Право на жизнь - Анна Денисова

Они наблюдали за поселением целые сутки и ещё полдня. Люди как люди: часть чинила забор, двое носили воду, ещё двое занимались ремонтом грузовика, женщины развешивали бельё. Ничего странного, ничего необычного. Ни признаков агрессии, ни подозрительных перемещений, ни скрытых угроз.

Поэтому решили выдвигаться сейчас — пока свет, пока видимость хорошая, чтобы добраться до оставленной машины быстрее. Дорога неблизкая, каждый метр — потенциальная ловушка.

— Ну что, Ден, делись мыслями, — шутливо сказал Максим, застёгивая рюкзак. Его голос звучал легко, но в глазах читалась напряжённая работа мысли. — Стоит нам сюда перебираться или нет?

Денис фыркнул, перекинул рюкзак через плечо и проверил, не болтается ли что-нибудь — лишний шум мог привлечь внимание.

— Макс, отстань! Мы уже всё обсудили.

— Да-да, я знаю. Но ты прям уверен в своей позиции? — Максим усмехнулся, но взгляд оставался серьёзным.

— Хрен его знает… — Денис провёл рукой по лицу. — Сейчас вроде уверен, через минуту начинаю сомневаться. Особенно после постоянных вопросов! Так что отстань!

Максим тихо рассмеялся, но смех вышел коротким, без радости.

— Вот… Такая уж человеческая природа: как только начинаешь задавать вопросы, так сразу появляются большие сомнения.

— И что ты предлагаешь? — Денис повернулся к нему, скрестив руки на груди.

— Ммм, пока ничего. Надо всё хорошенько обдумать. Потом выспаться. Потом… обдумать ещё раз! — Максим подмигнул, но в его голосе не было игривости — только усталость и осторожная осмотрительность.

Теперь рассмеялся Денис — коротко, но искренне. Напряжение немного отпустило.

— Ну ясно! Пошли уже, думальщик!

Они закинули рюкзаки на плечи, натянули капюшоны курток — серые, почти незаметные на фоне обшарпанных стен. Смешки прекратились. Теперь предстояло быть настороже весь путь.

Денис первым шагнул к двери, медленно приоткрыл её, прислушиваясь. Тишина. Он вышел на лестничную клетку, Максим следом.

Спускались по лестнице осторожно, ступая на края ступеней, чтобы не вызвать лишнего шума. Стены были испещрены трещинами, на полу валялись обрывки газет, осколки стекла. Каждый шорох заставлял замирать, прислушиваться, оценивать.

На первом этаже Денис остановился у входной двери, прижался ухом к дереву. Ничего. Он медленно повернул ручку, толкнул дверь — та скрипнула, но негромко. Они вышли на улицу.

Воздух был прохладным, с привкусом пыли и ржавчины. Тени от домов казались слишком длинными, слишком густыми.

Денис оглянулся на Максима, кивнул.

— Пошли.

И они двинулись вперёд — два силуэта среди безмолвных зданий.

* * *

Илья нашёл Викинга в оружейной — тесном помещении с металлическими стеллажами, заставленными ящиками с разобранным оружием. Воздух здесь был пропитан запахом оружейного масла и пороха. Викинг стоял у стола, методично пересчитывая остатки патронов: выкладывал их ровными рядами, сверялся с записями в блокноте, хмурился.

— Шеф, наблюдатели покинули здание, — доложил Илья, остановившись в дверях. Его голос прозвучал глухо в замкнутом пространстве. — Я людей отправил за ними на всякий случай.

Викинг медленно повернулся. В тусклом свете лампы его лицо казалось ещё более измождённым, чем обычно — глубокие морщины, тёмные круги под глазами, но взгляд оставался острым.

— Молодец, Илья, — он чуть улыбнулся — редко можно было увидеть на его лице хоть тень одобрения. Потом вздохнул. — Если бы все были такие, как ты… Но приходится работать с тем, что есть. Патронов катастрофически мало. С этим надо что-то решать. Искать… — он задумчиво погладил бороду, взгляд снова устремился на жалкие остатки боеприпасов.

