На излом клинка. Книга первая - Александр Капков

Вы работаете на русских и выполняете их тайные поручения, тем самым подрывая безопасность нашего королевства. Что вы на это скажите?

– Идите к дьяволу!

– Не грубите мне, юноша! Вы ещё трепыхаетесь, как карась на крючке, а сковорода-то уже разогрета. Лишить вас тайно жизни или отправить в тюрьму на долгий срок для меня в принципе равнозначно. Всё зависит от того, выгодно ли это Франции. Уяснили?

– Уяснил.

– То-то! На вашу удачу, а она частенько жалует подобных авантюристов. Помогая русскому, вы поступили в соответствии с нашими желаниями. Не понимаете? Объясню. В стане тех, кто делает политику, нет единства по отношению к Российской империи. Она мешает нам в Польше и на Балканах. Одни выступают за обострение, и уступая этим людям, наш король отказался именовать русскую правительницу Екатерину Вторую титулом императрицы. Русские тогда отозвали своего посла Голицына, взамен собираясь прислать только временного поверенного. Что из этого следует? Как вы думаете?

– Что наши политики перегнули палку?

– Совершенно, верно, а попытка захвата дипломатических писем вообще из рук вон. Те люди, которых я представляю, не желали бы обострения ситуации до такой степени, и вы им помогли. Так что ваше поведение в Мо совершенно безупречно с точки зрения государственных интересов.

– Значит ли это, что я могу быть свободен? – осторожно поинтересовался я.

– Нет, не значит, – заулыбался мой собеседник. – Оставить вас на свободе попусту невозможно, вы забываете про другую партию. Раз мы нашли вас, то найдут и они. И тогда ваша судьба и даже судьба госпожи Ренар, будут плачевными. Вы ведь не желаете этого?

– Что же мне остаётся? – усмехнулся я, прикидывая, сколько у моего собеседника людей здесь в подчинении и сумею ли я с ними справиться.

– Принять наше предложение, сударь. Что же ещё?

– Какое предложение?

– Стать агентом и служить нашему королю Людовику!

– То есть, стать доносчиком? Низко же вы меня цените!

Так, подумал я, если напасть внезапно, он не успеет выстрелить, хотя пистолет у него наверняка есть. Тогда я буду вооружен, и появится шанс против его подручных. Только одна заковыка. Снова придется бежать и менять имя. Что у меня за судьба такая?!

– Я ценю вас выше, чем вы думаете, – сказал мой собеседник. – Судите сами. Мы навели о вас справки. Вы бедны и не имеете собственности. У вас нет высоких покровителей, а средства для жизни вы добываете, рискуя собственной. Вы – бретер, наемная шпага. И да, у вас есть принципы. «Ничего против чести» – ваш девиз. Наслышаны. И вот такой человек как вы, оказался между двух жерновов. Что дальше? Его превратят в муку. И это будет очень непродуктивно. Я же предлагаю вам королевскую службу. Да, вы не будете гарцевать на коне в гвардейском мундире. Зато вы будете в курсе всех политических интриг. Ваш ум, ваши боевые навыки будут востребованы. И ваша честь, сударь, не пострадает. Даю слово!

– Чье слово, сударь? Вы не представились.

– О, прошу прощения, увлекся беседой. Я – граф де Кревкер, государственный советник, руковожу департаментом в тайной службе короля. Слышали о такой? Нет! Она называется Королевский секрет.

– Что-то слышал, но не поручусь за правдивость.

То-то мне сразу показалось, что он птица высокого полета. С таким враждовать не следует. И как мне не претило сдаваться, я понимал, что это неизбежно.

– Допустим, я соглашусь, что мне предстоит делать?

– То же, что и раньше. Приятельствовать с лейтенантом Жемчужниковым.

– Чтобы следить за ним?

– Как вы быстро все схватываете! Не только и не столько. Вы должны сойтись с русскими поближе, стать для них своим человеком и источником информации.

– С какой стати им мне доверять? Да и если говорить честно, что им с меня?

– Во-первых, вы их должны убедить в своей искренности. Во-вторых, не принижайте свое значение. У вас есть определенные знакомства в высшем свете, репутация честного и храброго малого, вы хорошо знаете город, наконец. Такой человек их обязательно заинтересует. Скоро в Париж прибывает временный поверенный в делах. Зовут его Сергей Лозинский. Императрица Екатерина дала ему строгие инструкции на наш счет. Хорошо было бы вам попасть в его ближайшее окружение.

– И как же мне это сделать?

– Возможность есть. Но не торопитесь. Мы пока ведем с вами умозрительную беседу. Для дальнейшей проработки легенды необходимо ваше согласие.

Я давно уже понял, в какую угодил ловушку. Меня понуждали стать шпионом грубо и прямолинейно, обложив со всех сторон. Ни на секунду я не поверил, что нападение организовал не сам граф, «браво» меня где-то видел и узнал. Люди графа следили за посольством, проследили они и за Полем, выведшим их на меня. Всё ясно, кроме одного. Что мне делать? Впрочем, я просто хорохорился, выхода у меня не было. То есть он был, но какой? Я был должен согласиться или попытаться бежать, а может и умереть в этом доме. Добровольно отсюда меня не выпустят. Умирать я был не готов, бежать и скрываться – тоже. Мне оставалось согласиться.

– А какие выгоды получу лично я, поступив к вам на службу? – спросил я, пытаясь не сдаваться сразу.

– Выгоды для вас, в данном случае, очевидны. Мы прекращаем всяческое преследование в отношении вас и забываем о существовании Мадлен Ренар.

– Ну, вы сами говорили, что меня могут убрать ваши противники.

– С того момента, как вы станете тайным агентом короля, они до вас не доберутся, даю вам полную гарантию, – он выжидательно уставился на мои туфли.

– Тогда, пожалуй, я соглашусь.

– Я рад, искренне рад вашему решению, – торжественно произнёс граф и с видимым облегчением закрыл ящик стола, показывая тем самым, где он держал все это время заряженный пистолет. Пот, блестевший на его лбу, доказывал, что он прекрасно понимал степень опасности, которой подвергался, ставя меня перед выбором. Его страх слегка поднял мне настроение. Приятно, когда тебя считают непредсказуемым и способным на совершенно безумные поступки.

– Вам придется подписать одну бумагу, прошение о принятии вас на королевскую службу. Обычные формальности в делах такого рода. Нет, нет, подпишитесь обычными чернилами и о том, чем в действительности вы будете заниматься, в бумаге нет ни слова. И о жаловании, а оно вам полагается, и не маленькое. У вас, таким образом, будет свой источник дохода.

Теперь граф смотрел на меня совсем по-другому. Как-то даже по-отечески. Да, я проиграл партию, и помимо желания вынужден был отныне заниматься шпионажем на пользу нашему королю. Лишь одно грело мне сердце, люди графа так и не добрались до моей подноготной, для них я –