусев хотел сказать что-то еще, но в этот момент от волнения у него внезапно случился приступ застарелой бронхиальной астмы. Он долго и мучительно кашлял, дыша с хрипами и свистом, на шее вздулись вены.

Пока помощники зодчего хлопотали вокруг него, поили водой, расстегивали воротник рубашки, Тупицын зачитал заранее подготовленное решение:

– Бюро Новгородского обкома ВПК(б) выражает категорическое несогласие с генпланом товарища Щусева и просит Совет министров СССР выделить нам другую проектную организацию.

Проголосовали единогласно. Заседание было объявлено закрытым, и члены бюро гуськом покинули помещение. Помощники Щусева начали демонтировать экспозицию, стараясь не смотреть на своего шефа, бледного от приступа астмы и перенесенного унижения.

…О чем думал