Илья молчал, ожидая распоряжений. Его поза была расслабленной, но в глазах читалась напряжённая готовность.

— Так… Ну теперь будем ждать, когда эта группа решит с нами связаться, — Викинг отодвинул ящик, достал новый, начал перекладывать содержимое. — Пока ждём, надо наведаться к Беловой. Увезти ей продукты. Что ещё? — он на мгновение замер, будто перебирая в голове список задач, потом усмехнулся. — Ко мне сегодня приходила забавная девушка Диана. Рвётся в бой! Не хочет тряпки сортировать, представляешь⁈

Он хохотнул, словно эта мысль его очень забавляла.

Илья нахмурился, сдвинув брови.

— Из новеньких? — спросил он.

— Ага, которых ты привёл от супермаркета, — Викинг кивнул, продолжая вертеть в руках оружие.

— Хмм, определить её в группу?

— Я думаю, да. Дам ей шанс, раз такая боевая. Только с братом её не ставь. В разные группы определи, — твёрдо произнёс Викинг. — Брат будет отвлекаться, а это… это неправильно.

— Хорошо, сделаю, — ответил Илья и направился к выходу. Его шаги звучали глухо на бетонном полу, дверь скрипнула, когда он взялся за ручку.

— Илья, к Беловой с тобой поедем, — бросил Викинг, не оборачиваясь. — Ну и пару человек ещё прихвати.

— Да, шеф, — коротко ответил Илья, уже закрывая за собой дверь.

Оказавшись в коридоре, он остановился на секунду, глубоко вдохнул. Воздух здесь был прохладнее, пахло сыростью и старой штукатуркой. Илья провёл рукой по коротко стриженным волосам, обдумывая поручения. Диана… Он вспомнил её — невысокая, с решительным взглядом, в потрёпанной куртке. Её брат Роман уже был в группе Толика, но Викинг прав: ставить их вместе — рискованно.

Он направился в сторону общежития, где размещались бойцы.

«Патроны… продукты… Диана…» — мысли крутились в голове, выстраиваясь в чёткий план.

* * *

Евгения медленно шла вдоль ряда боксов, её шаги глухо отдавались в стерильной тишине блока «С». Холодный свет потолочных ламп отражался в металлических поверхностях, придавая всему вокруг неестественно-резкие очертания. Она останавливалась у каждого окошка, приникала к стеклу, всматривалась в полумрак камеры, пытаясь уловить хоть малейшее изменение в поведении подопытных.

Но везде — одно и то же. Безжизненные взгляды, медленные, механические движения, искажённые черты лиц. Ни проблеска сознания, ни намёка на ремиссию. Вирус «Без боли» поглощал всё — и разум, и волю, оставляя лишь пустую оболочку.

Она вернулась в лабораторию. На столе — стопки журналов с записями, исписанные страницы с расчётами, схемы, исчерканные красными пометками. Евгения провела рукой по лицу, чувствуя, как дрожат пальцы. Глаза саднило от напряжения, веки казались свинцовыми.

Снова и снова она перечитывала предыдущие результаты. Листала страницы, вглядывалась в цифры, графики, диаграммы. «Может, где-то что-то упустила? Не заметила? Проглядела?» Мысль билась в голове, как птица в клетке. Она проверяла даты, дозировки, временные промежутки, сравнивала показатели… Но всё сводилось к одному: вирус побеждал.

Перед глазами всё расплывалось. Буквы сливались в серые пятна, цифры теряли смысл. Она вцепилась в свои волосы, пытаясь удержать равновесие — не только физическое, но и душевное. Внутри нарастала волна гнева, горячая, неукротимая. Хотелось вскочить, схватить что-нибудь и швырнуть в стену, разбить, уничтожить всё вокруг. Чтобы хоть как-то выплеснуть это бессилие.

Евгения облокотилась на стол. Ладони прилипли к холодной поверхности. Она