Уж на красной сковородке - Валерий Георгиевич Шарапов

— Не волнуйся, дорогой товарищ, — улыбнулся Верест, — мы в полном неведении о твоих планах. Отряд не заметит потери бойца.

— Скоро вернусь, — пообещал Корзун, покидая машину. Ключ от зажигания остался на приборной панели.

«Что мы здесь делаем?» — подумал Верест. Впрочем, в праздном наблюдении не было ничего незаконного.

Показался очередной фигурант из списка. Его лицо Верест видел в одном из личных дел. Правда, слегка запамятовал… Мужчина лет пятидесяти с хвостиком, со спортивной сумкой на боку, одетый в куртку из натуральной кожи, отделился от группы трудящихся, вышел на стоянку. Он кого-то высматривал. Потом поморщился, хлопнул себя по лбу. Видимо, вспомнил, что сегодня без машины. Досада отразилась на лице с выпирающей челюстной костью. Он имел спортивный вид, несмотря на приличный возраст.

— Юрьев, — вспомнил фамилию Олег. — Зам Вышинского по конструкторской и технологической части. Юрьев Михаил…

— Лермонтович, — подсказал Тимаков.

— Так, — Верест старательно прятал усмешку, — будь серьезным, боец.

— Я серьезен, как никогда, товарищ майор. Просто не сдержался, извините. Юрьев Михаил Леонтьевич, а должность вы, в принципе, угадали. Простите, запомнили.

Откуда-то взялась потрепанная «Волга» с шашечками. Она стояла на краю стоянки. Водителю, видно, надоело. Он медленно выехал, что-то бросил товарищу в открытое окно. Юрьев поколебался, бросил ответную фразу. Явственно прозвучало слово «Князево». Имелась такая деревушка за восточными предместьями. Таксист притормозил, задумался. Потом кивнул: поехали. Сумму, кажется, утрясли. Ездить по счетчику для советских таксистов считалось признаком дурного тона.

Юрьев сел в машину, такси бодро покатило к выезду с площадки.

— Странно, — заметил Верест. — Одни мужики. Ни одной женщины в руководстве промышленного гиганта. А ведь их всегда так продвигают — ну, не до самого, разумеется, верха.

Тимаков не отвечал. А он всегда имел что сказать. Верест обернулся. С помощником что-то происходило. Он нервничал, усиленно морщил лоб, кусал губы — словно мучительно пытался что-то вспомнить.

— Эй, — насторожился Верест, — ты здесь?

— Товарищ майор… — Дениска откашлялся. — Это лицо… Ну, у таксиста… Я могу, конечно, ошибаться, но…

И с каким-то суеверным ужасом он уставился на майора. Пересохло в горле, предательски задрожали колени. Он снова за старое?!

— Тимаков, нет, — пробормотал Верест.

— Товарищ майор, кажется, да… — Денис с усилием сглотнул. — Вы только не смейтесь, пожалуйста, про шутку, повторенную дважды. Фото покажите, оно же у вас?

Дрожащие пальцы полезли за отворот пиджака, нащупали старую фотокарточку. Мама, трое детей, место действия — предположительно, Псковщина. Полный бред! Этого определенно не может быть! Тимаков вырвал карточку из рук, жадно впился в нее глазами. Парня пробила испарина.

— Это же он, товарищ майор! Посмотрите внимательно, одно лицо! Нет, правда, с учетом времени и качества снимка… Но все равно — одно! Да будь я проклят!

— Нет, Дениска, ты что-то путаешь… — Верест тянул снимок из руки напарника, чуть не оторвал голову матери, стал жадно вглядываться в детское лицо. Определенное сходство, несомненно, имелось.

