Крымская война на окраинах Российской империи - Алексей Васильевич Шишов

Галерного острова, Кронштадта и Нового Адмиралтейства. Строились они по проекту 17-тонной трехпушечной канонерки с винтовым двигателем. На носу и корме устанавливалось по одной 68-фунтовой пушке, а в средней части – 36-фунтовая длинноствольная пушка.

…В 1854 году, как и ожидалось, основные усилия союзного флота англо-французов были направлены на «истребление» военно-морских крепостей России у входа в Финский залив и в его восточном «окончании». То были действия против Бомарзунда, Свеаборга, Выборга и, самое главное, Кронштадта, за которым «скрывался» Санкт-Петербург. Британскому флотоводцу Непиру предписывалось упрочить свое положение в Финском заливе.

Что же касается балтийских берегов Финляндии, Эстляндии и Лифляндии (современных Эстонии и Латвии) с Ревелем, Ригой и Таллином, то о каких-то массированных атаках со стороны моря, сильных десантах и жестоких бомбардировках говорить не приходилось. Речь могла идти только о попытках высадиться на берег и разорении (грабеже) прибрежных поселений.

Финляндия, прибалтийские губернии были объявлены на военном положении в самом начале 1854 года. Принимались меры по укреплению старых крепостей и созданию отрядов добровольцев-ополченцев для ведения береговой обороны. Здесь были определенные трудности. Скажем, Ревель как крепость уже давно потерял свое прежнее значение, а его укрепления много лет не ремонтировались и не усиливались. Но против Ревеля, равно как и против Нарвы с Ригой, адмиралы англо-французов серьезных военных действий не предпринимали, то есть не проявляли «пристального интереса к их взятию».

Схожая ситуация была и с обороной побережья Финляндии со стороны Ботнического и Финского заливов. Первоначально на побережье Великого княжества Финляндского находилось 12 тысяч русских войск, ряды которых первое время пополнялись только за счет добровольческих формирований местного населения.

Но добровольцы были не только из числа местного населения, финнов и шведов. Еще в апреле 1854 года император Николай I в высочайшем указе Правительствующему сенату повелел:

«В видах усиления мер к охранению окрестных берегов Финского залива, признав за благо сформировать резервную гребную флотилию, повелеваем:

1. Для укомплектования оной гребцами образовать четыре дружины морского ополчения.

2. Дружины сии составить вызовом охотников в губерниях: С.-Петербургской, Новгородской, Олонецкой и Тверской.

3. Принятие должных мер по устройству сего ополчения возложить на комитет из управляющего морским ведомством его императорского высочества великого князя Константина Николаевича и министров: государственных имуществ, уделов и внутренних дел».

Первая стычка с союзниками (англичанами) произошла на финских берегах Ботики только в мае 1854 года у населенного пункта у Акенаса (ныне Таммисаари), и ожесточенностью она не отличалась. Но это был сигнал для защитников западного побережья современной Финляндии, а для британского командования – «пробой пера».

Показательный факт. Российская сторона не стала захватывать в качестве призов торговые суда противной стороны, находившиеся в ее портах и водах. В конце апреля Министерство финансов России объявило о правилах судоходства в русских портах для английских и французских купеческих судов. Им предоставлялся 6-недельный срок начиная с 25 апреля, а в портах Белого моря (в Архангельске) со дня начала навигации, для загрузки и отплытия в чужие края. Задержаны были без конфискации два английских торговых судна – «Анна Маклистер» в Кронштадте и «Вильгельм Бродерик» в Ревеле – «до выяснения обстоятельств».

Торговля России с Британией была важна для первой (и для Англии тоже), поэтому даже в условиях начавшейся Восточной войны ее пытались продолжать по мере возможности. Такой факт. Когда англичане в мае 1854 года сообщили через торговый дом Коха в Ревеле, что они не намерены блокировать Архангельский порт (но все же они его блокировали), так как оттуда вывозится в их Шотландию овес, то император Николай I дал распоряжение не пресекать такое торговое дело.

Английский флот, первым из союзных сил, войдя в Балтийское море, направился в Финский залив, в начале мая отрядил из своего состава две самостоятельные небольшие эскадры. Контр-адмирал Плумридж с 4 пароходофрегатами был направлен в Ботнический залив к берегам Финляндии. А три вооруженных парохода ушли к Либаве (ныне Клайпеда, Латвия), чтобы блокировать побережье Курляндии и вход в Рижский залив. Затем там появились и французские корабли.

О том, как действовали в тот год у финских берегов грабители-англичане (занимавшиеся «истреблением торговли»), вошедшие в Ботнический залив, свидетельствует эстонский историк Эйнар Вяря. Он пишет следующее:

«Эскадра адмирала Плумриджа совершила опустошительный рейд по прибрежным финским городам Ботнического залива. После этого рейда шведскоязычное население этих городов стало называть английского адмирала Грабеж. Первой жертвой стал порт Брахестад (Раахе). Англичане сожгли там портовые строения, запасы и корабли. После этого был предан огню порт в Улеаборге (финское название – Оулу).

25 мая 1854 г. противник сделал попытку высадиться в Коккала. Англичане сперва начали переговоры, требуя дать им возможность беспрепятственно сжечь порт и другие объекты военного значения. Местные жители ответили отказом, после этого английский отряд отправился на свои корабли, где экипажи стали готовиться к нападению. Жители города были полны решимости дать отпор.

Поздно вечером противник начал атаку, но оказался под неожиданным для него активным огнем. После 45-минутной стычки враг отступил, увозя за собой два поврежденных баркаса. Третий баркас с 22 английскими военнослужащими был взят в плен. По заявлению англичан, они потеряли 3 офицера и 12 матросов, около 30 человек было ранено. Обороняющиеся обошлись 4 легкими ранеными и одной убитой лошадью.

После этого серьезных попыток десанта эскадра Плумриджа не предпринимала…»

В Брахстаде англичане беспрепятственно высадили десант на восьми шлюпках, вооруженных гаубицами малого калибра, и восьми лодках меньшего размера. Они сожгли здесь тринадцать строящихся кораблей, смолокуренный завод со смольницей, принадлежавшие купеческой гильдии соседнего Улеаборга.

Когда англичане высадились в Улеаборге, то здесь они среди прочего сожгли 7000 бочек смолы, заказанной и уже оплаченной… английскими торговцами. (Всего в ходе того пиратского рейда контр-адмирала Плумриджа было сожжено 16 460 бочек со смолой.) По оценкам властей Улеаборга, в результате поджогов и «изъятия товаров» городу и его жителям был причинен ущерб в размере 380 969 рублей 98 копеек.

Добычей экспедиции отряда пароходофрегатов контр-адмирала Плумриджа в Ботнический залив стали 46 судов (в основном рыбацких и мелких каботажных судов). Англичанам на берегах Ботики удалось разорить несколько беззащитных прибрежных селений. В донесении командующего британской эскадрой Чарльза Непира в Лондон эти 46 судов назывались истребленными, а также указан материальный ущерб, нанесенный здесь России, на 4 миллиона рублей в виде запасов дегтя, смолы, дерева и корабельных принадлежностей.

Подобным образом действовали главные силы союзников в доступной им части Финского залива. Они захватывали «частные суда и баркасы», находившиеся в прибрежном плавании. Так, 14 июня у Сойкиной горы они завладели мелким купеческим судном. 21 сентября один из военных пароходов, стоявших перед Ревелем, взял на буксир купеческое судно и увел его с собой. Известно, что к 8 мая англо-французы захватили в Балтийском море около 80 финских и русских торговых судов. «Во избежание потери своих кораблей судовщики старались завести их в нейтральные порты