К-19. Рождающая мифы - Владимир Ильич Бондарчук

техники. Из них хорошо справлялись с работой 26 человек, работали в облегченных условиях — 7 человек, работали с трудом — 5. Опыт военно-врачебной экспертизы показал, что не только в тяжелых случаях, но и при более легкой форме болезни ОЛБ 1 степени от сочетанного поражения в течение 1–2 лет остаются стойкие последствия, в основном в виде снижения адаптационных возможностей в момент различных экстремальных факторов.

К-19: Рождающая детей!

То, чего больше всего моряки опасались от воздействия радиации — не случилось. Все члены экипажа, получившие облучение разной степени тяжести, не потеряли свои репродуктивные качества и создали полноценные семьи с детским смехом и всеми прилагающимися заботами по содержанию семьи и воспитанию детей. Бывший турбинист старшина 1-й статьи Молоток Алексей Прокопьевич так оценил свою жизнь: «В жизни, я считаю, мне повезло. Такая страшная авария, а я жив. Удачно сложилась семья, хорошая жена, хорошие дети».

Когда произошла авария, у Алексея Прокопьевича уже была жена. Женился он на службе, побывав в отпуске в 1960 году.

А большинству моряков еще предстояло сделать свой выбор. А сделать его было не просто — одолевали сомнения. И тут следует отдать должное их избранницам. В создавшейся ситуации они были более решительны и оптимистичны.

Нельзя без душевного трепета читать воспоминания жен бывших моряков, приведенных в книге «К-19». Каждая из них, совершила свой подвиг, связав свою жизнь с человеком, находящимся в неустойчивом положении. Но их любовь, преданность, готовность к жертвам ради близкого человека, конечно же, благотворно влияли на мужей, придавая им сил и энергии, отгоняли хандру и уныние.

Вот как Любовь Смирнова, жена бывшего моториста Смирнова Валентина Васильевича, вспоминает создание своей семьи: «Однажды на цеховом вечере познакомился с девушкой — Любашей. Полтора года счастливых встреч и свиданий. Так пришла любовь.

Но жизнь по своим законам проверяет на прочность чувства — подошел срок службы в армии. А в Челябинске ждала любимая девушка, часто писала ему письма о своей любви. И моряк отвечал ей теплыми, нежными письмами.

Однажды вдруг письма перестали приходить. Четыре месяца длилось молчание. Невеста переживала: пусть другую полюбил, пусть забыл, только был бы жив. И вот пришло письмо: «Прости любимая, случилось страшное… — я не смогу тебе дать счастья материнства… Выходи за того, кого полюбишь, ты свободна…». А у невесты стучит в висках «Жив! Жив!» Так любовь одержала верх над обстоятельствами.

В 1963 году Валентин вернулся домой. Свадьба, возвращение в родной цех. В 1964 году родилась дочь Оленька. На заводе пришла слава специалиста высокого класса — токарь-универсал. Получил квартиру. Занятие спортом поддерживало здоровье. Рождение второй дочери — Наташи. Так проходили годы, десятки лет. Теперь дочери имеют своих детей. А у нас внуки. В семье мир, лад, покой…

…Валентин сейчас на пенсии, но продолжает работать. Здоровье особенно не позволяет трудиться, надо бы уже и отдохнуть, о чем мы, домочадцы, просим его. Но Валентин категорически отказывается. Мы, семья, понимаем это: ответственность заставляет Валентина держать форму, чувствуя свою значимость, нужность обществу — вот и держится до последнего, обязывает себя…

Вдова бывшего командира отделения рефрежераторщиков Веневцева Анатолия Казимировича — Т.М. Веневцева, рассказывает о своей ситуации: «В феврале 1961 года он был в отпуске, где мы с ним и познакомились. А через некоторое время я узнала, что он находится на излечении в г. Зеленогорске.

После госпиталя его узнать было трудно, исхудавший, бледный, но все равно очень жизнерадостный. Некоторое время мы еще встречались, потом решили пожениться, но перед этим он мне все рассказал, не вдаваясь в подробности, что с ним произошло.

Это меня не остановило, может потому, что не очень понимала, что это такое. В нашей семье родилось трое детей: две дочери и сын. Детей своих он очень любил, готов был для них делать все: стирать, готовить, гулять, играть. Более любящего мужа и отца трудно найти».

А вдова бывшего старшины команды химиков-дозиметристов Пичугина Виктора Андреевича — В.П. Пичугина, вспоминает о своем: «В 1963 году мы поженились с Виктором, а в 1964 году у нас родилась дочь. Об аварии на лодке я знала, он рассказывал об этом подробно и никогда до последних дней не забывал.

Он очень волновался, когда родилась дочь, чтобы не было последствий. Он же перенес лучевую болезнь. Но тогда не обращали на это внимание, потому что мало об этом знали.

У бывшего командира отделения штурманских электриков Ефремова Николая Николаевича была своя ситуация, о чем рассказывает его вдова А.В.Ефремова: «В октябре 1963 года он демобилизовался. Мы познакомились, дружили, а в апреле 1964 года поженились. У нас не было ни свадьбы, ни вечера — мои родители тоже были бедны.

Я работала, а он в мае 1964 года уехал в Ленинград на лечение и обследование, потом дали путевку в военкомате в санаторий под Москвой. После по мере возможности работал и лечился, но чувствовал себя все хуже — заснет и стонет, дергается весь.

В 1965 году у нас родился сын Игорь, а в 1969 году — дочь Лариса.

Умер Николай 2 декабря 1992 года. Мой муж был человеком очень скромным — никогда никуда не обращался, никакими льготами никогда не пользовались».

О начале своей семейной жизни делится вдова бывшего командира отделения электромехаников Березова Леонида Алексеевича Р.В. Березова в письме к Ю.Ф. Мухину: «Юрий Федорович, а мы с Леней были у вас в Ленинграде перед нашей свадьбой. Я только после его смерти поняла, зачем мы ездили в Ленинград. Он, видно, хотел поговорить при мне с Беатой Витольдовной о последствиях аварии для детей, но не знаю, почему мы к ней тогда не поехали».

Вспоминает вдова турбиниста В.И. Тараканова — Е.Е. Тараканова: «Семья наша была счастливая, дружная, работящая. Муж был мастером-«золотые руки» и хорошим художником. Вся квартира, благодаря ему, и сейчас очень красивая. По его стопам пошли дочь Людмила и внучка Надюша».

Большинство офицеров и сверхсрочнослужащих до аварии уже были женаты и имели детей. Моряки же срочной службы были холостыми, за исключением Лешкова В.Ф. и Урбаса В.И.

У электрика Виктора Федоровича Лешкова до призыва во флот уже была дочь. После аварии его семья пополнилась еще семью детьми. Восемь детей выросло в семье Лешкова.

Первая свадьба после аварии состоялась у Ковалькова В. А. Будучи в госпитале, он отпросился на три дня и зарегистрировал брак с Наташей, с которой дружил еще с курсантских лет. В 1965 году у них родились двойняшки — две девочки.

Следующая свадьба в этом же