Вниз головой - Клэр Кершоу

учреждений, и спрашивает о статистике загрязнений. Я кратко отвечаю, даю электронную почту Милли на случай новых вопросов, и она удаляется. Ищу взглядом Хью, но его уже нет.

В кармане вибрирует мобильный. Сообщение от Милли:

«Просто не верится. ОН ПРИЛЕТЕЛ? ОН прервал МОЮ (твою) ПРЕЗЕНТАЦИЮ? Ты счастлива? Рассказывай. Вы общались? О-о-о! Я же говорила, что он любит быть в центре внимания. Теперь понимаешь, почему мы соперничаем?»

Я радостно улыбаюсь в телефон, довольная, что она не злится, и печатаю в ответ:

«Извини, пришлось немного импровизировать».

Кто-то сзади трогает меня за плечо.

– Есть минутка?

Я знаю, что это Хью. Сердце замирает. Я оборачиваюсь.

– Привет.

– Привет.

Мы молча смотрим друг на друга. Я пожираю взглядом знакомые черты: длинные ресницы, густые брови, пшеничную прядь над правым ухом. Смотреть ему в глаза трудно, они затягивают. У меня подкашиваются колени.

– Ну, теперь-то это ты? – спрашивает Хью, и его губы складываются в улыбку.

– И тогда была я. И сейчас.

Я делаю нечто вроде неловкого полупоклона и чуть не проваливаюсь сквозь землю от смущения. К счастью, Хью улыбается, будто и не заметил.

– Ты знала, что я здесь? – спрашивает он, подняв глаза.

Я качаю головой.

– И все равно решилась объявить о находке?

– А что мне оставалось? – пожимаю плечами я.

Хью смеется. Я так соскучилась по его смеху.

– Извини, что просила подписать журнал, – краснею я.

– А ты извини, что заставил тебя вот так об этом рассказывать, – говорит он, указывая на сцену.

– Ничего, – отвечаю я.

– Вмешались мои личные чувства, – перебивает он.

Мы оба смеемся.

– Ты о чем?

– Я не собирался приезжать, – говорит он. – Мне нечего уже было представлять. Да и не думал, что ты захочешь меня видеть после такого прощания.

– Так я ведь отправила тебе письмо.

– Какое?

– Письмо, – растерянно повторяю я. – В нем я объяснила, почему лгала и что случилось с Милли… Ты его не получил?

Хью качает головой.

– Нет… Но когда моя начальница попросила помочь с ее презентацией, я подумал, что не могу пропустить твою.

Я улыбаюсь.

– Дерек написал мне, что ты просил фотографии, и я подумала, это как-то связано с конференцией.

– Ну конечно, Дерек.

Мы смеемся вместе.

– Честно говоря… – Хью прерывается на полуслове, наклоняется ко мне, внимательно вглядывается в лицо. Все вокруг исчезает.

Я беру его за руку, наши пальцы переплетаются. Впервые за четыре месяца я чувствую, что могу нормально дышать.

– Что?

– Энди, я не переставал о тебе думать. Я скучал. Надеялся найти что-то в фотографиях Дерека, помочь тебе, загладить вину за нашу последнюю встречу. Поговорить с тобой…

– Хью, – выдыхаю я. – На самом деле я должна тебя благодарить, ведь ты помог мне перейти от презентаций сухих завтраков к этому.

Правда, когда я обвожу рукой пустой зал, «это» выглядит не многим лучше моего старого офиса.

Хью смеется.

– Надеюсь, ты теперь способна не только выступать на конференциях. Что будем делать?

– Ну, не знаю…

Я смотрю в ежедневник. Остаток дня заполнен докладами, которые я планировала послушать, но ничего критичного. Да и неохота сидеть в четырех стенах.

– Можем сходить на лекцию по организации работы Международного трибунала по морскому праву или лучше перекусим в кафешке рядом с парком?

