Аутентичный бренд. Как строить бизнес от сердца - Наталья Брянцева

Мне кажется, для сильного руководителя это один из ключевых навыков: уметь работать на разных уровнях масштаба одновременно. В одну минуту — нырять в детали, разбирать процесс буквально по винтикам. В следующую — подниматься наверх и смотреть на все с высоты стратегии на год, два или три вперед. Оба навыка одинаково важны, но далеко не все умеют быстро переключаться между ними».

Ольга Барабанова (бренд детских велосипедов Biky)

«Я хожу в бассейн, но не из любви к плаванию. Люблю нырнуть под воду и просто лежать на дне. Если нет бассейна, могу делать это в ванной: задерживаю дыхание, ухожу под воду, выключаю внешний шум. Мне это очень помогает быстро восстановиться».

Сезонность лидерства и создание рутин

Если вы создаете проекты — бренды, бизнесы, команды — и хорошо понимаете, какими они должны быть: острыми или мягкими, тихими или яркими, собранными или дерзкими, — то всего этого в достатке должно быть и в вашей личной жизни. Если проекту нужна тишина, вам она тоже нужна. Если ему нужен напор, вам важно находить для себя здоровую форму этого напора. Если вы умеете планировать цели и этапы для бизнеса, стоит планировать и собственные состояния: личную тишину, личную смелость, личную «наглость». Иначе дела и проекты могут быть успешными, но не будут по-настоящему аутентичными и цельными.

Как у природы есть сезонность, так и человек не может быть одинаково продуктивным все 365 дней в году. Я ищу способы выстраивать свою рабочую активность в согласии с этой внутренней сезонностью. Здесь не может быть универсального рецепта, который подойдет всем. Но почти каждому полезно прислушаться к себе: как вы чувствуете себя в разное время года, в том месте, где живете, и рядом с теми людьми, которые составляют ваше окружение.

Например, зимой я часто грущу из-за нехватки солнца. Мне кажется, что проекты движутся медленнее, идей становится меньше, оптимизма убывает, а быть «батарейкой» для других дается сложнее. В какой-то момент я перестала думать только о том, как пережить зиму, и начала размышлять, как развернуть эту сезонность себе на пользу. Так у меня появился собственный способ зимовать.

Теперь зима для меня — это время жить на «запасах, собранных в период урожая» и одновременно время планировать новый «посевной год». Это сезон невидимой снаружи работы: анализировать прошедший цикл, собирать в архив, делать выводы, проводить ретроспективы и подводить итоги. В это время я стараюсь больше учиться — в прямом и переносном смысле сидеть над учебниками, больше читать, смотреть кино. Я меньше встречаюсь с новыми людьми, меньше обсуждаю новые проекты; наоборот, стараюсь больше говорить с командой и чаще собирать друзей на ужины. Весь январь, особенно во время праздников, я занимаюсь «окалендариванием» следующего года: думаю, что брать с собой дальше, бронирую поездки и проекты, сверяюсь со школьными каникулами, решаю, где хочу побывать и «по каким полянкам походить» в следующем году.

Весна для меня начинается с двухнедельных каникул в конце апреля. Это поездка куда-нибудь, чтобы «загрузить в себя как можно больше новой информации». Не отдых лежа, а исследование новой страны, новой культуры, нового ритма. С этой перезагрузки год для меня начинается по-настоящему. По возвращении голова полна идей и гипотез, и я стараюсь посадить как можно больше «рассады»: провожу много встреч, знакомлюсь, завожу личные и рабочие знакомства, обсуждаю идеи с коллегами и вместе с ними планирую новые проекты. Это время посева — во всех областях жизни.

Ваш год может быть устроен совсем иначе. Но мне кажется, что в планировании такой сезонной активности можно найти еще один источник энергии. Это помогает не имитировать энергичность перед командой, когда ресурса нет; не мучиться летом из-за страха что-то упустить, когда хочется на пикник с друзьями; не испытывать вину за то, что в новогодние праздники хочется быть не в рабочих чатах, а рядом с семьей.

Если смотреть на лидерство шире, то сезонность — это не слабость или отсутствие дисциплины. Это способ честнее обращаться со своей природой и строить ритм жизни так, чтобы в нем было место и для урожая, и для посева, и для зимовки.

Предпринимательство и личная жизнь

Аутентичный предприниматель поглощен тем, что он делает. И первыми это чувствуют семья и дети.

Здесь хочу уделить особое внимание женщинам-предпринимательницам, потому что они несут дополнительный груз социальных ожиданий, в результате которых почти неизбежно чувствуют себя «недостаточно хорошими». Соосновательница Biky Ольга Барабанова называет это «балансированием между двумя горящими корзинами с постоянным выбором, какая корзина горит сильнее именно сегодня». «В общем, ты всегда где-нибудь да виновата», — добавляет Диана Касай. Это тема, в которой легко уйти в пафос или набор очевидностей про уязвимость, многозадачность и далее по списку. Но не обрисовать сложную систему нагрузок, внутри которой женщинам приходится строить карьеру и личное счастье, нельзя.

Ученые Данна Гринберг и Джейми Ладж, авторы книги «Материнский оптимизм»[49], замечают[50], что часто молодые женщины начинают задаваться вопросами о том, как совмещать работу и материнство, задолго до того, как у них появляется постоянный партнер. То есть женщины строят будущее исходя из вопроса: «Позволит ли мне эта карьера в будущем совмещать обе роли?» На деле это означает, что они выбирают более «гибкие» профессии, осторожнее относятся к лидерским позициям. Переводя на язык социальных ожиданий, цикл жизни женщины выглядит так: «не затягивай с карьерой» > «не затягивай с детьми» > «не уделяешь достаточно времени ребенку» > «почему ты не реализовала себя профессионально?».

Чаще всего женщина не соответствует какой-то одной из социальных ролей. Когда мужчина выбирает уделить время работе, а не семье, окружающим это обычно кажется понятным. Значит, это необходимость. Когда тот же выбор нужно сделать женщине, он почти автоматически становится моральным вопросом. И, выбрав работу, она сама начинает думать о себе как о плохом человеке, как о кукушке, а потом возвращается домой после длинного дня, целует ребенка в обе щеки — и вместе с любовью чувствует нарастающую вину. Ситуация усложняется, когда ты не просто мама, а мама, которая растит ребенка одна. Тогда к обычной вине добавляется еще и отсутствие запасного плеча: некому подменить, перехватить, выдержать вместе с тобой этот постоянный разрыв между любовью, ответственностью и работой.

Ольга Барабанова рассказывает, что в какой-то момент не стала прятать чувство вины, а вынесла его в честный разговор со своими детьми. Она говорит им: «Я много работаю, потому что так устроена моя личность. Потому что у вас есть только такая мама — другой у вас не будет.