Расследование леди Ловетт - Вайолет Марш

Такой вопрос был вполне резонным и объяснял ее реакцию во время передачи хирургических инструментов. Но видела ли она ожерелье? Он взмолился, надеясь на отрицательный ответ, потому что любая крупица сведений, указывающая на существование украшения, грозила ей смертельной опасностью.

Глава 12

Обескураженная Шарлотта теперь совершенно не представляла, кем на самом деле был Мэттью Тальбот. В одно мгновение скромный и воспитанный мужчина превратился в отважного героя… или отъявленного злодея. Судя по изумленным восклицаниям Александра, ставшего невольным свидетелем поединка Мэттью с людьми в масках, он и сам не догадывался о способностях лучшего друга. Зачем Мэттью понадобилось скрывать такие таланты, особенно от Александра?

Стоило Шарлотте высунуться из двери кареты вместе с братом, как ее пронзил ужас при виде схваченного Мэттью и приставленного к его горлу клинка. Она, невзирая на ощущение, будто сердце попало в медвежий капкан, помогла близнецу приготовить пистолеты, а после молча стояла рядом с Александром, пока он дожидался подходящего момента для выстрела.

Шарлотта, едва вспомнив, как Мэттью обратил свое тело в оружие, пробирала крупная дрожь. Он беспощадно расправился с обоими мужчинами. Но откуда у Мэттью, посвятившего жизнь науке и спасению животных, взялась такая смертоносная черта?

В душе Шарлотты теплилась надежда, что молодой врач честно овладел навыками боевого искусства, но из головы не выходило то ожерелье, которое она мельком заметила в потайном кармане. Ювелирное изделие несомненно представляло собой цепочку из жемчужных ромашек с рубиновыми сердцевинами. У Шарлотты не осталось сомнений в том, что леди Гринвейл дала описание именно этого украшения, о котором знал и Мэттью.

Каким образом оно оказалось в его распоряжении? Почему за ним охотились нападавшие, и кто подослал их? Охранял ли его Мэттью для старшего брата или же, наоборот, выкрал у Хоули?

Пока в ее сознании проносились мириады вопросов, касавшихся добропорядочности Мэттью, она внимательно следила за действиями молодого врача, спасшего жизнь человеку. Раньше медицина воспринималась ею как нечто обыденное: порошки, постельный режим, прохладные компрессы на лоб, что не вязалось с обильным кровотечением или душераздирающими звуками, издаваемыми пациентом, который с трудом дышит.

Однако, как и в случае с чудовищными бандитами, Мэттью, открывая сумку, сохранял невозмутимое самообладание. Он извлек узкий прямоугольный футляр с покрытыми серебряной краской гранями и высеченным из абалона перламутровым изображением диких животных на лицевой стороне. Откинув крышку, Мэттью достал ланцет и, освободив лезвие из черепашьего чехла, служившего также рукояткой, уверенно взял инструмент в руки.

– Ричард, я собираюсь сделать тебе надрез между ребрами, – объяснил Мэттью компетентным и успокаивающим голосом. Подбородок кучера слегка дрогнул в знак согласия. Мэттью перевел взор на Александра. – Придержи его, если вдруг он дернется. Леди Шарлотта, вы видите серебряную трубку, торчащую из сумки? Не будете ли вы так любезны передать ее мне, когда я попрошу?

– Хорошо. – Девушка мгновенно заняла свое место, радуясь тому, что он привлек ее к процессу, ни разу не усомнившись, способны ли ее нервы перенести вид истекающего кровью человека. Конечно, после того как молодой лакей отправился за повозкой и каретой, она оставалась единственным вариантом, и все же услышать, что Мэттью автоматически счел ее полезной, было весьма приятно.

