Белый ворон - Владимир Григорьевич Колычев

– И она тебя видела, пресс у тебя, говорит, что надо… Говорила.

– Ты же не мог ее убить?

– Началось!

Дверь открылась, в кабинет шумно ввалился Слепов:

– Воронов, твою инфантерию!.. К начальнику давай!

– Вот теперь началось! – усмехнулся Филонов.

Полковник Левин сурово смотрел на Макса. Лейтенант остановился, выпрямил ноги, расправил плечи, доложил о прибытии.

– Оперуполномоченный! Лейтенант милиции! – передразнил парня Левин.

От нервного напряжения у него дернулся глаз. Значит, произошло что-то из ряда вон выходящее.

– А ведешь себя как бандит! На людей бросаешься!

Макс молча ждал продолжения монолога, но Левин сначала отхлебнул из кружки, стоявшей у него на столе.

– Что там в казино произошло?

– Грибского Валентина Андреевича пытался задержать.

– Задержал?

– Да нет, он уехать успел. Домой. Там его спецназ принял. Следователь Держнев задержал по подозрению в убийстве гражданки Поляковой.

– В убийстве которой подозревали тебя?

– Так точно!

– А убил ее Грибский?

– Из казино «Фортуна». Держнев его сейчас допрашивает.

– То есть и ты на него вышел, и Держнев, я правильно понял?

– Грибский подставить меня пытался. Орудие убийства хотел в машину подбросить. Мы установили этот факт, отработали свидетелей, получили приметы предполагаемого преступника, фрагмент номера его машины. Вышли на Грибского.

– С двух сторон вышли! – глянув на Слепова, уточнил полковник. – Это хорошо, что с двух сторон. Значит, не отвертится!.. А убил зачем?

– Не могу знать! – Макс также глянул на Слепова.

Увы, не мог он поделиться своими подозрениями, потому как вместе со Слеповым завязан на неофициальное общение с Румяновой. И на незаконное, в общем-то, разрешение конфликтной ситуации. По закону они обязаны были привлечь Румянову к ответственности. И очень плохо, что не сделали этого.

– Разберемся… Ты лучше скажи, с кем ты там сцепился? Лицо вроде целое.

– А почему оно должно быть нецелым?

– Да, говорят, мордой тебя об асфальт возили. Как щенка!

– Да? Ну, это хорошо!

Максу, конечно, было обидно за такой навет, но все же он изобразил чувство облегчения.

– Что хорошо? – удивленно повел бровью Левин.

– То, что заявление на меня писать не будут. За телесные повреждения средней примерно тяжести.

– На тебя заявление?

– Капитан юстиции Молчанова все видела.

– То есть честь милиции ты не посрамил? Это хорошо. И то, что заявления на тебя не будет, тоже хорошо. А то злоупотреблением служебными полномочиями у нас Следственный комитет занимается. Твой любимый майор Держнев… Сразу скажу, слух нехороший пошел. С его подачи. Что ты в прошлом квартирными кражами занимался. Так же как и сейчас. Но с другой стороны.

– Майор, тогда юрист второго класса Держнев очень старался, пытался это доказать. Не смог.

– Но дыма без огня не бывает! – надавил Левин.

Но Макс не отвел взгляд.

– Трудное детство, бетонные игрушки, чугунные друзья. Друзья, да, отбывали сроки за кражу, но я-то не сел. Потому что не крал… На шухере, может, и стоял. Малой был.

– И под следствием ты не находился. Если не считать подозрения в убийстве.

– С подачи тогда еще юриста Держнева.

– С Держневым нужно что-то решать, – обращаясь к Слепову, сказал Левин. – Нам разлад в коллективе не нужен!

– Да я говорил, Держнев и сам понимает, что перегибает палку, – пожал тот плечами. – Сказал, что постарается взять себя в руки. Грибского вот взял.

Макс усмехнулся. Грибского-то Держнев взял, но никого из уголовного розыска с собой на задержание не прихватил. А ведь Слепов отнюдь не случайный человек, он в данном случае руководил оперативным обеспечением расследования. И на задержание должен был отправиться первым… Нет, не сделал правильных выводов Держнев. Ничего еще не закончилось, все еще только начинается.

Глава 13

Небо уже темнело, в городе зажигались фонари, очертания следующих позади автомобилей терялись в свете фар. Но Макс все равно смог приметить спортивный «Мерседес», преследующий его от самого управления. Держнев разошелся не на шутку, смог выбить признание из Грибского. Пока только признание в том, что в предполагаемый момент убийства подозреваемый находился в квартире у Вероники. А также в том, что его видели возле машины Макса. Но работа шла, связи Грибского отрабатывались, а организация убийства так просто Румяновой с рук не сойдет, она это понимает, вот и мечется.

Макс не стал выводить хвост к своему дому, остановился возле бара, зашел внутрь и, как только Румянова припарковала автомобиль, вышел на нее. Постучался в закрытую дверь, с тихим приятным шелестом опустилось тонированное стекло.

– Какая неожиданная встреча! – Макс откровенно насмехался над Румяновой.

Красивая она телка, сексуальности в ней как сладкого нектара в спелом персике, но сейчас если что-то и не лежало к ней, так только душа. Сука она законченная.

– Садись! – Зрелая красотка кивком указала в салон.

– Да нет, лучше вы к нам! – Макс указал на свою машину.

Но Румянова повела его в бар. И снова она в брючном костюме, но красного цвета – под цвет машины. И пожара в душе.

Макс заказал за стойкой пару кофе и велел подать за самый дальний столик, куда и отвел нечаянную партнершу по безалкогольной выпивке. Но в состоянии легкого алкогольного опьянения. Или даже не совсем легкого. Спиртным от нее тянуло.

– Я понимаю, вам бы сейчас чего-нибудь покрепче, но я за рулем. И подставы на каждом шагу.

Макс не лебезил перед Румяновой, обращался с ней как с дешевой телкой, которую снял для мимоходной утехи. И она не кочевряжилась, не козыряла своим мужем, куда указал, туда как миленькая и села. И при этом завороженно смотрела на Макса. Смотрела, как проститутка на своего сутенера.

– Кстати, о подставах! Да, виновата, каюсь, подставляла Веронику! Но я ее не убивала!

– Нет, конечно! Веронику задушил человек, который до этого подбросил ей деньги!

– Деньги ей подбросил совершенно другой человек!

– Слава Ревякин?

– Не знаю такого!

– Но вы знаете Валентина Грибского.

– Не знаю!

– Тогда почему вы говорите, что деньги подбросил не он?

– Я знаю, кого вы сегодня арестовали. И узнала это от человека, который и подбросил деньги… Я могла бы попросить этого человека поговорить с тобой, но тебе бы это не понравилось.

– А с чего ты взяла, что мне понравится говорить с тобой?

– Дело в том, что я не с пустыми руками. – Румянова побарабанила пальцами по своей сумочке.

Маникюр у нее совсем свежий, но один ноготь уже надломан, нервный выдался денек.

– Что там, дурь, деньги? А то удавку мне уже сегодня пытались подбросить.

– Деньги, но не подбросить… Не надо говорить следователю, что я пыталась подставить Веронику. Тем более что я буду это отрицать!

– Отрицай, мне-то