Рассказы - Майкл Коннелли

ГБ: Ваши собаки?

ЭК: У нас два лабрадора. Если бы мы летели обычным рейсом, их пришлось бы сдать в багажное отделение. Я не могла так с ними поступить, для них это слишком тяжелое испытание. У нас открыт счет в компании «Элит Эйр», поэтому мы полетели частным самолетом.

ГБ: То есть на борту были только вы вдвоем и две ваши собаки?

ЭК: Да, ну и пилот с помощником.

ГБ: Помните, в каком часу вы приземлились?

ЭК: Около половины десятого вечера.

ГБ: И поехали домой на Малхолланд-Драйв?

ЭК: Нас довез лимузин. Наши машины оставались дома.

ГБ: Вы приехали домой около десяти пятнадцати?

ЭК: Да, и как только открыли входную дверь, сразу поняли, что что-то не так.

ГБ: Почему?

ЭК: В доме пахло едой. Будто кто-то только что готовил. А нас ведь не было почти месяц. За домом присматривала домоправительница, но она приходит лишь раз в неделю и уж точно не стала бы здесь готовить. Мы поставили сумки у двери, и Марк велел мне оставаться на месте с собаками, а сам пошел осматривать дом.

ГБ: Почему он не взял с собой собак?

ЭК: Они уже старые. Это просто комнатные питомцы, а не сторожевые псы. Мы всегда шутили по этому поводу, что если к нам не дай бог заберется вор, Микки и Минни его до смерти залижут. Они и мухи не обидят.

ГБ: А сигнализация? Разве дом не на сигнализации?

ЭК: Сигнализация есть, но мы ее никогда не включали. Она постоянно срабатывала без всякой причины, от малейшего подземного толчка или вибрации. Мы давно перестали ею пользоваться.

ГБ: Понятно, извините, что прервал. Продолжайте, пожалуйста. Что произошло, когда ваш муж пошел осматривать дом?

ЭК: Сначала я услышала какой-то шум, а потом голоса. Поняла, что Марк чем-то сильно встревожен. Я позвала его, но он не сразу отозвался. Я уже не знала, что и думать, как вдруг он крикнул: «Элиз, иди скорее сюда». Я вошла в кухню и увидела незнакомца. Он целился в моего мужа из пистолета.

ГБ: Где именно в кухне он находился?

ЭК: Сидел за столом и преспокойно ужинал. Разморозил один из тех стейков, что Марк заказывает прямиком из Монтаны.

ГБ: Вы узнали этого человека?

ЭК: Впервые в жизни его видела. И Марк тоже. Первое потрясение быстро сменилось привычной для Марка спесью, и он закричал: «Что все это значит?» и «Ты кто вообще такой, черт возьми?!» А мужчина ответил: «Я один из тех, кого ты разорил». Навел пистолет и велел Марку сесть напротив него. Мне тоже велел сесть, с краю стола. Сказал: «Ты тоже будешь на это смотреть».

ГБ: Так.

ЭК: Детектив, у вас не найдется бумажного платка?

ГБ: Да, сейчас принесу. Я на минуту.

(пауза в записи)

(запись возобновлена в 5:06)

ГБ: Вы можете продолжить рассказ, Элиз? Вы остановились на том, что этот человек велел вам обоим сесть и угрожал вашему мужу пистолетом.

ЭК: Да, мы так и сделали. Муж спросил, как его зовут, и тот назвался Эриком Андерсоном. Я видела, что Марку это имя ни о чем не говорит. Потерпевших ведь было больше пятисот человек. Он их толком и не знал. Для него это были просто голоса в телефонной трубке либо посетители сайта. Большинство своих вкладчиков он вообще ни разу в глаза не видел. Он спросил Эрика, откуда тот, и Эрик ответил, что приехал на машине из Финикса. Сказал, что уже неделю живет в нашем доме. Ест нашу еду. Ждет возвращения Марка.

ГБ: Он объяснил, зачем именно пришел в ваш дом?

ЭК: Сказал, что потерял все. У него были дом, жена, они планировали завести детей. Он вложил все свои сбережения в IGE. Его приятель по офису тоже был вкладчиком и получил двадцать четыре процента прибыли. Вот и Эрик решил вложить все до цента, и всё потерял. В результате он лишился дома, жена от него ушла. Он винил во всем Марка. Его до глубины души возмущало, что мы-то, судя по всему, ничего не потеряли и закон нас защитил, ведь банкротом объявили компанию, а не нас лично. Пока Эрик жил в нашем доме, целую неделю, он перерыл все наши вещи. Он знал, чем мы владеем. Эти стейки, машины в гараже, одежда... На нем были часы моего мужа. «Брейтлинг». Нашел их в ящике в спальне. Он требовал объяснить, почему он лишился всего, а мы не потеряли ни единого цента. Навел пистолет и велел Марку отвечать.

ГБ: И что ваш муж ответил?

ЭК: Мой муж — высокомерный человек, детектив Босх. Деньги сделали его таким. Я заметила это еще задолго до случившегося. Они его изменили. Он считал себя неуязвимым. Полагал, ему все сойдет с рук, что бы он ни сказал и ни сделал, потому что богатство его защитит. Думаю, именно поэтому он и воровал. В какой-то момент миллионов ему показалось мало. Захотелось десятков миллионов, и он поверил, что может просто забрать их себе безо всяких последствий. Когда мы только познакомились, он был честным человеком. Но это было очень давно.

(звонок телефона)

ГБ: Простите, я должен ответить.

ГБ: Босх?

ГБ: Я сейчас на допросе. Я же просил не...

ГБ: Ладно, понял. Спасибо.

ГБ: Прошу извинить меня, миссис Коновер. Давайте продолжим. Что ваш муж ответил Эрику Андерсону?

ЭК: Он попытался выставить все так, будто виноват сам Эрик. Заявил, что тот стал жертвой собственной жадности. Что нужно было думать своей головой. Что такие баснословные дивиденды в IGE просто не могли быть правдой. Сказал, что Эрик получил по заслугам. И добавил, что если тому так уж хочется кого-нибудь пристрелить, то может пустить пулю себе в лоб. Мол, он сам виноват, что остался без дома и жены. Потому что он круглый дурак.

ГБ: И что сделал или сказал Эрик?

ЭК: Он немного поплакал и назвал моего мужа чудовищем. Сказал, что тот наживался на людях, которые просто хотели устроить свою жизнь получше. Мой муж в ответ лишь рассмеялся и заявил, что мир держится как раз на таких простаках. Эрик назвал его лжецом. Вспомнил, как они однажды разговаривали. Сказал, что когда только поползли слухи о крахе компании, он позвонил в офис и потребовал прояснить ситуацию с его золотом. Он говорил с моим мужем, и муж якобы сходил в хранилище и заверил его, что золото в полной сохранности. Дескать, он сам только что видел его на полке, так что Эрику не о чем беспокоиться. Но теперь-то Эрик знал, что все это было наглым враньем.

ГБ: И что на это ответил ваш муж?

ЭК: Опять рассмеялся. Сказал, что Эрик был далеко не единственным, кто