Свежие сплетни для настоящей лентяйки - Мэрион Чесни Гиббонс

маленьким ртом. Уродливый нос слишком сильно выделялся, и при взгляде на него создавалось впечатление, будто его лицо поднесли слишком близко к объективу. Копна густых, рыжих, вьющихся волос выглядела так, словно кто-то небрежно надел парик на макушку заостренной головы. Шея была толстой и сильной, как и плечи. На самом деле казалось, что у него слишком мощное и широкое тело для такой маленькой головы – будто он засунул ее в отверстие картонной фигуры Геркулеса на ярмарке.

Он совсем не обрадовался, узнав, что они оказались у него в приемной не для того, чтобы проконсультироваться по поводу какого-то животного, а для того, чтобы задать ему вопросы о его мертвом партнере.

– Сестра? – переспросил он, услышав вопрос. – Нет, сестры у него не было. Есть брат, живет где-то в Лондоне. Но они рассорились много лет назад. Брат даже не удосужился на похороны приехать. – Руки Райса покрывали густые рыжие волосы, словно шерсть, и он беспокойно водил ими по полке с маленькими бутылочками, словно искал эликсир «Исчезните». – Если это все…

– Он был богатым человеком? – поинтересовался Джеймс.

– Нет.

– Откуда вы знаете?

– Знаю, потому что он все оставил мне.

– И сколько там? – нетерпеливо спросила Агата.

– Недостаточно, – ответил Райс. – Уходите отсюда и дайте мне заняться моими клиентами.

* * *

– Значит, наследует он, а не брат. Вот вам мотив, – ликующе заявила Агата, когда они вышли на улицу. – Кто может знать, о каких именно деньгах идет речь?

– Адвокат. Но я сомневаюсь, что он нам скажет. Давайте попробуем зайти к редактору местной газеты, – предложил Джеймс. – Они собирают всякие сплетни.

Редакция «Мирчестерского вестника» разочаровала Агату, хотя сама газета состояла из трех страниц. Она наивно ожидала увидеть что-то похожее на то, что время от времени показывают в новостях: комнаты с рядами компьютеров и напряженно работающими журналистами.

Время и технический прогресс обошли «Мирчестерский вестник» стороной. Редакция состояла из нескольких мрачных комнаток на верхнем этаже, куда вела шаткая лестница. Бледная молодая женщина с прямыми прилизанными волосами печатала на старомодной пишущей машинке, а какой-то парень стоял у окна, засунув руки в карманы, фальшиво что-то насвистывал и смотрел на улицу.

– Как нам увидеть главного редактора? – спросил Джеймс.

Бледная девушка прекратила печатать.

– Если вас интересуют рождения, смерти и браки, этим занимаюсь я, – ответила она.

– Ничто из этого.

– Жалобы? Не та фамилия под фотографией?

– Никаких жалоб.

– Это меняет дело. – Она встала со стула. На ней была длинная юбка в стиле пэчворк, кеды и футболка с надписью «Отвали». – Как вас представить?

– Миссис Рейзин и мистер Лейси.

– Хорошо.

Она толкнула поцарапанную дверь и исчезла внутри. Оттуда послышался гул голосов, затем девушка появилась снова.

– Заходите. Мистер Хейфорд вас примет.

Мистер Хейфорд встал из-за стола, чтобы их поприветствовать. После приведения в футболке и кедах он удивил своим консервативным видом. Это был невысокий, аккуратно одетый мужчина с гладким лицом оливкового цвета, темными глазами и тонкими прядями черных жирных волос, зачесанными назад со лба. На нем были темный костюм, рубашка с воротничком и галстук.

– Присаживайтесь, – предложил он. – Что я могу для вас сделать? Я узнал вашу фамилию, миссис Рейзин. В прошлом году вы собрали внушительную сумму на благотворительные цели.

Агата расцвела.

– Мы оба были знакомы с ветеринаром Полом Блэйденом, – заговорил Джеймс. – И мы поспорили. Миссис Рейзин считает, что он был богатым человеком, а у меня сложилось впечатление, что денег у него было мало. Вы знаете, сколько он оставил после себя?

– Я не могу назвать вам точную цифру, потому что не помню, – ответил мистер Хейфорд. – Думаю, около восьмидесяти пяти тысяч. Когда-то это было целое состояние, а сейчас на эту сумму и приличный дом не купишь. Конечно, он оставил и дом, но Блэйден брал ипотечный кредит, а затем, не выплатив его, перезаложил дом. С нынешними ценами во время экономического спада у мистера Райса, который за ним наследует, едва хватит средств, чтобы расплатиться с этими кредитами. Не думал, что наступит день, когда мы в нашей стране будем считать, что восемьдесят пять тысяч фунтов – это не такие и большие деньги. Так что, похоже, мистер Лейси, вы выиграли спор.

– Значит, из-за денег его убить не могли, – печально заметила Агата после того, как они распрощались с редактором. – И тем не менее…

– Тем не менее что?

– Если у него было восемьдесят пять тысяч фунтов, зачем перезакладывать дом, не выплатив ипотеку? Я имею в виду, что проценты получаются разорительные. Почему не выплатить хотя бы часть денег, которые он был должен?

– Дело в том, что мы заставляем себя верить, будто имеем дело не с несчастным случаем, а убийством, – ответил Джеймс.

Агата быстро соображала. Если Джеймс откажется от идеи расследования дела, то у нее почти не останется оправданий для того, чтобы проводить время в его обществе.

– Мы можем попробовать поговорить с его женой, – предложила она. – Я имею в виду, что раз уж мы все равно здесь и нам нужно убить время до того, как ехать к Биллу.

– О, очень хорошо. Где нам ее найти?

– Попробуем в телефонном справочнике. Будем надеяться, что она все еще не поменяла фамилию, – ответила Агата.

Они нашли в справочнике «Г. Блэйден». Адрес: Малый Блумхэм, Розовый дом.

– Где находится Малый Блумхэм? – спросила Агата.

– Я один раз видел указатель к нему. Нужно свернуть со Строуд-роуд.

Когда они въехали в Малый Блумхэм, местность окутывал бледный туман, и сельский пейзаж напоминал китайскую акварель. Местечко скорее походило на поселение каких-то отшельников, а не деревню: несколько старых домов, построенных из золотистого котсуолдского камня, сгрудились рядом с ручьем.

Людей не было видно, из труб не поднимался дым, даже собаки не лаяли.

Агата выключила двигатель, и они с Джеймсом стали прислушиваться, когда вокруг них воцарилась странная тишина.

Внезапно Джеймс процитировал стихотворение:

Они услышали, как ногу в стремя он сунул,

И о камень стук подков,

И волной тишина мягко накатилась,

Когда затих вдали галоп[22].

Агата сурово посмотрела на него. Она не любила людей, которые внезапно начинают что-то цитировать, а ты чувствуешь себя неначитанной простушкой. На самом деле она думала, что люди это делают только для того, чтобы похвастаться и выставить себя в выгодном свете.

Она вышла из машины и нарочито громко хлопнула дверцей.

Джеймс вылез с пассажирского места и прогулялся до каменной стены, встал там и устремил взгляд на медленно текущий ручей. Похоже, он погрузился в мечтания и забыл об Агате.