Рассказы - Майкл Коннелли

— Где ты живешь, парень?

Он назвал адрес и заметил, как лицо детектива сделалось еще мрачнее.

— Что? Что-то случилось?

— Мне нужно сначала задать тебе несколько вопросов. Кто живет там с тобой? Мама, отец?

— Только отец.

— Где твоя мама?

— Не знаю. Она ушла очень давно. Но при чем здесь вообще это? Я просто увидел бегущего человека. Какая разница, где моя мать?

— Ни при чем. Я просто задаю вопросы. Расскажи мне о человеке, которого ты видел бегущим.

Парень повторил историю, которую уже рассказывал первым двум копам. Никаких новых деталей он добавлять не стал, рассудив, что в разговоре с Соннтагом чем меньше скажешь, тем лучше. Детектив не перебивал вопросами, пока он не закончил.

— И ты уверен, что задержанный это именно тот самый человек, которого ты видел на бегу?

— Не знаю. Наверное.

— Наверное?

— Ну, я ведь толком его не разглядел, только мельком из машины.

— С этим мы сейчас разберемся. Так, ты сказал, что этот бегущий человек двигался со стороны разводного моста, верно?

— Да.

— Ты видел его на самом мосту?

Парень растерялся. Единственная ложь уже повлекла за собой лавину новых. Теперь, чтобы не выдать себя, приходилось врать дальше. Как же ему хотелось сейчас поговорить с отцом!

— Одно из двух. Либо ты видел его на мосту, либо нет, — отрезал Соннтаг.

— Не видел. Можно мне еще раз позвонить? Я хочу набрать отца.

Соннтаг помолчал, пристально глядя на него.

— Не сейчас. Сначала зафиксируем твои показания. Значит, на мосту ты его не видел, но уверен, что он бежал оттуда.

— Да.

— Мы никак не можем найти оружие. Мог он выбросить его в реку, когда перебегал мост?

— Да, наверное. Все может быть.

— Ты видел, как он это сделал?

— Нет же. Я же сказал, я не видел его на мосту.

Парень понимал, что Соннтаг пытается его подловить или заставить подтвердить то, чего он на самом деле не видел. Он сидел как вкопанный. Он знал, что сейчас самое время во всем признаться. Рассказать про пистолет и попытаться все объяснить. Но он не мог себя заставить.

— Я хочу поговорить с отцом.

Соннтаг понимающе кивнул, словно собирался тут же выполнить его просьбу. Но заговорил он совсем о другом:

— Твоего отца зовут Эдисон Чеймберс, верно?

— Да, все верно, — ответил парень, и в его голосе прозвучали тревожные нотки. — Он здесь?

— Нет, боюсь, что нет. Мне безумно тяжело говорить тебе это, парень, но я обязан. Похоже, твой отец оказался среди тех, в кого стрелял этот подонок.

Парень в оцепенении приоткрыл рот. Ему показалось, будто стены комнаты и яркий свет ламп со свистом обрушились на него. Голос Соннтага доносился как сквозь вату:

— Эдисон Чеймберс. Мы установили его личность по документам в бумажнике. Он зашел в магазин и пошел в самый конец, к холодильникам, за пивом. Наклонился, чтобы достать упаковку с нижней полки, и нападавший, по всей видимости, его не заметил. Он вошел и направился к кассе. Сначала, наверное, выстрелил в продавщицу. И как раз в этот момент твой отец поднялся. Тут-то нападавший его и заметил...

Договаривать Соннтагу не пришлось. Парень подался вперед и закрыл лицо руками. Сквозь подступившую темноту он услышал вопрос детектива. Есть ли у него здесь другие родственники?

— Тетя и дядя, — выдавил он.

— Нужно будет связаться с ними, когда мы закончим.

— Я хочу домой.

— Мы передадим тебя тете с дядей, а там уже вы втроем решите, как быть.

Парень молчал. Он не знал, о чем думать и что говорить. В голове внезапно вспыхнул образ пистолета, лежащего в бардачке. Ему во что бы то ни стало нужно было вернуться к машине.

— Мы готовим опознание, — произнес Соннтаг.

Парень выпрямился. По его щекам катились слезы.

— В каком смысле?

— Мы выстроим подозреваемого в шеренгу с другими мужчинами, а ты попробуешь его указать. Не бойся, он тебя не увидит. Ты будешь стоять за зеркальным стеклом.

«Да он меня уже видел», — подумал парень, но вслух ничего не сказал. Лишь молча кивнул. В его голове уже зрел план. Он заставил себя сосредоточиться на нем, чтобы заглушить мысли об отце.

— Ну что, готов? — спросил Соннтаг.

— Наверное.

— Вот и ладно. Сделаем это, а потом сразу наберем твоих тетю с дядей. Пойдем, сделаем это ради твоего отца.

Парень поднялся и вышел вслед за Соннтагом. Его привели в темную комнату с окном, выходящим в ярко освещенное помещение. Дальняя стена там была идеально белой, если не считать черточек ростомера в футах и дюймах, по которым можно было определить рост. Спустя пару минут туда ввели шестерых мужчин. Их выстроили в шеренгу лицом к окну.

— Они меня не видят? — спросил он.

— Нет, — ответил Соннтаг. — Это одностороннее стекло.

Парень всмотрелся в лица. Бородатых среди них было всего двое. И одним из них был тот самый беглец. Ошибки быть не могло. Он смотрел прямо на убийцу своего отца. Мысли с шумом проносились в его голове, напоминая грохот прибоя. В коленях разлилась слабость, но сердце билось ровно и твердо. Одинокая слеза скатилась по его мягкой, еще не знавшей бритвы щеке. Он смахнул ее, и шум волн в его ушах сменился голосом отца. «Пора становиться мужчиной.»

— Ну что? — шепнул Соннтаг, наклонившись к самому его уху. — Который из них?

Парень не отвечал. Он лихорадочно просчитывал свой план.

— Укажи на него, сынок, — мягко настаивал детектив.

Парень покачал головой.

— Нет, — медленно произнес он. — У вас его нет. Его здесь нет.

Он физически почувствовал, как напрягся детектив.

— Что значит «нет»?

— То и значит: человека, которого я видел, среди них нет.

— Парень, очнись. Речь идет о твоем отце.

— Я знаю. Я хочу, чтобы поймали настоящего убийцу, а его здесь нет.

Соннтаг снова склонился к нему и зашептал:

— Да не бойся ты его. Он ничего тебе не сделает. Просто укажи на него.

— Я не боюсь. Его просто здесь нет.

— Но ведь один из этих людей тот самый, на кого ты указал возле бара!

— Там было темно, а я сидел в патрульной машине. Увидел бороду и подумал...

— Что подумал?

— Подумал, что это он, но я ошибся. Вы взяли не того.

Соннтаг шумно и злобно выдохнул. Заговорил он уже в полный голос:

— Вот что я тебе скажу, малый. Кроме тебя, у нас ничего нет. Ни оружия, ни свидетелей, ни камер в магазине. Но