Белый ворон - Владимир Григорьевич Колычев

Макс не стал останавливаться у подъезда, обогнул детскую площадку по кругу. И припарковался сбоку от «девятки». Вышел, постучал в окно, Тамара опустила стекло.

Фонарь горел в стороне, но даже в темноте Макс видел, как ее лицо заливается краской. Нежная у нее кожа. И сама нежная. И как она, такая хрупкая, может работать в милиции? У Жени спросить он уже не может. Спросить у Тамары? А почему бы и нет?

– Девушка, если вы хотите со мной познакомиться, начинайте!

Тамара смущенно молчала, прятала глаза.

– Или начну я!.. Пойдем? – Он открыл дверь.

– Куда?

– Знакомиться. Можно прогуляться под луной. Можно зайти ко мне. Ты же знаешь, что я люблю кофе.

– От тебя пахнет виски.

– И женщиной. Которую я всего лишь проводил домой. Чтобы ее не убили. Вслед за Вероникой.

– Кто ее мог убить?

– А это я не могу сказать так просто. Мы должны достигнуть с тобой наивысшего уровня доверия. Я знаю несколько практик. Из одного очень известного индийского учения.

Про «Камасутру» Макс говорить не стал, Тамара сама догадается. Если захочет. А если нет, у нее еще есть время уехать.

– Мы будем пить кофе! – сказала она, выходя из машины.

Макс подал ей руку, она приняла помощь, и правильно сделала. Видимо, от волнения у нее подкосились ноги, упасть она бы не упала, но вывихнуть ступню, например, вполне бы могла.

Про лифт многоэтажного дома в «Камасутре» не упоминалось, поэтому, поднимаясь в квартиру, Макс к Тамаре не приставал. Хотя очень хотелось. Уж очень она хороша, да и серьезные отношения с ней перестали вдруг пугать.

– Сим-сим, откройся! – Макс вставил ключ в замочную скважину.

– Пещера Али-Бабы?

– И я же бывший разбойник… Жаль, несметные сокровища не здесь. А из моих фантазий их не достать. – Макс расстегнул форменную куртку Тамары, помог снять. Она не возражала. Макс начал расстегивать на ней рубашку.

– Ты чего?! – Она скрестила руки на груди, испуганно глядя на него.

– А в твоих фантазиях есть злато-серебро? – спросил он, нащупывая молнию на ее юбке.

– Зачем тебе?

– Сольем наши богатства в один большой шумящий поток! До полного… обогащения!

– Ты правда разбойник!

– Бери выше, гигант!

– Ты обещал кофе! – переступая через юбку, напомнила она.

– В тихой семейной обстановке полного доверия. Виски будешь? Послезавтра новый учебный год. И новая жизнь!

– Виски буду! Прямо сейчас!

– Конечно!

Сначала Макс раздел Тамару догола, поставил ее в центре комнаты.

– Остановись, чудесное мгновение! Это приказ!

– Ты не можешь мне приказывать! – возмутилась Тамара.

Но с места не сошла. Он метнулся на кухню, достал из шкафа початую бутылку, выгреб из холодильника остатки льда, наполнил стаканы. Тамара так и стояла посреди комнаты, большими от потрясения глазами глядя на свое отражение в зеркале мысленного взора. Она не могла поверить, что кто-то мог так нагло ее раздеть и с ходу поставить в нулевую позу из древнего трактата о любви. Да, ей пообещали новую жизнь в семейной обстановке, но можно ли верить мужчине? Макс, например, уже точно знал, что этому мужчине можно верить. Эта его уверенность в себе передалась Тамаре, может, потому она и открылась ему навстречу. Сначала взяла стакан с виски, а затем опустила левую руку. Высокая, стройная грудь нерожавшей женщины, плоский живот, ни единого волоска в незагорелой зоне нижней части купальника.

– На брудершафт!

Макс не предлагал, он требовал, Тамара безропотно подчинилась, сначала переплелись их руки, затем слились в поцелуе губы, в потом сплелись и тела – в галопирующем ритме с резким взлетом перед финишной чертой. И падением в бездну за ней. Со дна которой Тамара попробовала подняться, но не смогла, махнула рукой и легла. Хотела что-то сказать, но не было сил, качнула головой и закрыла глаза, свежие с пылу с жару воспоминания растягивали губы в благостной улыбке. Не зря секс сравнивают с маленькой смертью, последующим воскрешением и затем изгнанием из рая на бренную землю. Где столько всякого зла и куда так не хочется возвращаться.

– Я пойду? – наконец заговорила Тамара.

– Я тебя подвезу, – кивнул он.

– И даже кофе не попьем? – вздохнула она.

– Почему не попьем? Зубную щетку заберешь, и попьем. Утром. Приглашаю тебя на завтрак, – не отрывая головы от подушки, улыбнулся Макс. – А потом вместе на службу…

– Завтра выходной.

– Не зарекайся!.. У тебя кабинет изнутри закрывается?

– Зачем закрываться?

– Держнев зайдет, а у нас любовь. Что он подумает?

– А у нас любовь?

– Не знаю. Вдруг ты назло Держневу меня совратила?

– Я совратила?!. – Тамара приподнялась на локте, но Макс не увидел ее глаз, он смотрел на соски, все еще налитые соком желания. – Это ты меня совратил! Назло Держневу?

– Плевать мне на этого козла!

– А если он в меня влюблен?

– Тогда скажи, что он в пролете. Или я сам скажу, – пожал плечами Макс.

– Сам поймет.

– А он в тебя влюблен?

– Не знаю… Но клеится только ко мне.

– Он, конечно, не красавец, но и не урод. Молодой, неженатый. Чем он тебе не угодил?

– Странный он какой-то, мутный, взгляд нехороший. Смотрит на меня, а видит кого-то, не меня.

– Женю он видит, – вслух подумал Макс. – Ты на Женю чем-то похожа. А он, похоже, сильно на нее запал. До сих пор не женился. И у меня после нее серьезных отношений ни с кем не было, ты первая.

– Может, потому, что и ты во мне Женю видишь?

– Было в ней что-то такое, отчего сердце только на нее работало. Она ушла, а блокировка осталась. Только ты и смогла разблокировать. На себя.

– Но я не хочу быть Женей!

– Я же сказал, что ты меня на себя разблокировала. На себя!.. За вещами едем? – спросил Макс, пытаясь переключить ее со своего прошлого на совместное настоящее.

– Я подумаю, – буркнула она.

Тамара жила с родителями, в ее личную жизнь они вроде бы не лезли, но домой за вещами она отправилась только на следующий день. И снова осталась у Макса на ночь. Утром в понедельник отгладила форму его утюгом, пока он готовил завтрак. В управление отправились на его машине.

На входе их поджидал Держнев, стоит, смотрит проницательно, напустил на себя бравурный вид, а в глазах досада. Понял, что в жизни Тамары произошли кардинальные перемены.

– Опять за грабителями всю ночь гонялись? – спросил он.

– Отдыхали, товарищ майор. – Макс глянул на следователя снизу вверх, но только для того, чтобы полюбоваться рогами на его голове. – Вдруг ваши поручения отрабатывать придется. Вдруг с подозреваемым какие-то непонятки возникнут. Или Грибский раскололся?

– А вот это не ваше дело, товарищ лейтенант!

– Ну, хоть товарищ,