На излом клинка. Книга первая - Александр Капков

одного из похитителей. С чего бы им находиться в связи, как не по злому умыслу? В то, что Роже не знает, чем занимались его собеседники совсем недавно, я не верил ни на йоту. Сейчас Роже что-то им втолковывал, а они слушали и крутили головами, словно им не нравились его слова. Не дожидаясь конца их разговора, я решил, что видел достаточно, и надо убираться восвояси. Я снова сел на коня и поскакал обратно в замок. Добравшись туда, я поблагодарил старичка-привратника, не спавшего и сразу же впустившего меня, и направился на конюшню. Расседлав коня и вытерев его, я поспешил в свою комнату, но вовсе не за тем, чтобы заснуть. Ведь там меня поджидала Луиза, свернувшаяся калачиком на постели. Проснувшись, когда я вошёл, она сперва укорила меня за долгое отсутствие, а затем помогла обмыться и ещё около часа не давала уснуть, пока я полностью не обессилил, но исполнил всё, что от меня требовалось. И вот уже проваливаясь в желанный сон, будто в омут, я услышал среди благодарного щебетания моей подруги имя, заставившее меня сбросить сети Морфея.

– Ауретта, ты сказала – Ауретта? – приподнявшись на локтях, спросил я.

– Я же и говорю, госпожа Ауретта де Кроа. Вольно вам не слушать, сударь, а после переспрашивать.

– Ну-ка, повтори ещё разочек, малютка, что там мадам де Кроа? Разве её муж и она сама не знаются с де Гиррами?

– Господин де Кроа не знается! Как повстречает кого-нибудь из семьи нашего господина в церкви или ещё где, то сразу отворачивается. А госпожа Ауретта – другое дело, она всегда ласковая к нам и обязательно подарит одно-два су, даром, что сама небогата.

– Погоди-ка, ты меня совсем запутала. Управляющий сказал мне, что чета де Кроа после смерти отца твоих хозяев больше в замке ни разу не была. Где мадам давала тебе деньги? На улице?

– Да нет же, сударь! Есть еще городской дом в Живе. Когда мадам там бывает…

Но тут, мой прелестный осведомитель спрятала голову мне в подмышку и умолкла. Только после долгих уговоров, она пропищала, что обязана хранить тайну и не хочет зла мадам Ауретте.

– Я тоже никому не хочу зла, – сказал я. – И все же, будь добра, продолжай, раз начала. Значит, господин Эльрик принимал у себя в городском доме мадам Ауретту, так? Частыми были эти встречи?

Бедняжка Луиза, ругая себя за длинный язык, призналась, что встречи были довольно частыми, два раза в месяц. Она знает это точно, потому что на ней была уборка дома. И ей платили за молчание. И продолжались свидания все два года, что она работает у семейства де Гирров.

Чтобы отвлечь Луизу от ненужных мыслей и угрызений совести, я пообещал не впутывать её ни во что и перевёл разговор на другие предметы. А там и вовсе постарался утешить её иным, более действенным способом. Когда же я провалился в сон, то спал без сновидений, пока громкий стук в дверь не возвестил о приходе нового дня. И этот день многое должен был решить.

21. Как враждуют благородные арденнцы

За коротким завтраком, когда мы ели великолепные сладкие булочки и запивали их горячим кофе со сливками, я решился задать старшему де Гирру вопрос. Благо мы сидели за столом одни.

– Скажите мне, Оливье, не кажется вам странным столь глубокая неприязнь Жана де Кроа к вашей семье?

– Почему вы об этом спрашиваете?

– Хотя бы потому, что не понимаю из-за чего началась ваша вражда. Я слышал, что раньше вы дружили с де Кроа. В похищении вашей сестры он не признался. А вызов принял с большой готовностью. Как будто только и ждал его.

– Не все ли равно? Сегодня все закончится.

– Не согласен с вами, Оливье. Коли вам не удастся его убить, вражда продолжится. С вами или без вас.

– Хорошо. Что вы от меня хотите, Анри?

– Совсем немного, мой друг. Просто попробуйте вспомнить и ответить самому себе, из-за чего началась ваша ссора. До сих пор никто не смог мне этого объяснить.

Оливье нахмурился и некоторое время сидел в молчании. Затем вынужден был признаться в том, что явной причины вражды не помнит. Женившись, Жан оставил службу, а Оливье продолжал ее. Они не виделись несколько лет. Когда он приехал на похороны отца, то пригласил супругов де Кроа на поминки. Жан же ответил ему письмом с отказом, выраженным в резкой, даже грубой форме. С тех пор и до вчерашнего дня они не встречались. Эльрик же, живя здесь, часто встречал чету де Кроа, но при встрече с ним лишь холодно раскланивались.

– Значит, к вашему брату, Жан де Кроа не испытывает такой глубокой ненависти, как к вам, – резюмировал я.

– С чего вы так решили?

– С того, что за последние три года у него было достаточно времени для вызова вашего брата на дуэль.

– Анри, давайте поговорим о чем-нибудь другом! – в голосе де Гирра проскользнуло раздражение.

– Лишь один вопрос, – сказал я, делая вид, что не замечаю его состояния.

– Какой же вы упрямец, Анри, – засмеялся де Гирр. – Хорошо, задавайте ваш вопрос. Я отвечу, но только из уважения к вам.

– Не стала ли причиной вражды Ауретта? Вы ее любили?

– Да вы с ума сошли! Нет! – недоумение на лице Оливье было столь явным, что убедило меня лучше любых слов. Я извинился за назойливость, извинения были приняты, и мы в полном согласии продолжили завтрак.

Подкрепившись, де Гирр и я вышли во двор, где Робер держал под уздцы осёдланных коней. Было прохладно, и осеннее солнце рассылало по миру свои совсем не жаркие утренние лучи. До того я успел пошептаться с Робером, пообещавшим мне своё содействие, и теперь стоял, сняв треуголку и беззаботно подставив солнцу свое лицо.

– Пора ехать, – сказал де Гирр, посмотрев на свои карманные часы. Я отсалютовал в знак согласия.

– Вы не зайдете к брату?

– Нет, мы виделись еще до завтрака. Послушайте, Анри, вы ведете себя сегодня очень странно, не находите?

– Чем же? Я просто стараюсь поддержать разговор.

– Вы знаете, сейчас я хочу помолчать.

– Ваше право, я умолкаю.

– Кстати, а где вы были утром, часов в шесть? Я стучал к вам, вы не открыли.

– Может я просто вас не услышал? У меня очень крепкий сон по утрам.

Оливье де Гирр вздернул подбородок, но ничего больше не произнес. Наверное, боялся расплескать свою злость раньше времени.

Мы сели в сёдла и выехали за ворота, спеша