В этом поезде каждый – подозреваемый - Бенджамин Стивенсон

– Слишком крутая штука, чтобы пить ее в одиночку.

Прежде чем он успел что-то добавить, пронзительный свист микрофона известил о начале беседы. Мейджорс со своей стороны сделала все возможное, чтобы утренняя встреча послужила более близкому знакомству с Мактавишем и его книгами. Но сам Мактавиш, несмотря на все ее усилия, привычно глотнул из фляжки и пустился в те же байки, что и накануне. Мой взгляд плавно скользнул к окну. Пейзаж не баловал изобилием дикой природы. Даже для кенгуру здесь было слишком пустынно, и только какая-то птица кружила, выпустив когти, в вышине над поездом.

Небо на горизонте кое-где пятнали густые тучи. Вдалеке показалась крохотная точка вертолета, несущего подвешенный снизу контейнер с водой. Глядя на него, я подумал, что коршуны, поджигающие буш, беспокоят людей немного больше, чем об этом рассказывал Аарон. Естественная экосистема, круговорот жизни и прочее. Может быть, и так, но устраивать подобное опустошение, сжигать целый лес только ради своего жалкого завтрака – нет, это не казалось мне таким уж естественным. Это было слишком… по-человечески.

Тут я услышал, как Мейджорс спросила:

– С вами все в порядке?

И все смешалось.

Я обернулся и увидел, как Мактавиш поднес руку ко рту, плечи его тяжело заходили. Он то ли рыгнул, то ли икнул, и струя рвоты хлынула сквозь его пальцы на передние ряды, а слушатели завизжали и шарахнулись в разные стороны. Мактавиш согнулся пополам, уронил фляжку на пол и перестал прикрывать рот рукой, заблевав весь ковер, а заодно и книгу Брук.

Я вскочил, как и все остальные в баре, и замер, не зная, чем помочь. Аарон проталкивался из передней части вагона с аптечкой в руке. Побелевшее лицо Мактавиша приобрело синеватый оттенок, его била крупная дрожь. Он вцепился в трость и выпрямился. Дышал он резкими, короткими рывками.

На мгновение мне показалось, что Мактавиш справился с собой, хотя он все еще грузно опирался на трость. Его бледная кожа покрылась потом, зрачки превратились в крохотные точки. Спиртное из фляжки медленными толчками выплескивалось на ковер. Он посмотрел на нас, утер рот и сказал:

– Кажется, я неважно себя чувствую.

А потом он умер.

В буквальном смысле. Как будто кто-то выключил его мозг. Его глаза не закатывались медленно, веки не закрывались постепенно. Секунду назад он смотрел прямо на меня, и вдруг его микросхема перегорела, глазные яблоки дернулись в разные стороны (одно вверх и влево, другое куда-то вбок), и все в нем умерло. Еще мгновение он стоял прямо благодаря трости, а потом тело обмякло, сломалось и рухнуло на пол.

Неподвижное. Мертвое.

Никто не шевельнулся. Это было слишком нелепо, слишком неожиданно и слишком жестоко, и никто не подумал даже закричать. Ни одного звука, только общее испуганное молчание.

Если, конечно, не считать скрип карандаша Алана Ройса, что-то записывающего в свой блокнот.

Глава 11,5

Вот что вы сейчас думаете.

На данный момент главный ваш подозреваемый – Лиза Фултон, поскольку она единственная в этой поездке относилась ко мне сравнительно хорошо. Как ни парадоксально, отсутствие улик само по себе становится уликой. К тому же только ее не было в вагоне-баре, когда умер Мактавиш.

Алан Ройс занимает сейчас последнюю строчку в вашем списке подозреваемых, потому что такие отвратительные тараканы в детективных книгах обычно оказываются жертвами и вы считаете его слишком очевидным кандидатом на роль убийцы.

С. Ф. Мейджорс и Вольфганг находятся на равных позициях, где-то посередине, вместе с Симоной и Уайаттом. Ясно, что каждый из них что-то скрывает, но неясно, заслуживают ли эти тайны того, чтобы убить ради них. Уайатт, кроме того, сидит в центре паутины, учитывая его положение в издательстве «Джемини» и деловые отношения с большинством, если не со всеми остальными. Вы присматриваетесь ко всем четверым.

Вы, безусловно, учитываете и то, что убийцей может быть не один из авторов, а кто-то из гостей, и в эту группу у вас попадают Брук, Джаспер и Харриет Мёрдок, дамский клуб любительниц эротической книги и Дуглас. Вы не уверены, что у вас достаточно оснований посчитать кого-нибудь из них убийцей, но особое внимание привлекает, пожалуй, «таинственный незнакомец» Дуглас.

Вы не исключаете и персонал: барменшу Синтию и руководителя нашей поездки Аарона, так как из всех служащих поезда я назвал по именам только их двоих. Разумеется, кандидатуры Аарона и Синтии могут прийти вам в голову, ведь вы помните о предстоящем втором убийстве и можете посчитать эту причину достаточной, чтобы упомянуть и их имена.

Джульетта до сих пор ускользала от вашего внимания, поскольку сквозной персонаж в сиквелах обычно не совершает убийства, если только его характер не меняется полностью, но такое несоответствие не считается честной игрой. Конечно, вы можете заподозрить ее в зависти, учитывая то, что мы оба написали книги об одном и том же событии, но лишь меня пригласили на фестиваль. Но давайте внесем ясность: только идиот стал бы обвинять Джульетту в убийстве.

Итак, теперь мы представляем себе ситуацию с подозреваемыми. А еще вы наверняка задумались о следующих моментах сюжета.

Действительно ли умер Генри Мактавиш? Бывает же, что герои в таких книгах иногда возвращаются. Но я скажу вам определенно: подмигивайте хоть слепому коню, хоть шотландскому писателю, его труп уже остыл.

Или вы решили, что важную роль может сыграть сюжет романа «Под колесами».

Или вам пришло в голову, что любой в этой книге может оказаться не тем, за кого себя выдает. Вы гадаете, а не находится ли в поезде под чужим именем некий Хейнкель Хабар?

Помимо всего прочего, я обещал вам, что использую имя убийцы во всех возможных формах сто шесть раз. Справедливости ради, раз уж в игре участвует несколько человек, я сосчитаю каждого. Текущий счет таков:

Генри Мактавиш: 136

Алан Ройс: 70

Симона Моррисон: 56

Уайатт Ллойд: 51

С. Ф. Мейджорс: 46

Лиза Фултон: 40

Вольфганг: 40

Джаспер Мёрдок: 27

Харриет Мёрдок: 21

Брук: 20

Аарон: 14

Книжный клуб/Вероника Блайт/дама с прической «улей»: 14

Хейнкель Хабар: 10

Синтия: 9

Дуглас Парсонс: 8

Эрика Мэтисон: 4

Джульетта: ВНЕ ПОДОЗРЕНИЙ

Вам может показаться, что для рассказчика детективной истории я слишком откровенен. Возможно. Я говорю все это, потому что, хотите верьте, хотите нет, но детектив – это командный вид спорта. Некоторые авторы, не лучшие из них, играют против читателей. Но мы с вами одна команда, и, чтобы игра была честной, вы должны