Крымская война на окраинах Российской империи - Алексей Васильевич Шишов

в 1830 году уже при новом российском самодержце. К началу Восточной войны были закончены только кирпичная двухэтажная оборонительная казарма (она имела 115 амбразур), облицованная гранитом, три из пяти башен форта, ряд других фортификационных сооружений.

То есть крепость Бомарзунд была построена всего на одну пятую часть запланированных фортификаций. А те сооружения, которые были уже построены, не имели взаимной обороны, и к тому же вокруг них оказалось много непростреливаемых пространств, то есть «мертвых зон». Эти зоны как нельзя лучше подходили для мест высадки десантных сил, в том числе и для своза пушек с кораблей на берег.

Крепость Бомарзунд в законченном виде должна была иметь на вооружении 500 орудий и 5-тысячный гарнизон. К появлению флота союзников на Балтике в крепости оказалось только 132 крепостных и 4 полевых орудия и 3 пятипудовые мортиры. Из них готовыми к бою являлись только 112 орудий с 80 зарядами на каждое. Остальные за отсутствием лафетов лежали на крепостном дворе. Пушки были малых калибров, не способных вести артиллерийские дуэли с кораблями, находившимися в море вне дальности их выстрелов.

Гарнизон насчитывал всего 2175 человек, в том числе 42 офицера и 1942 нижних чина. Начальствовал в крепости Бомарзунд 60-летний полковник артиллерии Я.А. Бодиско. Гарнизон состоял из 10-го линейного батальона, двух рот Финляндского гренадерского стрелкового полка, роты артиллеристов, военно-рабочей роты, команды 28-го Донского казачьего полка, сотни арестантов, инвалидной роты, инженерной команды. Строевых насчитывалось не более 1600 человек. Они и стали боевой силой защитников крепости.

Когда английская эскадра (49 вымпелов, 2344 орудия) под командованием английского вице-адмирала Чарльза Непира 9 июня 1854 года предстала своим авангардом перед крепостью Бомарзунд, ее гарнизон был уже приведен в боевое состояние. Войска и 66 орудий сосредочились на территории форта. Все три башни (46 орудий) были заняты гарнизонами по 2 офицера, 94 пехотинца и 16 артиллеристов в каждом. Как показал ход осады, гарнизоны башен держались стойко, «примерно».

Первую бомбардировку Бомарзунда вели английские два 48-пушечных пароходофрегата и 16-орудийный паровой корвет. Обстрел начался в 17.00. Противнику в тот день удалось только подавить огонь батареи из 4 полевых орудий. Артиллеристы форта под командованием поручика Шимановского и подпоручика Пищулина сумели несколько раз поразить корабли противника: на одном из них возник пожар, на другом пробита корма и сбита фок-мачта. В два часа ночи корабли-союзники вышли из боя, удалившись от острова Аланд.

За этот первый бой «аландцев» начальник крепости Я.А. Бодиско получил производство в генерал-майорский чин. Наград удостоились наиболее отличившиеся офицеры и нижние чины. Ордена и Георгиевские кресты были доставлены в блокированную крепость императорским флигель-адъютантом.

Когда на Балтику из Бреста пришла французская эскадра (31 корабль, 1308 орудий) под командованием вице-адмирала Александра Парсеваль-Дешена, союзники окончательно решили захватить Аландские острова вместе с крепостью Бомарзунд. Лондон и Париж поддержали такую идею, ведь речь шла о кусочке территории Российской империи.

Для проведения утвержденной операции из Франции был доставлен десантный корпус под командованием генерала Бараге д՚Илье в составе двух пехотных бригад (4 линейных полка и один егерский батальон) и полевой артиллерии (14 орудий: гаубицы, пушки и мортиры). Всего до 9800 человек, а вместе с ними около 3000 человек морской пехоты, «сухопутные войска» англо-французского флота насчитывали около 13 тысяч человек. Осадными работами руководил генерал Ниэль.