Стоило ему провести лезвием по плоти кучера, как хлынула кровь. Ричард стиснул зубы, но Александр крепко удерживал его. Когда Мэттью попросил металлический инструмент, она тут же протянула ему приспособление, после чего молодой врач уверенными движениями ввел наконечник в образовавшуюся полость и с помощью шприца на конце вытянул скопившуюся кровь.

– Ричард, я извлекаю накопившуюся в твоей груди лишнюю кровь, – продолжал разъяснять Мэттью обнадеживающим голосом. – Этот прибор был изобретен в тысяча семьсот седьмом году, так что бояться его не стоит. По завершении я вставлю трубку, называемую канюлей, которая продолжит откачивать жидкость, скапливающуюся вокруг твоих легких. Это облегчит дыхание, обещаю.

– Вы хотите, чтобы я нашла ка-канюлю? – спросила Шарлотта, запнувшись на незнакомом слове.

Мэттью бросил на нее короткий взгляд, и на его изумленном лице проступило удовольствие.

– Да. Это было бы очень кстати, леди Шарлотта. Она гибкая, а не жесткая, как этот прибор, которым я пользуюсь сейчас.

Шарлотта просияла от счастья, и она была бессильна противостоять этому. Пусть у нее закрались подозрения, но ей нравилось работать рядом с Мэттью и выполнять любую мелочь, призванную спасти жизнь.

Ей потребовалось всего несколько мгновений, чтобы найти в тщательно организованном ранце канюлю. Взяв ее в руки, она придвинулась к Мэттью и с упоением следила за ходом операции. Когда он, похоже, остался удовлетворен количеством извлеченной крови, то убрал серебряную трубку.

– Я возьму ее и почищу, – предложила Шарлотта.

– Ты же видишь, что с нее капает кровь, Лотти? – заметил Александр.

– Если доктора Тальбота это не беспокоит, то и меня тоже, – возразила Шарлотта.

Мэттью, не отвлекаясь на возникший спор между близнецами, протянул ей маленький насос и забрал канюлю. Пока он вставлял трубку, Шарлотта сосредоточенно следила за движениями его пальцев, двигавшихся с такой нарочитой уверенностью, что она почувствовала себя околдованной.

– Вот, – проговорил Александр, вынудив ее нехотя отвлечься от происходящего. Брат извлек из сапога фляжку, а из кармана – носовой платок. Встряхнув сосуд с алкоголем, он вложил его в ее свободную руку вместе с тканью. – Используй их, чтобы очистить инструмент. Но я могу выполнить это за тебя, если ты передумала.

– Нет. Все в порядке, – заверила Шарлотта, принимаясь за дело. К тому времени, как она закончила, дыхание Ричарда пришло в норму. Мэттью держал его за запястье, внимательно измеряя пульс. Удостоверившись, что пациенту больше ничего не угрожает, молодой врач с довольным выражением на лице сел на корточки и обвел глазами дорогу, будто заново ориентируясь в окружающей обстановке.

– Мое терпение не безгранично, – внезапно заявил Александр. – Скажи, где ты научился так драться?

Вопрос заставил Шарлотту напрячься. Она осторожно рассматривала Мэттью, стараясь улучить малейшие предательские изменения в мимике, но его лицевые мышцы, казалось, застыли в почти комичной неподвижности.

Он пожал плечами, но даже этот жест выглядел жутко неестественным.

– Туда-сюда, туда-сюда! – Каждое слово Александра сопровождалось ударами трости о землю. – Ты был похож на легендарного воина из народной сказки! Расправился так непринужденно, словно ворсинки с пальто собрал, а такие навыки нереально обрести по щелчку пальцев.

– Но у меня отлично получается собирать ворсинки. – Свою попытку отшутиться Мэттью подкрепил небольшой улыбкой.

– Тебе стоит поупражняться в остроумии, если надеешься отвлечь меня им. – Александр скрестил руки. – Скажи мне…

– О, смотри! – Мэттью резко вскочил на ноги. – Прибыла вторая карета Тэвиша и повозка для Ричарда.