Убийственно розовый сад - Диана Пенроуз

Элдридж кивнул и снова перешел в режим лектора.

– Химически это было просто, хоть и смертельно. Он использовал не бензин, а порошкообразный металлоорганический катализатор, украденный, опять же, у Корнуэллов. При контакте с воздухом и высокой влажностью в теплице он начинал бурную экзотермическую реакцию, фактически самовоспламенялся. Он рассыпал его по полу и ушел. А вернулся уже «пострадавшим», когда основная вспышка прошла.

Они допивали чай – вкусный, с нотками апельсина. И на этот раз, словно пытаясь не упасть в грязь лицом перед владельцем лучшей чайной лавки, Пенелопа осторожно добавила в чайник веточку сушеной гвоздики.

– Есть и хорошие новости, – сказала она, – Уильям ходил навестить Саманту. Он планирует увезти ее в Сент-Мэри-Кроу сразу после выписки.

– Новостной отдел, из которого к вам поступила эта информация, носит название «миссис Хиггинс», – улыбнулась Агата, поднося чашку к губам.

– Миссис Гловер, вообще-то, – поправила ее Пенелопа, изгибая бровь.

– Право, прошу прощения, как я могла перепутать столь уважаемые источники.

Они посмеялись, и звук смеха был таким же легким и теплым, как вечерний воздух. Он прогрелся за день, а теперь грелся от тлеющих листьев, которые повсеместно жгли жители Розмари. Где-то в темноте трещали сухие ветки, далекий лай собаки отдавался эхом в переулках. В этой осенней симфонии внезапно зазвучало басовитое урчание, донесшееся из-под стола.

– Персик! – воскликнула Пенелопа.

– Тот самый Сэр Персиваль, поставщик улик? – усмехнувшись, спросил Элдридж.

– Собственной персоной, – кивнула Пенни. Пушистый рыжий кот вышел из тени. Он поочередно потерся о каждую из шести человеческих ног и каждую из четырех деревянных ножек стола. Затем, издав предупредительный высокий звуковой сигнал, запрыгнул на колени к Агате и устроился там, свернувшись тугим мурлыкающим калачом.

– Ничего себе, Персик, нравится тебе моя подруга? – сказала Пенелопа и резко подняла взгляд на Агату. Она почему-то боялась, что мисс Уиллер снова начертит невидимую дистанцию между ними или смутится от таких фамильярных слов.

– Прекрасный котик, Пенни, – сказала Агата, глядя прямо на Пенелопу сквозь блюдца очков.

– И прекрасный чай, – улыбнулся Элдридж, допивая свою чашку.

Пенелопа откинулась на спинку стула, ощущая разливающееся по телу умиротворение. Теплое урчание кота на коленях Агаты, пряный вкус облепихи, апельсина и гвоздики на языке, терпкий запах осени и дымка от костров – все сплеталось воедино с тихим говором ее новых друзей. Маленькая деревушка, пережившая и праздник и смерть, за последние дни раздвинула свои границы, вместив в себя целую вселенную.