– Конечно, лекция! – Хью блестит глазами и лукаво прищуривается, стараясь не рассмеяться. Я хлопаю его по руке. – Но можно и перекусить.

– Ты очень сговорчивый, – хихикаю я, забрасывая на плечо сумку. – Странно, почему Милли говорила, что тебя не переспорить?

Хью притягивает меня к себе и обнимает за талию.

– Как там Милли? – спрашивает он.

– Отлично. Передает тебе привет.

Он смеется.

– Я так понимаю, она видела мое вмешательство в твою презентацию.

Наши лица сближаются. У меня перехватывает дыхание.

– Ага.

Хью наклоняется и прижимается лбом к моему.

– Когда ты уезжаешь? – спрашивает он.

– Через два дня, – говорю я, улыбаясь во весь рот.

– Тогда надо использовать это время по максимуму.

Он целует меня – сначала нежно, едва касаясь губ, затем глубоко и жадно.

– Мне действительно очень жаль, – говорю я, когда мы наконец отрываемся друг от друга, – что я тебя обманывала, а потом просила солгать вместе со мной. Я долго не понимала, что нужно быть собой.

– Ты всегда была собой, – отвечает Хью, вновь прижимаясь ко мне лбом. – И я полюбил тебя.

Глава тридцать третья

Спустя год после погружения

Я смотрю в окно своей квартиры-студии. Если прищуриться, можно разглядеть вдали узкую полоску темно-синего Тихого океана. Я сняла жилье рядом с пляжем Бронте, где любит завтракать Хью. Дома в Коламбусе мне пришлось продать всю мебель (к счастью, я покупала почти все в IKEA). Недалеко от моего нового дома нашелся магазин подержанной мебели, и вскоре я стала счастливой обладательницей старого стола, мягкого кресла, обшарпанной деревянной кровати и двух разнокалиберных тумбочек. Единственный новый предмет интерьера – большая плюшевая лежанка для Мерфи, в награду за то, что поддержал мой переезд на другой конец света. Мы с Мерфи каждый день гуляем по тропинке вдоль пляжа, и всякий раз, вдыхая соленый океанский воздух и глядя на пенные волны, что с грохотом разбиваются о скалы, я думаю: как же мне повезло!

А порой напоминаю себе: дело не в удаче. Я написала десятки откликов на вакансии в Университете Сиднея, пока наконец не сработало. А чего стоили дни, проведенные с Хью в Бостоне! Мы шутили, вспоминали о выходках Дерека и о проблемах с плавучестью у Эндрю. Когда я призналась, что до смерти боялась разоблачения со стороны Натали, он смеялся до слез.

– Ты правда думала, что Натали хочет вывести тебя на чистую воду? – смеясь, спросил он. – Она всего лишь уговаривала меня попробовать солнцезащитный крем с морскими водорослями!

На следующее утро после нашей первой ночи я оставила Хью, разметавшегося на скомканных гостиничных простынях, и ретировалась в ванную, чтобы шепотом позвонить Милли.

– ЧЕТЫРЕ РАЗА?! – заорала она так громко, что я с перепугу уронила телефон в умывальник. – Ты говорила, что у него отличные задатки, но не настолько же!

– Ну, в постели гораздо удобнее, чем на песке, – рассмеялась я.

Вернувшись из Бостона, я сообщила родным, что у меня есть парень. Что мы недавно начали встречаться и живет он довольно далеко.

– Из Бостона? – спросила мама с презрением, на какое способен только гордый житель Среднего Запада при упоминании Восточного побережья.

– Чуть дальше, – ответила я.

Милли, сидевшая рядом со мной, хихикнула.

В конце концов я получила самую младшую должность – технически моя квалификация превышает требования, зато мне дали рабочую визу. Я даже не раздумывала.

И хотя я не люблю признавать правоту Хью (а прав он всегда), переезд в Австралию пошел мне на пользу. От ежедневных