Под знаком совы - Марина Серова

– У меня нет выбора. Пока вы будете оформлять запросы, она может уничтожить улики или сделать еще одну глупость. Посмотри файлы. Хотя бы начни.

– Ладно, – вздохнул он, и в его голосе прозвучала знакомая смесь досады и решимости. – Смотрю. Но ты звони, как выйдешь оттуда. И ничего не трогай! Ты же не на своей территории, понимаешь?

– Понимаю.

Таксист остановился у нужного подъезда в районе Гагарина. Свет в окнах квартиры Антона горел ярко. Первым делом я метнула взгляд на дворовую парковку, забитую машинами. Искала темную иномарку – глупая затея, их были десятки. Иван не разглядел номера, да и машина наверняка уже далеко.

Позвонила в домофон. Мне открыли сразу, не спрашивая, кто там. Я влетела в подъезд и, не дожидаясь лифта, взбежала по лестнице на нужный этаж. Забарабанила в дверь.

Открыла Света. Выглядела она так же безупречно – дорогой домашний костюм, свежий маникюр.

– Таня? – сказала она с легким удивлением. – Я думала, это курьер с едой…

– Привет. Элла тут? – бросила я, пытаясь заглянуть за ее спину в прихожую.

– На работе она. Время-то всего шесть, она не раньше восьми возвращается. Заходи, конечно, – проворчала она мне в спину, когда я без приглашения шагнула внутрь. – Чаю?

– Чаю… да, – пробормотала я, мечась взглядом по прихожей и гостиной, все еще не понимая толком, что ищу. Но взгляд уперся в знакомый предмет на стене. – А ты давно тут с ними… в смысле, с ней живешь?

– Пару недель. Как все случилось, – Света пожала плечами и направилась на кухню.

Часы с совой на стене издали тихий скрипучий звук, видимо готовясь к бою. Стрелки стояли почти вертикально, отмечая диаметр циферблата.

– Шесть… – прошептала я, сверяясь с собственным чувством времени. Что-то было не так.

– Тань? Ты в порядке? – окликнула меня Света с кухни.

Я похлопала по карманам куртки, потом по карманам пижамных штанов. Снова по куртке. Начала вертеться, снимая куртку.

– Черт, черт, раньше я тут сигареты от мамы прятала, – бормотала я что-то бессвязное, чтобы оправдать свои странные телодвижения.

– Что ты несешь? – Света выглянула, держа в руках заварочный чайник.

Держа куртку правой рукой, левой нащупала довольно крупную дырку в подкладке, влезла в нее, как хирург в перчатку, и без труда извлекла свой смартфон, который провалился в этот импровизированный карман. Взглянула на экран. Яркие цифры показывали 19:07.

Я подняла голову и приставила свой смартфон почти к самому кончику аккуратного, исправленного ринопластикой носа Светы.

– Ну и? – Она брезгливо отшатнулась.

– Дай свой смартфон, – потребовала я.

Она, хмурясь, нехотя нырнула в гостиную за своим телефоном, лежавшим на диване.

– 19:08… – задумчиво сказала она, сравнивая. – Ну отстают на минуту. И что? У нас тут не телецентр.

– Света, умоляю тебя, – сказала я, глядя ей прямо в глаза и вкладывая в голос всю возможную серьезность. – Не трогай эти часы! Вообще ничего здесь не трогай, поняла? И лучше уезжай отсюда. Сейчас.

Света закатила глаза с таким выражением, будто я предлагала ей прыгнуть с крыши.

– Боже, вы в своем Тарасове тут все ненормальные, – процедила она, но в ее голосе впервые прозвучала не просто раздраженность, а легкая, едва уловимая тревога. Слово «сейчас» ее все-таки задело.

Я не стала ждать ответа. Схватив куртку, выскочила из квартиры, хлопнув дверью. В лифте, трясясь от адреналина, я снова посмотрела на время: 19:09. Часы в квартире Антона отставали ровно на час. Не на минуту. На целый час. И Света, сверяя их со своими часами, этого не замечала – очевидно, не сильно понимая время по стрелкам или просто не придавая этому значения. Для нее, человека, живущего в мире цифровых циферблатов в телефоне и на планшете, старинные часы были скорее элементом интерьера, арт-объектом, а не прибором для точного измерения времени. Она могла видеть, как Элла их заводит или «поправляет», и даже не задуматься, что именно она поправляет – ход или показания.

Эта ее беспечность, это легкомысленное невежество и были тем слабым звеном, на которое Элла могла рассчитывать. Она окружила себя ширмами, которые работали только потому, что люди не хотели или не умели за них заглядывать. Света видела часы, которые бьют. Она не видела часов, которые лгут.

Выйдя во двор, я тут же набрала Кирьянова, прижимая телефон к уху дрожащей от холода и адреналина рукой. Он взял трубку почти мгновенно.

– Таня, где ты? Я смотрю твои файлы. Тут… серьезные наметки. Но это все косвенное. Где ты?

– Я у ее дома. У Эллы. Только что вышла. Киря, слушай, у них там старые механические часы с гирями, с деревянной совой, – я говорила быстро, сбивчиво, пытаясь выдать самую суть. – Они отстают ровно на час. Ровно! Сестра Антона, Света, которая дает ей алиби, сидит там и даже не замечает. Потому что часы, скорее всего, переводили. Их перевели назад, чтобы создать видимость, что время течет непрерывно, пока Элла была в отъезде и совершала убийство. Потом их вернули. Но сейчас они снова сбились или их специально оставили так, чтобы не вызывать подозрений у Светы постоянной сверкой. Это ключ к алиби!

На том конце наступила короткая пауза, заполненная лишь тяжелым дыханием.

– Таня, это гениальная теория. Но это только теория. Даже если часы отстают, это не доказывает, что их крутили в день убийства. Нужны экспертиза, сравнение следов, отпечатки…

– Вот именно! – почти выкрикнула я. – Присылай оперативников. Сейчас. Пока Света там одна и пока Элла на работе. Пусть снимут отпечатки с часов, с механизма, с гирь. Особенно с бокового винта или заводного ключа, если он существует. Если отпечатки Эллы есть на механизме регулировки времени – а их быть не должно, так как она просто живет там и не трогает часы, – это уже серьезно. Пусть опросят Свету еще раз, но аккуратно, про техническое состояние часов. Она может вспомнить что-то вроде «Элла их поправляла, они отставали».

– Успокойся. Ты просишь организовать обыск на квартире, где живет человек, не являющийся формальным подозреваемым в убийстве, на основании гипотезы о часах. Суд такое не подпишет за пять минут.

– Не обыск! – поправила я. – Осмотр места происшествия… в расширенном составе. Как продолжение осмотра после убийства Антона. Осмотр же происходил в другом месте, но преступник мог бывать здесь! Или… как проверку алиби свидетеля Светы. Попроси ее официально подтвердить алиби, а техники пусть между делом осмотрят вещественное доказательство – часы, которые якобы подтверждают время. Найди формулировку, Киря! Пока мы тут судимся, она может вернуться и все стереть. Или ее сообщник. Или эта же темная