— Подожди, Дениска, брат Зубова вроде как умер…

— Умер, товарищ майор. Значит, решил вернуться, помочь брату в глухой Сибири. У них сестра погибла, помните? И они рвать зубами за нее готовы, мстят, убивают невинных людей. Даже не сомневайтесь, товарищ майор, это он. Зубов его на дело отправил, а сам отсиживается где-то. Как тогда, помните: сестра в Сочи Кружилина убила… И вы были правы, не обмануло вас ощущение, будто Зубову помогают. Не мог он, едва прибыв в город, тут же отправиться убивать невиновного Дорошенко. Все сложилось, товарищ майор, он выдает себя за таксиста, забрал Юрьева, значит, Юрьев и есть наш «крот», которого сейчас будут убивать… Решайтесь же скорее, товарищ майор, — взмолился Дениска. — Мы их можем не догнать, будем плутать по всему городу. Вроде едут в Князево, но это Юрьев хочет в Князево, а куда хочет убийца, мы не знаем…

Верест словно из спячки вышел, заметался. Где Корзун?! Да хрен с ним, с Корзуном, ключи зажигания валялись на панели. Он вывалился из салона, прыжками обогнул капот, взгромоздился за руль. Табельный пистолет приятно утяжелял карман. Номера на машине, слава богу, гражданские. Ездить с ведомственными — то же самое, что с эмблемой КГБ на крыше…

Столько времени потратили! Но вряд ли водитель повезет Юрьева куда-то еще — во всяком случае, сразу. На выезде с территории комбината Олег повернул налево, на улицу Трубникова. Мозги кипели. Куда ехать? Сразу в Князево? А потом утереться и признаться, что его опять обманули? Если Юрьева прикончат, отыскать Зубова с подельником будет практически невозможно. Да и «крот» нужен живой!

Руки дрожали, за спиной что-то невразумительно бурчал Дениска. Ай да Тимаков… Даже стыдно становилось. Молодое поколение обгоняет как стоячего!

Он двигался рывками — то разгонялся, то плелся медленнее черепахи. Где эти черти? Улица Трубникова, застроенная старыми двухэтажками, оборвалась на Т-образном перекрестке.

Подумав, Верест повернул направо, пропустил пассажирский автобус, зловеще пыхтящий в спину. Потянулись пятиэтажные хрущевки — улица Ленина, центральная артерия Рудногорска. Киоски «Союзпечати» с очередями любителей периодики, булочные, гастроном, магазин электротоваров. Улица не вечная, забирает вправо, куда точно не надо, придется сворачивать на Лунинцев, переходящую в частный сектор.

Он лихорадочно вертел головой. Где же вы, ироды царя небесного? Куда свернули? Почему он так долго тормозил?! Показался рыночек открытого типа — ряды, навесы, космические цены. А где еще покупать продукты? Не в магазине же? Рынок еще работал, сновали между рядов покупатели.

— Он здесь, товарищ майор! — ахнул Тимаков. — Вижу машину, я номер запомнил…

Можно подумать, майор не запомнил. Хотя бы на это хватало навыков. Уазик угрожающе вильнул, но справился с управлением, стал смещаться к тротуару.

Такси стояло у обочины, возле него покуривал водитель. Остановиться посреди дороги, заломить ему руки? Это было глупо, даже если он справится. Брата этот крендель не сдаст, не та порода. Да и Юрьев будет отбрехиваться от участия в противозаконной деятельности — а как докажешь обратное?

Половинчатые решения не устраивали. Хотя минуту назад он бы согласился и на это! Верест поддал газу, проехал пару десятков метров, прижался к тротуару. Водитель такси в его сторону не смотрел, бросил окурок в решетку ливневой канализации. Похвальная привычка курить быстро, на зоне такое ценят…

Водитель ждал клиента, в зеркале смутно вырисовывался профиль. Угрюмый тип, плоское лицо, смотрел на мир исподлобья, сильно сутулился. Варианты перекатывались в голове. Что там насчет синицы в руках и журавля в небе? Всплывали жирные вопросы: почему он тут стоит? Где пассажир? Как убийца оказался за рулем такси? Не значит ли это, что настоящий