Приятного аппетита - Владимир Ефимович Комов

голубки, в затемненной комнате притаились: телепередачу смотрели. И до этого как-то в субботу застала их в креслах — тоже перед голубым экраном, как пишут в газетах. За письмо не поблагодарили и быстренько меня выпроводили. А раньше были вежливые, обходительные. И еще я увидела на столике программу передач. Вся она в пометках, кружочках. Видать, загодя намечают, что и когда будут смотреть. Попрощалась, оглянулась, а они уже снова в экран впились. Короче, сама я дверь захлопнула… Да, одичали люди, как узники, — вздохнула Нюся, завершая взволнованный монолог. — Я про таких читала. В темницах и казематах томились они. Но те томились за идеи, за свободу трудовых людей. А эти добровольно себя заточили…

Спустя неделю сообщение почтальона подтвердилось… Супруги отвезли телевизор в ремонт. И наконец вечером (почти все жители подъезда зафиксировали, что в этот день Чекуновы ездили за грибами) супруги появились во дворе и уселись в уютной беседке. Поначалу никто не находил с ними общего языка, но вскоре лед возникшего отчуждения растаял.

Только жена прораба вздыхала и тихонько про себя бубнила:

— Как же я не догадалась, не раскрыла секрета? Ведь сколько раз днем видела у них зашторенные окна! Явный признак был, а я не обратила внимания. Видно, стареть начала. Кроме Нюськи, никто в точку не попал!..

Самокритичные размышления Мефодьевой перебил Чекунов. Очень деликатно, но с оттенком грусти в голосе он спросил соседа по лестничной клетке:

— Вы не возражаете, если мы будем у вас смотреть передачи? Обременим ненадолго: через неделю наш телевизор обещали отремонтировать…

Приятного аппетита!

Утренняя роса еще держалась, и механизаторы сгрудились у полевого вагончика. На одной из свежевыкрашенных стенок висел прикнопленный «Боевой листок», исписанный корявым почерком…

Невысокий комбайнер с рыжей шевелюрой громко и с настроением читал вслух:

— «Товарищи механизаторы, трудовая жатва — в полном разгаре. Поэтому потребляйте всякие витамины, а то замечаю — кое-кто недопонимает, что к чему.

А медицина объясняет, как пользительны овощи. Они улучшают кровь и варение пищи, добавляют ценные соли в организм, помогают выводить всякие отходы. Они прибавляют сил и бодрости. Сама читала в журнале «Здоровье». А почему же капуста, укроп, петрушка, хрен, репка остаются? Зря, что ли, привожу вам?

Конечно, как и лекарства, каждому определена особая польза от того или иного овоща.

К примеру, комбайнеру Алексею Мучкину надо каждый день потреблять морковку, чтобы лучше видел и не допускал брак на косовице…»

— Хватит читать всякую там чепуху. Пошли к машинам, — раздался чей-то голос.

— Почему же хватит? И почему чепуха? Из песни слов не выбросишь, — ответил кто-то басом.

— Продолжаю, товарищи слушатели, — солидно проговорил рыжий и еще громче стал читать:

— «Водителю Шуваеву полагается каждый божий день кушать чеснок и лук, может, они убьют в его организме сонные микробы, и будет он вовремя поспевать к бункерам с зерном, а не дремать в кабине.

Механик Николай Суровкин тоже зря овощи обходит — оттого, видать, он не всегда расторопный, припаздывает с техпомощью.

Ну, а слесарю-электросварщику Потягайлову непременно три раза в день требуется репку грызть — может, бросит в бутылку заглядывать. Огурцы ему ни к чему — от них еще и о рассоле, и о похмелье вспомнит…

В общем, бывает, помимо укрепления здоровья от витаминов умнеют и совесть новые ростки дает.

Так что прошу не обижать меня и колхоз — активно потреблять не только борщ, мясо, котлеты, кашу, компот, но и разные витамины.

