Свежие сплетни для настоящей лентяйки - Мэрион Чесни Гиббонс

– Странное предложение, – подтвердил мистер Вонг.

К облегчению Агаты и Джеймса, во время кофе компанию им составлял только Билл.

– Я так рад, что вы смогли прийти, – сказал Билл. – Я горжусь своим домом. Мама превратила его в маленький дворец.

– Да, и правда очень уютно, – соврала Агата. – Билл, ты уверен, что в смерти Блэйдена нет ничего странного?

– Никто ничего не смог найти, – ответил он. Судя по виду, Биллу было весело. – Вы двое занимались детективной работой?

– Просто поспрашивали людей, – увильнула от прямого ответа Агата. – Билл, не возражаешь, если я закурю?

– Я-то нет, но мама вас убьет. Выйдите в сад позади дома и покурите там.

Агата и Джеймс прошли за ним в сад. Джеймс ахнул. Сад был очень красиво оформлен. Несколько вишневых деревьев в дальней части тянули к вечернему небу ветки, покрытые бело-розовыми цветами. На глицинии у двери в кухню только показались первые листочки.

– Это мой участок земли, – сообщил Билл. – Отдыхаю здесь от работы в полиции. Приятное разнообразие.

Джеймс поразился, что Билл, который явно обладал вкусом к прекрасному, считал, что с домом его родителей все в порядке. Агата поразилась, как Билл может так восхищаться и быть так привязан к этой скучной паре, затем решила, что сама восхищается им за это.

Джеймс становился все более радостным и приходил в возбуждение, обсуждая растения, а Агата снова вспомнила свой запущенный сад и решила, что, если расследование провалится, садоводство вполне может стать той общей темой, которая объединит их с соседом. К тому времени, как они вернулись на ужасную веранду, чтобы выпить еще жуткого кофе, который миссис Вонг подавала в кукольных чашечках и называла своими лучшими «демитассе», Агата, Джеймс и Билл чувствовали себя непринужденно друг с другом.

– Я люблю отвечать гостеприимством на гостеприимство, – пояснил Билл Джеймсу. – Я часто заглядываю к Агате выпить кофе, но она здесь никогда раньше не была. Теперь вы знаете дорогу, приезжайте в любое время.

– Вы недавно сюда переехали? – поинтересовался Джеймс.

– В прошлом году, – гордо объявил Билл. – У папы химчистка в Мирчестере, он сам построил этот бизнес. Да, мы поднимаемся вверх в этом мире.

Казалось, добродушие, которое источал Билл, превращает его дом во дворец, по крайней мере, он сам считал его таким. Агата и Джеймс очень тепло поблагодарили миссис Вонг за гостеприимство перед тем, как покинуть их.

– Скорее рак на горе свистнет, чем я еще раз сюда приеду, – заявила Агата, выезжая на дорогу.

– Да, и я по-прежнему голоден. Я порезал эту говядину и засунул под овощи, чтобы все выглядело так, будто я ее съел, – признался Джеймс. – Давайте где-нибудь остановимся, пропустим по стаканчику и съедим по сэндвичу.

Он сказал это почти автоматически, как говорят старому другу, считая, что Агата совершенно точно согласится. И Агата почувствовала себя безумно счастливой, да она была готова расплакаться от счастья!

Попивая пиво и закусывая его сэндвичами, они решили продолжить расследование на следующий день.

– Как насчет мисс Мэббс? – внезапно предложила Агата. – Мы знаем, что Блэйден был бабником. Мисс Мэббс – бледная моль, которая работала у него в приемной. Давайте расспросим ее. Она должна была знать про операцию у того коня. Интересно, где она сейчас?

– Мы найдем ее завтра. Можете курить, если хотите.

– Я чувствую себя представительницей вида, которому угрожает исчезновение, – призналась Агата, закуривая. – Люди начинают очень воинственно относиться к курящим.

–Они пуритане,– заметил Джеймс.– Кто сказал, что пуритане выступали против травли медведей не потому, что медведю больно, а потому, что зрелище приносит удовольствие зрителям?[26]

– Не знаю. Но мне следует бросать.

– Билл обронил странную вещь, когда мы уходили, – вспомнил Джеймс. – «Не ворошите грязь, а то это может привести к настоящему убийству».

– О, он шутил. Он любит пошутить.

Глава 5

Агата очень удивилась бы, если бы кто-то назвал ее романтиком. Она считала себя расчетливой, здравомыслящей и практичной. Поэтому она не понимала, как глупо и недальновидно мечтать и фантазировать.

Мысленно она вышла замуж за Джеймса Лейси после того, как они попрощались прошлым вечером. Большинство ее мечтаний крутилось вокруг страстного медового месяца. Самое приятное в ее фантазиях было то, что она сама могла написать к ним сценарий, и в этом сценарии Джеймс красиво говорил о любви.

Поэтому на следующее утро Агата забыла про все свои планы вести себя холодно и отстраненно. Джеймс сказал, что зайдет за ней в районе полудня, они перекусят в пабе, а затем попытаются выяснить, что произошло с мисс Мэббс.

Агата решила устроить романтический обед. Поэтому, когда Джеймс появился на пороге ее дома, он тут же нервно отступил, увидев Агату в блузке с глубоким вырезом, обтягивающей юбке и туфлях на очень высоких каблуках. Она просто сияла, глядя на него. Он нервно переступал с ноги на ногу в прихожей, когда она махнула рукой в направлении столовой и заявила, что они вполне могут перекусить у нее дома.

В открытую дверь столовой Джеймс увидел накрытый стол: фарфор, хрусталь и зажженные свечи в высоких подсвечниках – свечи в середине дня!

Он запаниковал и попятился к двери.

– По-правде говоря, я пришел извиниться, – пробормотал он. – Появились кое-какие дела. Не могу составить вам компанию.

С этими словами Джеймс развернулся и сбежал.

Агата буквально слышала, как рушатся ее мечты, кирпичик за кирпичиком, этот грохот стоял у нее в ушах. Красная от стыда, она задула свечи, убрала фарфоровую посуду, пошла наверх, смыла толстый слой макияжа, надела удобное старое платье, по форме напоминающее мешок, сунула ноги в тапки и, волоча ноги, спустилась посмотреть по телевизору мыльную оперу, лишь бы не думать про свою оплошность.

Предыдущей ночью она почти не спала, поэтому задремала перед телевизором с кошками на коленях. Она проснулась через час от звонка в дверь.

Агата надеялась, что вернулся Джеймс (только бы он вернулся!), но на пороге стояла миссис Блоксби, жена викария.

– Я проходила мимо и подумала, помните ли вы, что сегодня вечером состоится заседание Женского общества Карсли, – сказала миссис Блоксби.

На мгновение глаза Агаты вспыхнули нехорошим огнем. «Да пошли бы эти женщины Карсли куда подальше», – подумала она.

– Я надеюсь, вы придете, – продолжала миссис Блоксби. – Обещала быть миссис Хантингдон, новая жительница нашей деревни, а также мисс Вебстер, заведующая магазином. Ожидаем много людей. Мисс Симмс принесет домашний сидр, который готовила сама. Я