Ведьма из Кингспорта - Рональд Малфи

Тот отстранился.

– Мы же поклялись, что никому никогда об этом не расскажем! А ты эту клятву нарушил, Дейл, и подставил нас всех.

– Эрик, прошу…

– А Тиг? Да у нее дочку заберут! Мы все в тюрьму сядем!

– Я ошибся, понятно? – Дейл краснел с каждой секундой все сильнее. Его рука все так же без определенной цели висела в воздухе.

Тиг подошла ко мне. Она выглядела невероятно спокойно.

– Ну что ж, теперь уже ничего не исправишь. Но ведь она уже много лет об этом знает и до сих пор никому ничего не сказала. Не думаю, что стоит так переживать.

– Да, Эрик, давай не…

Эрик ударил Дейла по руке и сбросил его с табурета. Дейл попытался ухватиться за стол, но в итоге потащил его за собой, падая. Миска с запеканкой разбилась вдребезги, а картофельный салат рассыпался по полу. Шарики разлетелись в разные стороны.

– Эй, – попытался успокоить его я дрожащим голосом.

– Вот как мы поступим. – Эрик ткнул пальцем в сторону Дейла. – Когда твоя жена наконец объявится, ты отдашь ей все, что она попросит. И мне плевать – дом, бизнес, ребенок, – ты не будешь ни за что бороться. Я не собираюсь стать жертвой шантажа просто потому, что ты не смог держать свой рот на замке.

Дейл поднялся на ноги, но при этом опрокинул свой барный стул, и тот ударился об пол с громким звуком, похожим на выстрел. Он жалко кивал, не в силах встретиться с Эриком взглядом. На манжете его брюк остались следы от картофельного салата.

– Хорошо-хорошо! – Он посмотрел на остальных. Его глаза блестели, а щеки приобрели пунцовый оттенок. – Мне жаль, ребята. Я ошибся. Не знаю, что еще сказать.

– Сказал ты уже достаточно. – Эрик повернулся, встречаясь взглядом с каждым из нас, пока в итоге не посмотрел на Тиг. – Простите, что я так вспылил.

С этими словами он вышел из бара. Тиг подошла к Дейлу, обняла его, и он прислонился головой к ее груди.

Я посмотрел на Мича, который стоял спиной к рыболовным сетям на стене, обхватив себя руками, будто обнимая. Невооруженным глазом было видно, что он где-то поранился: казалось, будто чьи-то ногти оставили свежие рваные раны на испещренной царапинами коже его рук. Его широко раскрытые глаза смотрели на меня, как будто он был в наркотическом бреду и слабо осознавал, где находится.

– Почему ты сказал об этом только сейчас?

– А я раньше и не помнил. – Он провел черными ногтями по лицу. – Но она мне показала. Вчера вечером.

– Ты про Роберта?

– Нет, совсем нет… – Переведя взгляд на Дейла за стойкой, Мич прошептал: – Я вчера с его женой виделся. И вот она мне как раз и напомнила…

– Когда ты успел так обдолбаться, Мич?

– Она знает наш секрет. А Роберт… Он вообще все секреты знает. Даже твои, Эндрю.

– Ну и какой же у меня секрет?

– Он… Он мне не сказал. Но я его почувствовал… Унюхал… Он мне такие вещи шепчет….

– Хватит, Мич. Я уже понял.

– Не стоило тебе приезжать. – Его голос больше походил на скрежет. – Ты сам запустил этот механизм. Почти двадцать лет прошло с того дня. Думаешь, это какое-то совпадение? Годовщина смерти Роберта маячит на горизонте. Теперь мы все заплатим…

– Мич, я не думаю…

– Слышишь, Эндрю? Мы прокляты, чувак. Прокляты.

Одиннадцать

Чуть позже я отвез Дейла домой, вытащил его из машины и поддерживал, пока мы шли по дорожке к дому. Дверь была не заперта, и я толчком открыл ее, а затем перевел его через порог. Пошатываясь в темноте, он плутал по комнате, пока наконец не рухнул на диван, откинув голову на мягкий подголовник.

Силуэт его затылка виднелся на фоне дальних окон, где ночное небо светилось сверхъестественным сиянием.

Я провел рукой по стене в поисках выключателя, нашел его и включил свет.

– Нет, выключи, – проворчал Дейл с дивана.

Я последовал его указанию, и мы снова оказались в темноте, если не считать света уличных фонарей, расставленных по периметру тупика и светивших в окна.

– Скажи мне, – пробормотал Дейл. Точнее, это походило больше на хрип. После ухода Эрика он продолжил напиваться у Тиг, опрокидывая стакан за стаканом, пока я не потащил его к машине. – Ты не видел фейерверков в одном из этих домов?

– О чем ты, черт возьми, говоришь, Дейл?

– Забудь. Я ошибся. Эрик прав. Я ничего не должен был ей говорить… – Он покачал головой. – Просто я и подумать не мог, что она так меня предаст. Она была моей женой. Я ей доверял. Тебе не понять, каково это, Энди.

– Давай ты пойдешь к себе в комнату и немного поспишь.

– Но ты не переживай, Эндрю. Все будет хорошо. У нас у всех все будет хорошо.

Он повернулся. Половина его лица серебрилась в свете уличных фонарей, а другая, напротив, выглядела как черная бездонная тень. У него было то же затравленное выражение лица, которое я видел всякий раз, когда проходил мимо зеркала или ловил себя в отражении окна вагона метро в последние несколько месяцев. Только теперь этот фантом перешел от меня к Дейлу…

…или, может быть, теперь он обитал в нас обоих, как заразная болезнь, переходящая от носителя к носителю. От одного его вида у меня мороз пробежал по коже.

– Все будет хорошо, – повторил он. – Не переживай, Синтия никому ничего не скажет.

– Дейл, – произнес я срывающимся голосом.

Он выпрямился, и раздался скрип – то ли дивана, то ли спины Дейла. Он провел ладонями по лицу. Затем уставился на свою дрожащую правую руку – точнее, на локоть. Я не мог понять, на что он смотрит.

– Все будет хо-ро-шо. Ни слова она не скажет, Эндрю. Никому.

– Как ты, мать твою, можешь быть так в этом уверен?

– Да потому что она мертва. Я убил ее.

Часть вторая

Труп на воде и дождь из лягушек

Двенадцать

4 июля 2003 года

Четвертое июля обещало быть жарким. Небо над Чесапикским заливом словно сгустилось, маяк Грейси-Пойнт как будто стоял на фоне хромакея со съемок голливудского фильма.

Те, кто следит за температурными рекордами, позже восторженно скажут, что это было самое жаркое лето за последнее столетие, но нам оно запомнилось совсем по другой причине (правда, тогда никто из нас об этом не догадывался).

В ту ночь