Приглашение на убийство - Колин Кэмбридж

Она поняла все.

Глава 20

Филлида замерла у двери миссис Трикл и прислушалась.

Так и есть, внутри явно слышалось шевеление.

Очевидно, миссис Трикл больше не лежала в постели больная. Филлида постучала.

– Да? Кто еще там?

Филлида без приглашения открыла дверь и шагнула внутрь.

– Похоже, вам лучше, миссис Трикл, – сказала она.

– Да, я заканчиваю дела, раз уж завтра мне уезжать. – Миссис Трикл одарила ее вымученной улыбкой. Она сидела за письменным столом, на котором валялись листки бумаги. Внимание Филлиды привлекла ваза с маргариткой, которую она заметила раньше… и она вспомнила, что маргаритка стояла и на столике рядом с кроватью миссис Трикл.

Она бросила взгляд на бумаги на столе – списки припасов, меню, счета от поставщиков.

Последние сомнения, которые еще оставались, исчезли.

– Я не стану тебя долго задерживать, Элизабет, – сказала Филлида с дружелюбной улыбкой, приближаясь к столу. – Надеюсь, ты не против, если я буду обращаться к тебе по имени. В конце концов, мы довольно хорошо узнали друг друга за сегодняшний день.

– О, нет… нет, конечно, я не против. – Женщина, казалось, была сбита с толку. – Чем я могу вам помочь? Я довольно занята сейчас, как видите…

– Я всего лишь хочу вернуть это, – Филлида подняла золотую цепочку, позволив ей повиснуть на пальцах. Она отчистила ее, и теперь подвеска-маргаритка слегка покачивалась, поблескивая в свете лампы.

– О… спасибо. Где вы ее нашли? – Элизабет потянулась за ней, и Филлида позволила цепочке упасть ей в ладонь. – Я даже не заметила, что потеряла ее. – Она потянулась рукой к горлу.

– В гостиной. Рядом с креслом, где застрелили мистера Брикстона. – Филлида позволила этим словам, как и подвеске, на мгновение повиснуть в воздухе. – Ты сказала, что не заходила в комнату дальше, чем на шаг… но это нашли прямо рядом с креслом.

– Ну, знаете… я была в смятении и шоке – должно быть, шагнула чуть дальше, чем мне показалось. – Элизабет одарила ее бледной улыбкой.

– Любой будет в смятении и шоке… после того, как застрелит человека в упор, – дружелюбным тоном заметила Филлида.

– Что вы такое говорите? – Лицо Элизабет побелело.

– Дейзи была твоей сестрой, не так ли? Дейзи Лонгфелло. А когда ее убили – так жестоко, так бессмысленно – просто потому, что пьяный водитель не смотрел на дорогу… Что ты тогда почувствовала? Какую боль? Любой поймет убитую горем, разгневанную сестру… жаждущую мести.

– Я… я не понимаю, о чем вы…

– А твоя бедная племянница? Сначала потерять отца, потом мать. Слава богу, у нее оставалась тетя, сестра матери. Но ты не могла простить человека, который убил твою сестру. По-человечески это очень понятно. Ты жаждала мести.

Элизабет перестала протестовать и откинулась на спинку стула, вцепившись руками в край стола.

– Как ты узнала, что на самом деле за рулем был мистер Уоксли? Что именно он был виноват, что именно он убил твою сестру? – спросила Филлида.

– Она… Дейзи была светом моей жизни с самого детства, – сказала Элизабет. Голос ее дрогнул, но она продолжила: – Я так радовалась, когда она вышла замуж за Дэниела, и еще больше, когда родилась Дилли. Они были такой счастливой семьей… а потом Дэниел умер. Никто не виноват: он долго болел. Но когда мою Дейзи сбили – как какую-то… кошку, случайно выбежавшую на дорогу!.. Как можно не заметить человека? Как можно просто въехать в кого-то? – Глаза ее наполнились слезами, но голос оставался жестким. – Это было ужасно. Вы понятия не имеете, как ужасно. Бедняжка Дилли…

– Юстас Бримли взял на себя ответственность за аварию, – перебила ее Филлида, прислушиваясь к звукам в коридоре, где она оставила констебля Гринстикса и Брэдфорда. Она неплотно прикрыла дверь, чтобы они могли все слышать, но настояла, чтобы они не входили в комнату, пока она не закончит разговор с миссис Трикл, – вряд ли женщина была бы так же откровенна в их присутствии. – Откуда ты узнала, что это был не он?

– Он сам мне сказал, – бесстрастно произнесла Элизабет. – Я была так зла из-за случившегося, я хотела мести. Я хотела, чтобы он тоже страдал. Мне потребовалось время, чтобы выйти на его след… но, когда я его нашла, он уже превратился в жалкую развалину. Вечно пьяный, почти не понимал, кто он и где находится. Жена ушла от него. Я думала прикончить его – он бы и не возражал, полагаю, – но однажды он кое-что мне открыл.

– Ты что, познакомилась с ним?

– О да. – Она горько рассмеялась. – Я устроилась работать в паб, куда он постоянно ходил. Половину вечеров хозяину паба или кому-то из посетителей приходилось отводить его домой. После закрытия. Однажды я сама предложила довести его до дома. По дороге он нес или, вернее, мычал бессвязную чушь. А потом вдруг сказал что-то вроде «За что? За что? Я ведь не делал этого… Он заставил меня признаться, но я не делал этого».

Филлида кивнула.

– И ты выведала у него подробности.

– Это было нетрудно. Он и так плохо соображал, а уж если ему предлагали выпивку… – она усмехнулась и развела руками.

Внезапная мысль поразила Филлиду.

– Так ты подозревала, что он собирался броситься с моста?

– Я и подала ему идею, – сказала Элизабет с жесткой улыбкой, снова вцепившись в край стола. – Так и сказала: «Единственный способ обрести покой – покончить с этой жалкой жизнью». И он меня послушал. А теперь тебе придется сделать то же самое.

Филлида не поняла, что она имеет в виду, пока Элизабет не подняла руку с зажатым в ней уродливым, блестящим металлическим предметом.

Давненько на Филлиду не направляли пистолет.

И в прошлый раз это закончилось плохо.

Глава 21

– Итак, Филлида, – надеюсь, ты не против, если я буду называть тебя по имени? – медленно встань, не делая резких движений, и запри дверь. Прямо сейчас. – Элизабет Трикл говорила жестким и холодным тоном и гораздо более уверенно, чем раньше.

Однако больше всего Филлиду беспокоило то, как эта женщина держала «Уэбли»: она явно не имела опыта обращения с оружием, что делало ситуацию еще более опасной.

Проклиная себя за то, что дала себя переиграть – по крайней мере, на данный момент, – Филлида встала и сделала, как было велено. Скорее всего, Брэдфорд с констеблем не услышали приказа Элизабет, потому что та понизила голос и говорила тихо.

– А теперь придвинь сюда стул