Терминатор Пепельный фронт - Джон Сан

Старик указал рукавицей вниз.

— Вся эта многотонная масса гранита и льда, на которой мы сейчас лежим, рухнет вниз.

Элоди в ужасе перевела взгляд с Дитриха на Эша.

— Мы лежим на бомбе?! — выдохнула она. — Мы же упадем вместе с ней!

— Нет. Разлом идет по диагонали, — спокойно ответил Эш. — Обрушится только передняя кромка карниза. Но проблема в другом.

Командир посмотрел на стройные ряды машин в прицеле.

— Обвал будет односторонним. Камни рухнут с нашей стороны и перекроют правую половину траншеи. Это не остановит их всех. Те Т-600, что идут по левому флангу, уцелеют. Они просто переберутся через завал. И их будет не меньше десятка.

— Для этого здесь ты, однорукий, — Дитрих мрачно усмехнулся. — Ты должен создать пробку.

Эш кивнул, его пальцы крепче сжали рукоять «Гекаты».

План был безумным в своей наглости.

Взрывать гору прямо сейчас, когда патруль идет ровным строем, было неэффективно. Машины просто остановятся перед обвалом. Чтобы похоронить их, нужно было заставить их столпиться, сбиться в кучу прямо под нависающим карнизом в самом узком месте каньона. Создать искусственный затор. Узкое горлышко.

И этот затор должен был создать Эш. Своими выстрелами.

Он должен был перебить ноги или гусеницы ведущим машинам в тот самый момент, когда они войдут в горловину. Упавшие Т-600 заблокируют путь идущим сзади. Искусственный Интеллект, запрограммированный на сохранение строя, на несколько секунд собьется, пытаясь перестроить маршрут или перешагнуть через поврежденных собратьев.

И в этот момент идеальной плотности целей Дитрих обрушит на них гору.

— Три минуты до контакта, — тихо произнесла Элоди, глядя в бинокль. Ее голос дрожал, но она четко выполняла работу корректировщика. — Они идут прямо в горловину.

Эш медленно, стараясь не сбивать дыхание, потянулся правой рукой к массивному затвору винтовки.

Клац-клац. Механический, сухой лязг стали прозвучал в морозном воздухе пугающе громко. Патрон калибра 12.7 мм — толстый, тяжелый латунный цилиндр с черным вольфрамовым наконечником — скользнул в патронник. Затвор закрылся.

Оружие было заряжено.

Но Эш прекрасно понимал свою главную слабость. С одной рукой он физически не мог перезаряжать винтовку, не отрывая взгляда от прицела и не меняя положения тела. Чтобы дослать следующий патрон, ему придется убрать руку с курка, потянуться вперед, рвануть тугой затвор на себя, с силой дослать его обратно, а затем снова искать цель в оптике.

В бою против терминаторов, где счет идет на миллисекунды, это была вечность. Его скорострельность составляла один выстрел в пять секунд. У него не было права на промах.

— Ведущая двойка входит в сектор, — прошептала Элоди.

Эш прильнул к прицелу.

Два белых призрака вступили в самое узкое место Пасти Дьявола. Их матово-белая броня почти сливалась со снегом. Они двигались беззвучно. Красные точки их сенсоров медленно, синхронно сканировали ледяные торосы впереди.

Эш навел перекрестие прицела.

Стрелять в голову или грудь Т-600 бронебойной пулей было бесполезно — тяжелый реактивный гиперсплав просто поглотит кинетический удар, оставив лишь вмятину. Ему нужно было остановить их. Превратить их в неподвижные препятствия.

Красный крест оптики медленно скользнул по белому корпусу левого терминатора вниз. Мимо грудной пластины, мимо тяжелых броневых щитков на бедрах. Цель — открытое коленное сочленение. Сложный узел гидравлических поршней и шарниров, который Скайнет был вынужден оставить менее защищенным ради сохранения подвижности сустава.

— Дистанция триста метров, — Эш шептал цифры сам себе, словно заклинание. — Поправка на ветер… полтора деления влево. Деривация в норме. Температура минус тридцать два. Воздух плотный.

Он почувствовал, как сердце замедлило свой бег. Лихорадка ушла, оставив после себя кристальную, звенящую пустоту. Он перестал быть человеком, потерявшим руку и друзей. Он стал придатком винтовки. Математическим алгоритмом, вычисляющим траекторию смерти.

Он плавно, выбирая свободный ход, нажал на тяжелый, ребристый спусковой крючок.

Выстрел крупнокалиберной антиматериальной винтовки «Геката II» в узком горном каньоне — это не просто звук. Это акустический апокалипсис.

Грохот был таким, словно прямо над их головами разорвался артиллерийский снаряд. Массивный дульный тормоз сработал безупречно — струи раскаленных пороховых газов ударили в стороны, сдув снег с края обрыва на несколько метров, обнажив черный лед.

Отдача, несмотря на вес оружия и сошки, ударила Эша в правое плечо с силой кувалды. Здоровая ключица застонала, боль прострелила до самого копчика. Винтовка подпрыгнула.

Но пуля уже ушла к цели.

Свинец, летящий со скоростью девятьсот метров в секунду, преодолел расстояние до белого терминатора быстрее, чем до него долетел звук выстрела.

Вольфрамовый сердечник ударил точно в гидравлический узел правого колена ведущего Т-600.

Кинетическая энергия пули калибра 12.7 мм чудовищна. Броня сустава лопнула, разлетевшись на куски. Толстые поршни, перекачивающие черную техническую жидкость, разорвало в клочья.

Машина, весящая почти тонну, лишившись опоры на правую ногу, с оглушительным, лязгающим грохотом рухнула на снег. Ее инерция протащила ее вперед, глубоко взрезав наст. Инфильтратор попытался подняться, но перебитая конечность лишь искрила, поливая белый снег черным маслом.

Тишина каньона была уничтожена.

Алгоритмы Скайнета сработали мгновенно. Десятки аудиосенсоров вычислили источник звука.

Двадцать красных глаз-прожекторов синхронно, с леденящим душу щелчком сервоприводов, метнулись вверх, нависший скальный карниз.

Шестиствольные роторные пулеметы машин пришли во вращение с высоким, пронзительным визгом.

— Второй пошел! — заорал Эш.

Он оторвал руку от рукояти, рванул тяжелый затвор на себя. Дымящаяся, толстая латунная гильза со звоном вылетела на лед. Эш дослал затвор вперед, загоняя новый патрон, и снова прильнул к прицелу. Это заняло у него почти четыре секунды. Четыре секунды чистой, открытой уязвимости.

Т-600 уже открыли огонь.

Снизу, со дна каньона, в нависающий карниз ударила сплошная стена свинца. Трассирующие пули прочертили в снегопаде яркие желтые линии. Камень под ногами Эша, Элоди и Дитриха начал взрываться. Свинец крошил гранит, откалывая куски размером с кулак. Каменная шрапнель полетела во все стороны.

Элоди сжалась в комок, накрыв голову рюкзаком. Дитрих вжался в лед, не отпуская рукоять детонатора.

Но план сработал.