В ожидании Большой волны - Саша Южный

Наташа остановила машину напротив калитки с железным, покрашенным в чёрное панно со змеями. Они выбрались наружу. Луи нажал кнопку звонка и стал ждать. Калитка долго не открывалась. Потом в глубине дома послышалось хлопанье дверей и раздался звук шагов. Они были быстрые и едва слышные, словно порхали, и не могли принадлежать пожилому человеку.

Калитка, наконец, открылась, и Луи с Наташей увидели женщину неопределённого возраста. Поджарое тело, изящная небольшая голова, гладко прилизанные и собранные в пучок волосы – женщина напоминала ящерицу. Ей можно было дать и сорок, и пятьдесят лет.

– Вы за трубой! – опередила она открывшего было рот Луи, который пребывал в крайнем затруднении. У него не было подтверждения на право наследования трубы и даже документов, удостоверяющих, что он Луи Хоупкинс.

– Я Нара, жена Ганса. Пойдёмте в дом.

Нара лёгкой походкой зашагала по дорожке.

Луи и Наташа отправились вслед за Нарой. Когда они вошли в дом, Луи окинул взглядом комнату и произнёс:

– У меня такое ощущение, что я нахожусь в Новом Орлеане, словно вот сейчас войдет Ганс. Здесь всё как при нём.

– Мне приятно это слышать, – произнесла Нара.

– Но как вам это удалось?

– Немного повезло. Комната оказалась по размерам один в один, как было в Новом Орлеане. И даже расположение окон. Я была удивлена, а потом подумала, что это знак. Оставалось лишь привезти и расставить мебель, что я и сделала.

– Потрясающе, – произнесла Наташа. – Действительно, знак.

– Я сейчас, – сказала Нара и вышла из комнаты.

Вскоре она вернулась с трубой.

– Ганс сказал, пусть достается лучшему, – Нара протянула трубу Луи.

Луи взял инструмент в руки.

– Но как же так, вы не спросили никакого документа, ну хотя бы паспорт. Вы ведь меня раньше не видели.

– Это вы меня не видели. Я жила в левом крыле. Там имелся отдельный выход на улицу. Быть незамеченной четыре часа в день в таком доме не сложно. А я видела всех, в том числе и вас. Я видела здесь многих. И слышала. Я могу определить вас по манере исполнения. Мне не нужен документ. Чтобы определить человека, достаточно услышать его игру, – Нара повернулась к Наташе. – Луи хороший человек. Ваш выбор верен.

– Потрясающая женщина! – сказал задумчиво Луи, когда они садились в «бьюик». – Надо будет её обязательно навестить.

– Вас и здесь любят, начинаю завидовать, – полушутя произнесла Наташа. – А ей одиноко. Заметили, как она обрадовалась, когда вы сказали, что здесь ничего не изменилось? Ей было приятно от того, что есть ещё люди, которые помнят времена, когда они с Гансом были вместе.

Луи согласно покачал головой.

– Я вспомнил, надо навестить ещё одного человека, – сказал он, когда они отъехали от дома Нары. – Похоже, сегодня день встреч и разлук.

«Бьюик» проезжал часть города, застроенную небоскрёбами.

– Эти дылды съедают весь колорит, скоро от старого Лос-Анджелеса ничего не останется, – произнесла Наташа.

– Люди! – отозвался Луи.

– Разве что.

Луи машинально водил взглядом по небоскрёбам, а сам думал о том, что делать дальше и что вообще происходит? И если происходит, то какова роль Наташи в этом. Но пока ситуация оставалась стабильной. Ничего не менялось. Ровным счётом! От Наташи не было никаких предложений. Она обозначилась сегодня в его жизни как девушка-альтруист, не более. Готовая поддержать всеми забытого трубача и отвезти туда, куда он захочет. Примерно так Луи охарактеризовал для себя появление Наташи. Она просто была рядом. А фантазировать про любовь, которая, возможно, толкнула её на такой поступок, она ловко предоставила Луи. Пусть придумывает себе, что хочет. А с другой стороны… Отмахать чуть ли не три тысячи миль… Ради чего? Если не чувства, то тогда что? Остается Сальваторе. Только он мог отправить племянницу в такой путь. Но почему вместо этого бы ему не послать своих людей… Хотя, да, везти человека помимо его воли через полстраны довольно хлопотно. И вот теперь Луи предстояло выяснить истину. Но как? Спросить у Наташи напрямую? И поверить её ответу? С Луи вполне хватило Венеры. Женщинам доверять нельзя. Он знал это твёрдо. Тем более красивым.

Итак: альтруизм, любовь, Сальваторе.

Альтруизм Луи отмёл сразу. Он не верил в него. Этому невольно поспособствовал Эже Дюпон, оставив здоровую долю цинизма в его душе. Любовь? Это было бы слишком хорошо, по крайней мере, для него, Луи. В его жизни не было историй со счастливым концом. Так что любовь он тоже откинул. Оставался Сальваторе. И тут в голову Луи внезапно постучалась голая правда, не оставляющая ему в своей жестокой логике ни малейшего сомнения: барышня прилетела на самолёте, а уже здесь её пересадили на авто. И привесили нужные номера.

– Кто-нибудь ещё знает про то, что я сидел в тюрьме? – спросил у Наташи Луи.

– Только Питер. Он и помог найти тебя. Что вообще-то было невозможно. Ты сидел под другим именем.

– И как же нашли?

– В тюрьме заиграла труба.

– Красиво! – усмехнулся Луи.

Внезапно Луи увидел дом, в который нужно было отдать вазу. Дом быстро мелькнул с левой стороны машины и остался позади. Луи машинально обернулся, но ничего заслуживающего внимания не увидел.

– Что там? – спросила Наташа.

– Ничего… так…

– Долго ещё ехать?

– Уже близко.

– А к кому?

– К одному типу. Он подвёз меня. Взамен я обещал ему сыграть на трубе Н’Гоба.

Наташа покачала головой.

– У вас насыщенная жизнь: поездка, тюрьма, утренние концерты, бурные проводы…

– Появление потрясающей девушки, – вставил Луи.

– Труба Н’Гобы, жена Н’Гобы, тип, который ждёт уже год, когда вы ему сыграете на этой трубе, – продолжила Наташа.

– Смотрите сто девятнадцатый дом. Там должно быть какое-то заведение. Бар или кафе. В общем, встанете там рядом.

– Вижу что-то похожее впереди, – Наташа сбросила скорость, медленно проехала мимо вывески «Ямайка» и небольшой толпы латинос, стоящих прямо под ней, и остановила «бьюик».

– Это оно, – сказал Луи и выбрался из машины, прихватив трубу. За ним вышла Наташа.

Луи заиграл без лишних слов и вступлений. Труба звучала бесподобно и мелодия была под стать ей. Ошарашенные латинос переводили взгляды то на Луи с трубой, то на Наташу.

Потом из бара выскочил Авель во главе ещё одной банды латинос. Он широко распахнул руки и закричал:

– Луис! Я сразу понял, что это ты. Где ты был, брат?! Целый год! Ты, наверное, не из того пункта вышел, – Авель ринулся вперёд и обнял Луи. – А кто эта прекрасная девушка рядом с тобой? У меня в баре таких красавиц ещё не было.

– Моя невеста! – не моргнув, произнёс Луи.

Наташа вскинула на него глаза,