Свежие сплетни для настоящей лентяйки - Мэрион Чесни Гиббонс

class="p1">– Как тут тихо, – произнес он, словно разговаривая с самим собой. – Типично английский пейзаж. Это та Англия, за которую сражались в Первую мировую войну. От нее так мало осталось.

– Вы хотите стоять здесь и медитировать, пока я выясняю, какой из этих живописных домиков называется Розовым? – уточнила Агата.

Джеймс внезапно улыбнулся ей.

– Нет, я пойду вместе с вами. – Они вдвоем побрели по дороге вдоль ручья. – Давайте посмотрим. На этом нет названия, следующий называется Последним, хотя он и не последний. Возможно, нам нужен один из тех, что стоят дальше.

Они чуть не пропустили Розовый. Он стоял на некотором удалении от дороги, в конце узкого, плохо ухоженного садика. Это был маленький домик с соломенной крышей, стены которого покрывали толстые ползучие побеги.

– Выглядит скорее как нора какого-то животного, а не дом, – прокомментировал Джеймс. – Ну, пойдемте. Мы не можем сказать, что считаем случившееся убийством. Выразим наши соболезнования и посмотрим, что нам это даст.

Джеймс постучал в дверь и стал ждать. Они замерли, окруженные тишиной сельской местности, которую можно представить только в мечтах. Затем чары внезапно развеялись: с куста у двери взлетела птица, где-то залаяла собака, долетел какой-то резкий звук с дороги, и миссис Блэйден открыла дверь.

«Похоже, она старше меня», – подумала Агата, снова глядя на седые волосы и указывающие на возраст морщины на тонкой шее.

Миссис Блэйден перевела взгляд с Джеймса на Агату, и на ее лице появилось явное неудовольствие.

– О, это снова вы.

– Мистер Лейси хотел выразить вам свои соболезнования, – быстро сказала Агата.

– Зачем? – резко спросила миссис Блэйден. – Зачем кому-то приезжать сюда и выражать соболезнования в связи со смертью человека, с которым я была разведена?

– Мы в Карсли дружим с соседями, – пояснил Джеймс. – Мы хотели спросить, не требуется ли вам какая-то помощь.

– Вы мне поможете, если сейчас же уберетесь отсюда.

Джеймс беспомощно посмотрел на Агату. А она в свою очередь решила взять быка за рога.

– Вы уверены, что ваш муж умер своей смертью? – прямо спросила она.

Миссис Блэйден явно стало забавно.

– Вы хотите сказать, что его кто-то убил? Это очень вероятно. Пол был мерзким типом, и я рада, что он мертв. Надеюсь, теперь вы удовлетворены.

Она захлопнула дверь у них перед носом.

– Разговор окончен, – сказал Джеймс, когда они пошли по заросшей сорняками тропинке.

– Кое-что мы узнали, – с энтузиазмом заявила Агата. – Она не засмеялась нам в лицо, когда я предположила, что это убийство. Ведь так?

– Знаете, что я думаю? – Джеймс попридержал перед ней калитку. – Я думаю, что мы с вами – двое пенсионеров, которым нечем себя занять.

– Это потому, что вы никак не можете начать писать, – проницательно заметила Агата. – Только не надо вымещать на мне свое недовольство.

– Какое это милое маленькое местечко, – протянул Джеймс, чтобы сменить тему. – Тихое и спокойное. Интересно, не продаются ли здесь дома?

–Неужели вы хотите жить здесь?!– в панике воскликнула Агата.– То есть я хочу сказать, что и Карсли не подарок, но здесь нет вообще ничего, даже магазина и паба.

– И что из того в наше-то время, в век автомобилей? О, посмотрите. Вон там указатель. Господский дом. Я его раньше не заметил. Давайте подойдем поближе и посмотрим.

Агата молча последовала за ним по петляющей дороге. Ей не хотелось смотреть ни на какие господские дома, потому что они принадлежали миру Джеймса Лейси, но не ее. До самого дома тянулась дорожка, по бокам которой были высажены кусты рододендрона. Туман рассеялся, и теперь бледный солнечный свет омывал золотистые стены. Дом был старым и низким, он уже начал разрушаться, но, несмотря на это, излучал очарование, распространяя на всю округу многовековую атмосферу спокойствия. Даже Агата почувствовала, что войны и конфликты, чума и прочие эпидемии обходили это старое здание стороной.

Невысокая женщина с квадратной фигурой, одетая в комплект из вязаного шерстяного жакета, такого же свитера и твидовой юбки, вышла на улицу, по пятам за ней следовал черный ретривер.

– Я могу вам как-то помочь? – крикнула она.

– Мы просто восхищаемся вашим красивым домом, – ответил Джеймс, приближаясь к ней.

– Да, он красивый, – согласилась она. – Зайдите внутрь и выпейте чаю. Сейчас у меня очень редко бывают гости. Это летом все мои родственники решают, что им нужно где-то бесплатно отдохнуть.

Джеймс представился сам и представил Агату. Женщина назвалась Банти Вир-Дедсворт. Она провела их по темному коридору в большую старую кухню, где блестели медные кастрюли, а в старом шкафу для посуды во всю длину одной стены были выставлены бело-голубые фарфоровые тарелки.

– Лейси, – произнесла она, включая электрический чайник, – я когда-то была знакома с семьей Лейси в Сассексе.

– Именно оттуда родом моя семья, – сообщил Джеймс.

– Правда? – Глаза василькового цвета выделялись на ее покрасневшем лице. – Старый Гарри Лейси?

– Это мой отец.

– Боже, как тесен мир. А вы когда-нибудь видитесь с…

Агату быстро выкинули из этого внушающего страх разговора высших классов, который состоял из имен, фамилий и радостных возгласов. Эти двое обменивались воспоминаниями, пока она попивала чай и чувствовала, как Джеймс отдаляется от нее. Она могла представить его живущим в этом доме с изящной женой, а не с вышедшей на пенсию специалисткой по пиару, как она. Сама Агата могла делиться воспоминаниями только с кем-то из жутких трущоб Бирмингема, где она выросла.

– Что привело вас сюда? – наконец спросила Банти.

– Умер наш ветеринар в Карсли, и мы приехали выразить соболезнования миссис Блэйден, но, похоже, она в них не нуждается

– Так и есть, – кивнула Банти. – У нее был очень несчастливый брак.

– Бегал по бабам? – высказала предположение Агата.

– Я думаю, это скорее был вопрос денег, вернее, их отсутствия. Грета Блэйден была богатой женщиной, когда вышла замуж за Пола, а он, похоже, потратил бóльшую часть ее средств. Когда она его бросила, то смогла позволить себе купить только маленький обшарпанный домик. Она на самом деле его ненавидела. Я слышала, как умер Блэйден. Если бы его кто-то шарахнул сковородкой и выяснилось, что это Грета, я нисколько не удивилась бы. Но нужно знать ветеринарные препараты, чтобы вколоть шприц с чем-то смертоносным. Нужно в них разбираться! Подумайте об этом. Какое количество людей понимает, что там смертоносное, а что нет? Может, его партнер хотел заполучить себе бизнес в единоличное пользование. – Банти рассмеялась.

Джеймс посмотрел на часы.

– Нам и правда пора.

– Точно? – Банти улыбнулась Агате. – В таком случае приезжайте ко мне снова. Я буду рада.

Агата улыбнулась в ответ и ощутила, как испаряется ее ощущение потерянности и неумения общаться с