Приятного аппетита, товарищи односельчане!

Повариха второго отряда Нюра…»

— Вот тебе и Нюра — врезала на всех скоростях!

— И все без ошибок — в самую мишень!

— За чужое дело взялась! Самовольничает!.. — буркнул слесарь Потягайлов, нуждающийся в трехразовом обеспечении лечебными витаминами.

— Почему «за чужое»? — Старый комбайнер Данилыч не спеша закурил. — Наше дело, общее! Заболел агитатор, редактор стенгазеты в роддом за прибавлением поехала, а партийный секретарь в третьем отряде ночную жатву налаживает. Вот тетя Нюра и выпустила свой «Боевой листок». Чтобы печать не простаивала, а мы не халтурили… Справедливый, сознательный она человек! Переварил?

…Поздно вечером правление колхоза обсудило «самовольную» газету и единодушно признало критику насчет витаминов и прочего правильной.

Сосулька за воротником

Как на беду, скандал местного значения разразился в воскресенье, когда все взрослые члены двух семей могли принять непосредственное участие в конфликте.

…Пятилетний крепыш Алик Гвоздев и его одногодок, худенький, но неутомимый Сережа Данилов резвились во дворе — кувыркались в песке, играли в прятки, а затем Алик выволок из коридора шикарный трехколесный велосипед и стал лихо носиться по асфальтированной дорожке.

И вдруг раздался пронзительный плач младшего Гвоздева. Папа Гвоздев выбежал на балкон, а мама с ловкостью бывалого пожарника мигом спустилась по лестнице с третьего этажа. Затем раздался душераздирающий приказ:

— Неси аптечку!

Через несколько минут Гвоздев-старший, не успев снять пижаму, примчался с миниатюрным шкафчиком в руках. Супруга смазала ранку йодом и извела два пакета бинтов. И все время приговаривала:

— Это же преступление так воспитывать ребенка! Кого растят Даниловы — дисциплинированного гражданина или несовершеннолетнего уголовника?! Я это так не оставлю!

Супруги Даниловы поначалу только грозно смотрели на своего наследника и отмалчивались. Но когда Гвоздев-старший стал угрожать и эмпирическим путем доказывать, что яблоко от яблони недалеко падает, пассивно оборонявшиеся соседи перешли в наступление (хоть и собирались они в гости и настроение было превосходное).

— Ваш тоже хорош, — басовито отчеканила Данилова. — Чуть своим велосипедом не сбил с ног нашу бабушку и самого управдома. Кроме того, он по-разбойничьи свистит!

— Алик не умеет даже! — отпарировала родительница.

— Зато у него есть какая-то, с позволения сказать, игрушка. Вот он и не дает покоя всей улице и даже всему городу, — с трудом сдерживая волнение, пояснила Данилова.

— Лжете! Эта игрушка — «флейта со звоном» — официально продается в «Детском мире»! И я не позволю шельмовать нашу торговлю! Мой муж — кадровый товаровед со специальным образованием… Кроме того, прошу не отвлекать от основной темы. Вы будете объясняться перед общественностью за уродливое воспитание подрастающего поколения.

— И не только перед общественностью, — сурово добавил Гвоздев, яростно подтягивая пижамные штаны. Рослый, плечистый, он почему-то сейчас казался неуклюжим, мешковатым.

— Пожалуйста, — прозвенел тенорок Данилова-старшего — человека застенчивого и обычно очень сдержанного. — И посмотрим еще, кто кого привлечет к ответственности!

…А одногодки — зачинщики весьма острого конфликта — тем временем, опустив головы, стояли друг против друга и выводили на песке носком сандалет какие-то полуокружности…

Мимо арки прошел участковый милиционер Трегубенко. Гвоздева окликнула его и, поздоровавшись, ринулась излагать жалобу:

— Я требую разобрать, оценить и привлечь! Да, да, сурово привлечь и наказать.