Эпоха последних батыров - Радик Темиргалиев

Посольство А. И. Яковлева полностью провалилось. Единственным успехом можно было считать только то обстоятельство, что место умершего в 1750 г. Джанибека пожелали занять такие известные батыры, как Кулеке и Кулсары, обещавшие российским властям изловить требуемых джунгарских князей и доставить в Оренбург. 27 октября капитан А. И. Яковлев расстался с Аблаем и с неприятными известиями двинулся в обратный путь.

Даваци, Амурсана и Банджур, к тому времени получив в свое распоряжение тысячу казахских сарбазов, двинулись поднимать джунгарские племена на восстание против Лама‑Доржи. Основные силы казахского войска должны были отвлечь на себя внимание джунгарских полководцев. Они блестяще справились с поставленной задачей, хотя не обошлось и без чувствительных потерь.

Красивое народное предание, записанное М. Ж. Копеевым, гласит, что в первом же бою едва ли не первой же стрелой джунгарского мер-гена был убит невольно нарушивший клятву, данную Галдан‑Церену, казахский батыр и джунгарский тархан Малайсары. Подтверждаются эти сведения и в трудах Ч. Ч. Валиханова, который тесно общался с внуками батыра и даже делал черновой перевод тарханной грамоты, пожалованной Малайсары Галдан‑Цереном. В этой работе знаменитый ученый указывал, что «Малай- Сары… умер в походе против своих друзей калмыков». Похоронен батыр был на одном из отрогов Джунгарского Алатау, с тех пор получившем имя Малайсары.

Казахско‑джунгарские бои протекали с переменным успехом, периодически порождая панические настроения то в одном, то в другом народе. Сначала казахские войска нанесли джунгарам несколько поражений. Затем, вероятно, джунгары перехватили инициативу и стали теснить отряды Аблая, который был вынужден просить подкреплений у различных казахских родов. Сосредоточив большие силы на казахском фронте, Лама‑Доржи к тому же все свободные войска был вынужден отправить к цинским границам, опасаясь неожиданного нападения со стороны императора Хунли, и в результате остался без достойной личной охраны. Столь опрометчивое решение стоило жизни Лама‑Дорже. 12 января 1753 г. во главе казахского отряда в ургу неожиданно ворвался Даваци. Лама‑Доржи после ожесточенного сопротивления был убит.

Взойдя на престол, Даваци поспешил оповестить Абулмамбета, Аблая и других видных правителей Среднего жуза, что он крайне признателен за поддержку своим казахским союзникам и надеется сохранить с ними добрые отношения и впредь. В подтверждение своих намерений Даваци обязался освободить без какого‑либо выкупа всех находящихся в джунгарском плену казахов.

Но Аблай, воспринимавший всех джунгарских претендентов на престол как разменные пешки в шахматной партии, продолжал продумывать различные политические комбинации. Конечно, справедливость требует признать, что главным обстоятельством джунгарского раздора стало то, что наследники великих хунтайджи, построивших последнюю кочевую державу, оказались никчемными правителями, не способными даже осознать, куда они ведут свою страну. Казахский султан лишь форсировал события, ускоряя наступление неизбежной развязки. Теперь он тайно оказывал поддержку Амурсане, амбициозно претендовавшему как минимум на половину Джунгарии. Этот джунгарский князь, судя по его биографии, никогда не отличался выдающимися умственными способностями, поэтому полностью угодил под влияние Аблая. Не без советов со стороны казахского султана, Амурсана стал разжигать вражду между Даваци и сыном покойного Сары-Манжди — Намеху-Жиргалом, которые легко позволили это сделать.

Намеху‑Жиргал вскоре сместил Даваци с престола и, захватив ставку, объявил себя верховным правителем. Однако новый хунтайд-жи сумел удержался у власти всего около десяти дней. Амурсана обманул его и наутро после совместного торжественного пира разгромил утратившие бдительность войска своего «союзника». Даваци вновь вернул себе престол, хотя сторонники Намеху‑Жиргала еще не думали окончательно сдаваться.

Надо отметить, что российские власти не хотели оставаться в стороне и пытались хоть как-то контролировать ситуацию. И. И. Не-плюев и А. И. Тевкелев доводили до сведения правительства свое мнение о том, что необходимо оказать содействие Намеху‑Жиргалу. В Коллегии иностранных дел сочли возможным остаться в стороне и выждать некоторое время, чтобы определиться с дальнейшей политикой. Но времени почти не оставалось.

Чтобы добить повстанцев, Даваци стал просить войск у Аблая, в чем тот, разумеется, не отказал. Особенно Даваци просил казахского султана разгромить племя дербетов, поддерживающих Намеху‑ Жиргала. Взамен хунтайджи предлагал казахским батырам забрать себе всю захваченную добычу, включая женщин и детей, и лишь взятых в плен мужчин пересылать ему. По подсчетам В. А. Моисеева, осенью 1753 г. в Джунгарии действовали казахские отряды общей численностью около пяти тысяч бойцов. Началась настоящая охота на дербетов. Страна погрузилась в хаос.

Даваци в течение зимы 1753–1754 гг. удалось расправиться с Намеху-Жиргалом, но смута в Джунгарии, усердно поддерживаемая Аблаем, на этом, конечно, не завершилась. В полном соответствии с планами казахского султана теперь уже Амурсана решил открыто выйти на сцену и обозначить свои претензии на престол.

Вначале Амурсана, вероятно, решил активной агитацией завоевать популярность среди собственного народа. По этой причине он обратился к Аблаю с просьбой продать ему большое количество скота. Это был самый лучший подарок для разоренных гражданской войной кочевников. Заодно стремясь задобрить Аблая, Амурсана не торговался и щедро расплачивался с казахскими баями оружием, коврами, тканями, рабами.

Но эта затея не удалась, поскольку Даваци не собирался сидеть сложа руки, наблюдая за бурной агитационной деятельностью своего противника. Амурсана был вынужден, спасаясь бегством, направиться к Аблаю. Оказавшись в ставке султана, знатный беглец стал просить помочь войсками, в чем ему не было отказано. В апреле 1754 г. Аблай и Амурсана выступили в поход с отрядом в 1700 клинков. Участие в джунгарских смутах было восторженно встречено мусульманским населением Восточного Туркестана, давно желающим избавиться от тягостной власти иноземцев. В сочинении «Ислам‑ Наме» Молла Абд ал‑Алим, немного приукрашая события, писал:

Для того, чтобы рассеять род джунгаров,

Из казахов было отобрано десять тысяч человек:

Природные богатыри, бодрые, могучие казахи.

Собрались они, чтобы обстрелять кюрютов,

Чтобы уничтожить стрелявших людей.

Покорившемуся элю будет очень большая польза.

Не покорившийся народ будет уничтожен.

Даваци оказался готов к нападению и на р. Каратал встретил противника с десятитысячным войском. Колоссальный численный перевес принес победу джунгарам, но о полном поражении противника говорить было рано, и это понимал сам Даваци. Он, стремясь остановить войну с казахами, решил направить посольство к Аблаю. В послании хунтайджи говорилось: «Отчего де ты, Аблай, Зенгорской землицы владения моего людям учинил крайнее раззорение, понеже я с тобой напред сего всегда жил в братцкой дружбе и не надеялся я таких от тебя наглых обит и разбоев, что де совокупясь… с Амурсанаем и коликое число людей мужеска и женска полу, також лошадей и рогатую скотину и кибитки с пожитком завоевано, прошу без всяких ссор паки мне возвратить,