Холодный клинок - Валерий Георгиевич Шарапов

В таком состоянии и увидел ее старший оперуполномоченный Илья Барышников, когда старшина привел женщину в его кабинет. Переглянувшись со старшиной, Барышников не стал задавать вопросов. Вместо этого пригласил женщину в кабинет и предложил стул. Все еще смеясь, Серафима Петровна заняла место напротив капитана, но когда за ее спиной хлопнула дверь, возвещая о том, что старшина ушел, смех мгновенно прекратился. Глядя в серьезное лицо капитана, Серафима Петровна вспомнила все, что с ней случилось, и залилась слезами.

Глава 4

Капитан Барышников сидел в кабинете районного отдела Хамовников и в третий раз пересматривал отчеты криминалистов. Время приближалось к полуночи, но о том, чтобы собираться домой, он и не помышлял. Совершенно неожиданно дело об убийстве неизвестного мужчины в подвальном помещении многоквартирного дома серьезно усложнилось. По мнению подполковника Устинова, происшествие на улице Толстого и так выходило за рамки рядовых преступлений, и, в принципе, Барышников был с ним согласен. Далеко не каждый день не только у них в Хамовниках, но и в целом по Москве совершаются преднамеренные убийства с отягчающими, а тут еще это…

И все же отмахнуться от фактов Барышников никак не мог, а факты говорили о том, что у него на руках оказалось двойное убийство. Побывав на улице Толстого, Барышников вместе с напарником вернулись в отдел, где их доклада ждал подполковник. Как всегда, Барышников обрисовал общую картину, вместе с подполковником они наметили план действий, и на этом совещание закончилось. Акимов вернулся на место преступления, чтобы продолжить опрос соседей, а сам Барышников засел за телефон. В первую очередь необходимо было установить личность жертвы. Он обзвонил все сопряженные ведомства, пытаясь выяснить, не поступало ли заявление о пропаже мужчины с приметами, схожими с приметами трупа с улицы Толстого. Ни один запрос положительного результата не принес.

С этой задачей Барышников провозился до полудня. Полагая, что на сытый желудок работать будет легче, Барышников отправился на соседнюю улицу, в общепитовскую столовую. Туда же спустя десять минут подтянулся и Сергей Акимов. Его улов ничем не отличался от улова капитана. Бо́льшая часть жильцов многоквартирного дома по улице Льва Толстого в дневное время находилась на работе, и опрашивать было просто некого. Остальные лишь путались в показаниях и засоряли дело ложной информацией. Кто-то якобы видел, как незнакомец входил в подвал, открыв его своим ключом. Кто-то слышал, что из подвала доносились крики и ругань. А кто-то даже видел, как из окна ручьем текла кровь. При более пристрастном допросе «шибко зрячие» жильцы начинали колебаться, путаться в датах и во времени, и в итоге оказывалось, что ничего подобного ни один из них в родном дворе не наблюдал. Наскоро покончив с обедом, они вернулись в отдел и засели в кабинете в ожидании результатов вскрытия и отчета криминалистов, работавших на выезде.

Так как одежду жертвы ни в подвале, ни в ближайших мусорных баках оперативники не нашли, Барышников обратился за помощью к участковым оперуполномоченным. Он полагал, что убийца не станет долго носить с собой снятую с покойника одежду, а постарается избавиться от нее как можно быстрее. Да, преступник оказался умнее, чем многие его собратья, и не стал выбрасывать одежду в первый попавшийся мусорный бак, но ведь не домой же он ее забрал? Благо прошли времена, когда в Москве, как и в большинстве городов СССР, жильцам многоквартирных домов, чтобы избавиться от бытовых отходов, приходилось дожидаться, пока во двор, согласно графику, приедет спецмашина. Теперь москвичи могли в удобное для них время выйти во двор и выбросить мусор в металлический контейнер, а уж когда коммунальные службы опустошат мусорные баки, не их забота.

Такое положение вещей давало надежду на успех операции, задуманной капитаном Барышниковым. Но, увы, в этот раз капитану не повезло. Либо преступник не воспользовался баками в радиусе десяти кварталов, либо коммунальщики успели-таки опорожнить баки. Одним словом, снятой с жертвы одежды участковые не нашли. Столкнувшимся с очередной неудачей оперативникам оставалось лишь уповать на то, что коллегам из криминалистического отдела повезет больше. Каждые полчаса старлей Акимов вскакивал с места и бежал в лабораторию — узнать, не готов ли хотя бы предварительный отчет. И так же усердно, каждые полчаса, капитан Барышников набирал номер телефона Царицынского морга в надежде, что судмедэксперт даст им хоть какую-то зацепку.

Но ни криминалисты, ни судмедэксперт не спешили. Оно и понятно. Это у них, оперативных работников, каждая минута на счету, ведь всем известно, что лучший результат в расследовании бывает, когда действуешь по горячим следам. У лабораторных работников все иначе. В их случае поспешность может привести к совершенно противоположному результату. Поторопится, скажем, криминалист, пропустит для скорости пару шагов — и все, ниточка оборвется. Улики утратят ценность, а потом хоть бейся головой о стену — сделанного не воротишь. Именно поэтому криминалист, склонившись над изъятой с места происшествия уликой, мог часами возиться с лупой и тонкой кистью, бережно снимая с поверхности то жировые отложения, то пыль, то сажу. Стороннему наблюдателю показалось бы, что их работа скучная, тягучая, будто смола. Но знающие понимали: каждая крупица, каждая пылинка, каждый крошечный надлом на поверхности металла или волокно ткани могли в итоге указать на виновного с большей силой, чем десяток взволнованных свидетелей.

Так бы и сидеть оперативникам до конца рабочего дня в ожидании новостей от спецов, если бы не новое происшествие. Произошло оно около двух часов пополудни, когда нервное напряжение в кабинете оперов достигло наивысшей точки. На столе капитана зазвонил телефон внутренней связи. Он молниеносно схватил трубку, ожидая звонка от судмедэксперта, но на другом конце провода оказался всего лишь дежурный по части.

— Товарищ капитан, старшина Николаенко к вам посетительницу сватает, — выпалил дежурный. — Вот, предупредить хотел.

— А в чем, собственно, проблема? — раздраженно произнес Барышников, раздосадованный тем, что ошибся насчет звонившего. — Неужели он сам не может с посетителем разобраться?

— Да тут такое дело, — дежурный помялся, но все же продолжил: — Гражданка заявляет, что ее соседку убили.

— Убили?

— Так точно, товарищ капитан. — Повинуясь порыву, дежурный добавил: — Странная она какая-то. Малахольная. Все про какую-то Фисоньку твердила.

— Ладно, разберемся, — вздохнув, проговорил Барышников. — Все равно в деле простой.

Не успел он положить трубку, как в дверях возник старшина Николаенко. Из-за его могучей спины робко выступала пожилая, но все еще молодящаяся женщина. Впихнув женщину в кабинет оперативников, старшина быстренько ретировался, а капитану пришлось разбираться в запутанной истории, которая началась со смеха, а продолжилась со слезами посетительницы. Разговор с гражданкой