Фактор Лилит - Джин Пайва

вырвал руку из сустава, и из раны хлынула кровь; Рейф услышал, как рука, отлетев, стукнулась о противоположную стену, и сразу же Майкл оторвал вторую руку, потом – ноги, одну за другой, могло ли все это случиться за мгновение?.. Но так оно и было, и за это мгновение из тела Рейфа вытекла вся кровь – до последней капли.

Майкл стоял над ним, весь залитый кровью. Он держал в руке ногу, оторванную ногу Рейфа. Его охватила растерянность, сожаление затуманило его глаза. Перед ним лежал расчлененный труп самого первого и преданного сподвижника. Что ж, парень был хулиганом, такие плохо кончают. Но ему нравился Рейф, он должен был дать ему еще шанс.

И вдруг в нем вспыхнул гнев. Его решимость вернулась, он снова был уверен в себе. Конечно, Рейф должен подохнуть. Негодяй обязательно испортил бы что-нибудь еще. Для Майкла важно только, кому он служит – и чего хотят они. Это единственное, что имеет значение.

И конечно, пора заняться проблемой Бри.

Майкл усмехнулся. Когда он получит ее силу – вдобавок к тому, чем обладает теперь, – он станет непобедим!

Книга вторая

Глава 13

Элиза перекатилась на левый бок, спиной к Джеффу, так ей обычно скорее удавалось уснуть. Хотя позади остался долгий изматывающий день и все вокруг дышало миром и покоем, сон не шел к ней. Кажется, старые шрамы и раны, которые ей благополучно удавалось убаюкать много лет подряд, снова растревожены и прошлое вторгается в тщательно сконструированную новую жизнь. Приступ боли и последовавший за ним обморок были сигналом… но чего? Она попыталась довериться другому человеку, чтобы по крайней мере немного разобраться в себе, но разговор с Бри три дня тому назад едва ли что-то прояснил для нее.

Снова повернувшись к спящему мужу, Элиза полюбовалась его широкими плечами и сильной спиной, красиво очерченными лунным светом. Жжение в груди понемногу начало проходить, и она протянула руку, укрывая Джеффа простыней от ночного холодка.

Это его любовь защищает ее. Нет, неправильно: за твердой реальностью его любви она нашла для себя укрытие. Раньше, когда была одна, она часто просыпалась в слезах, в мокрой от пота пижаме. Вот главное преимущество брака – не приходится просыпаться в одиночестве. Джефф всегда с ней. Тень перечеркнула ее благодушные размышления – возможно, это обходной путь? Не страх ли толкнул ее в объятия Джеффа? Как глупо – Элиза покачала головой – ведь она его любит!

И все же – настало время осознать, кто она или, горько улыбнувшись, продолжила Элиза, что она.

Когда дневной свет окончательно завоевал комнату, Элиза еще не спала. Она выбралась из постели и направилась в ванную, исполненная твердой решимости: что бы ни принес этот день, она встретит его лицом к лицу. Плеснув холодной водой на воспаленные покрасневшие веки, Элиза взялась за глазные капли.

– Не лучший способ, – пробормотала она, – начать первый день частной практики.

Разбуженный непривычным грохотом кастрюль и сковородок, Джефф протер заспанные глаза. Вдохновляющий запах кофе достиг второго этажа.

– Если ты решила приготовить завтрак, – крикнул он, – подожди, пока я спущусь и покажу тебе, как разбивают яйца!

Сидя напротив Джеффа за столом в удобной кухне, в которой от печки еще веяло ароматным теплом свежеиспеченных булочек, Элиза чувствовала себя куда лучше, чем могла надеяться. К ее бесконечному удивлению, она была полна бодрости и энергии и готова обдумать предстоящий день. Она подтянула к себе книгу назначений, отодвинув тарелки в сторону, чтобы освободить место.

– Какое расписание у нас сегодня? – поинтересовался Джефф, блаженно развалившийся напротив.

– Бри пригласила миссис Сандос и миссис Харпер, которых направил к нам твой отец, и назначила прием еще трем пациентам, живущим поблизости, – ответила Элиза, сверившись с записями. – Отличный старт. Нам остается разве что…

– Убрать посуду, чтобы какая-нибудь сплетница, сунувшая нос на кухню, не сделала обобщений относительно наших профессиональных данных и способностей к домоводству, – продолжил ее мысль Джефф.

– Плотный завтрак – это была отличная идея, – простонала Элиза, – но неужели мне придется сдвинуться с места?

– Могло быть еще лучше, имей ты малейшее представление о приготовлении пищи, – от мойки отозвался Джефф. – Но твой кофе – это что-то грандиозное. Как всегда, – добавил он, заметив жалобную гримаску Элизы.

– Благодарю. Это самое меньшее, что я могла сделать для тебя после твоих сдобных домашних булочек, омлета, который показался мне почти суфле, и восхитительного соуса, в который чудом превратились облезлые персики, – улыбнулась Элиза. – Но я честно заработала свою порцию.

– Подойди и поцелуй меня, дурочка, – Джефф скорчил плотоядную гримасу, – и я научу тебя зарабатывать свою порцию.

Элиза нежно чмокнула его в лоб, не отрываясь от уборки.

– Кстати, раз уж прозвучало слово «зарабатывать», – серьезно продолжал Джефф, – что мы решили насчет оплаты лечения?

– О, мы попросим рассчитываться наличными после приема. Чеки только увеличат наши накладные расходы, – произнесла Элиза, сосредоточенно отскребавшая присохший желток с тарелок. – Кстати, имей в виду, что в этих краях пациенты привыкли часами сидеть в приемной, потому что доктор страшно загружен или вообще не ведет расписание, и что прием длится минут пять и раздеваться у доктора не нужно. Плата за прием невысока – в соответствии с качеством.

– В таком случае нам придется подождать, прежде чем мы обзаведемся постоянной практикой, – заметил Джефф. – По крайней мере, накладные расходы у нас невелики.

Смеясь, Элиза подтолкнула Джеффа к двери.

– Ступай к своему белому облачению. Я буду стирать и гладить его собственноручно, чтобы снизить накладные расходы.

Притянув к себе Элизу, Джефф приник к ее губам. Стукнула входная дверь, и, отодвигаясь, Джефф лукаво улыбнулся жене:

– Булочки с джемом были хороши, верно? Я почувствовал их вкус на твоих губах. От завтрака что-нибудь осталось?

– Только для Бри, – заявила Элиза, возвращаясь к мойке.

Джефф все еще улыбался, открывая дверь.

– А мы как раз о тебе вспоминали. Явилась, чтобы вырвать кусок изо рта у голодающего мужа?

Быстро протиснувшись в вестибюль мимо Джеффа, Бри сняла шапку и направилась в кухню.

– Что хочет сказать этот тип?

– Ничего существенного, Бри. Я спасла для тебя домашние булочки с джемом. Это у него так проявляется волнение перед первым днем практики.

– Мм, – отозвалась Бри с набитым ртом, – он имел в виду эти булочки, да?

– Да как он может?! Он слопал три штуки! Когда у нас первый пациент?

– В девять. – Стряхнув с губ крошки, Бри отхлебнула кофе. – Миссис Харпер, бывшая пациентка доктора Вона – старого доктора Вона, то есть