С середины июля союзная эскадра в течение двух недель вела борьбу за Аланды с гарнизоном Бомарзунда: жестокой бомбардировке подвергались его недостроенные укрепления, шли бои за острова, где в ряде мест на берег почти беспрепятственно высадились «превосходные числом» десантные силы с полевой артиллерией. В крепости не нашлось свободных полевых войск, чтобы сбросить вражеский десант в море, равно как и не было малых боевых судов (канонерских лодок) для действий в шхерах Аланда.

Ситуация для гарнизона Бомарзунда в ходе бомбардировки недостроенной крепости складывалась самая неблагополучная. Причина крылась в следующем. Дальнобойность корабельных пушек была больше, чем у береговых орудий. Поэтому артиллерия англо-французов безнаказанно разрушала морскую крепость, которая при этом не могла эффективно ответить за пределами дальности стрельбы своих орудий. Но картина менялась, когда вражеские корабли подходили ближе к Бомарзунду.

Назначенный десант начал осадные работы вокруг Бомарзунда. С 28 июля бомбардировка крепости велась уже каждодневно. Артиллерия форта и башен вела ответный огонь. В одном из случаев английский винтовой фрегат, получив девять подводных пробоин, сел на мель и его смогли стащить с нее усилиями двух пароходов только тогда, когда с фрегата сбросили в воду как лишние тяжести все орудия и иные тяжести. Фрегат, «израненное» судно, был спасен, но оказался безоружным.

29 июля союзники закончили своз осадной артиллерии на берег. Огонь орудий форта и башен слабел: защитники Бомарзунда стали беречь заряды. В стане союзников началась эпидемия холеры. 2 августа французские стрелки смогли захватить одну из башен, гарнизон которой понес большие, невосполняемые потери. Союзники возводили новые осадные батареи, не имея дефицита в снарядах разного рода. Теперь форт и оставшиеся две башни подвергались жестокой бомбардировке и со стороны моря, и с суши. В последнем случае огонь велся уже прицельный.

Союзники нашли «ключ» к облицованной, казалось бы, грозным гранитом двухэтажной оборонительной казарме, к крепостным башням. Таким «ключом» оказались длинноствольные 8-дюймовые орудия, стрелявшие прицельно 68-фунтовыми ядрами с расстояния в 500–600 ярдов. Несколько «скученных» попаданий таких ядер в одно место, и гранитная облицовочная плита отваливалась от стены. Еще несколько выстрелов – и начинали отваливаться соседние плиты. Каменная кладка за гранитной облицовкой уже не имела должной прочности.

Так в ходе бомбардировок слабела на глазах гарнизона недостроенная крепость Бомарзунд. «Гранитная» крепость от попаданий ядер оголялась, делая людей и, прежде всего, орудийные расчеты плохо прикрытыми от вражеского артиллерийского огня. И все же Бомарзунд держался до последней возможности. Один из исследователей Крымской войны, Фридрих Энгельс, с неподдельным восхищением восторгался:

«И эти стены, обладавшие столь малой сопротивляемостью, своим внушительным видом почти четыре месяца держали в страхе весь англо-французский флот!»

Здесь надо оговориться. Союзники не смогли овладеть недостроенной русской крепостью на Аландах не из-за внушительного вида двухэтажной оборонительной казармы с ее бойницами и одного вида гранитной облицовки. Причиной такой продолжительной защиты Бомарзунда видится мужество крепостного гарнизона, его стойкость, сила и меткость пушечного огня оборонявшегося гарнизона.

4 августа 1854 года союзному флоту и 11-тысячному десантному отряду (французы и меньше англичане) удалось овладеть основным русским укреплением на Аландских островах – недостроенным Бомарзундом. В час дня генерал-майор Бодиско приказал поднять над фортом, имевшим серьезные разрушения и расстрелявшим большую часть имеемого боезапаса, по решению военного совета белый флаг.

Утром того дня союзники в двухчасовом огневом бою понесли серьезные потери в судах: у двух были повреждены рангоут и корпус, а их флагманский корабль лишился трубы, грот-мачты и получил много