Рассказы - Майкл Коннелли

звонил. Звонили десятки людей, и он вешал лапшу на уши всем подряд. Говорил, что идет в хранилище проверить их золотой запас. Но никакого золота не было, он его давно уже обналичил, не было даже самого хранилища. Картинка на сайте была просто фальшивкой. Марк во время разговора просто залезал под свой рабочий стол, там голос раздавался с гулким эхом, будто он действительно в сейфе. И он смеялся, потому что люди верили, думая, что он разговаривает с ними из настоящего бронированного хранилища. Он назвал Эрика лохом и сказал, что такие лохи рождаются ежеминутно, чтобы кормить богатых. Он глумился над этим несчастным, детектив. Заявил ему, что в понедельник все обвинения снимут за отсутствием улик. Он ведь ничего не гарантировал своим клиентам. Мелкий шрифт во фьючерсных контрактах даже не обещал, что они обеспечены реальным золотом. Он твердил Эрику, что жадность ослепила его и что он заслужил каждую крупицу своего несчастья. К тому моменту я видела слезы на щеках Эрика. Он был полностью раздавлен. Сломлен.

ГБ: Что произошло дальше?

ЭК: Вот тогда Эрик и выстрелил.

ГБ: Миссис Коновер, мне нужны все подробности стрельбы, какие вы только можете вспомнить. Парамедики...

ЭК: Элиз.

ГБ: Да, Элиз. Парамедики, которые оказывали помощь вашему мужу и везли его в больницу, сообщили, что у него как минимум три пулевых ранения в верхнюю часть грудной клетки. Вы помните, сколько именно раз Эрик Андерсон выстрелил и сидел ли он в этот момент?

ЭК: Он выстрелил всего один раз.

ГБ: Вы уверены?

ЭК: Да, уверена. Он посмотрел на моего мужа и сказал: «Моя кровь на твоих руках». Затем приставил пистолет к своей голове и спустил курок.

ГБ: Вы хотите сказать, после того как ранил вашего мужа?

(молчание)

ГБ: Элиз? Вы имеете в виду — после того, как он выстрелил в вашего мужа?

ЭК: Нет, он не стрелял в моего мужа. Он застрелился сам. А мой муж рассмеялся. Он почувствовал облегчение и... гордость. Да, думаю, он гордился тем, что довел этого несчастного до самоубийства. Потом он посмотрел на меня и сказал: «Не волнуйся, кровь смывается. Когда денег куча, смыть можно все что угодно».

ГБ: И что же произошло потом?

ЭК: Это было так странно. Когда Эрик выстрелил в себя, пистолет вылетел у него из руки и проскользил по столу. Прямо ко мне. И я его подняла. Он был тяжелым. Я наставила его на мужа. А потом выстрелила. Трижды выстрелила в него.

ГБ: Миссис Коновер, думаю, на этом мне придется вас прервать и зачитать вам ваши конституционные права.

ЭК: Думаю, в этом нет нужды.

ГБ: Вы имеете право хранить молчание и отказаться отвечать на любые дальнейшие вопросы. Вам понятно это право?

ЭК: Да, конечно.

ГБ: Все, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде. Вам это понятно?

ЭК: Да. Но неужели это действительно необходимо?

ГБ: Вы имеете право на консультацию адвоката и его присутствие во время любого допроса сейчас или в будущем. Вам это понятно?

ЭК: Да.

ГБ: Хорошо. Зная и понимая свои права, как я вам их только что разъяснил, согласны ли вы продолжить эту беседу и отвечать на мои вопросы в отсутствие адвоката?

ЭК: Да почему бы и нет.

ГБ: Мне нужен однозначный ответ «да» или «нет», миссис Коновер.

ЭК: Да, я продолжу отвечать. И пожалуйста, называйте меня Элиз.

ГБ: Элиз, я должен также сообщить вам, что звонок, на который я ответил несколько минут назад, был от моего напарника из больницы. Боюсь, ваш муж скончался от полученных ранений. Спасти его не удалось. Он мертв, и я объявляю вас задержанной по подозрению в его убийстве.

ЭК: Я понимаю.

ГБ: Вы хотите связаться с адвокатом прямо сейчас?

ЭК: Пожалуй, нет. Я хочу рассказать, как все было. Чтобы пострадавшие узнали правду.

ГБ: Я понимаю. Но почему вы это сделали, Элиз? Зачем вы выстрелили в своего мужа?

ЭК: Потому что Эрик был прав. Марк был чудовищем, и я отчетливо это увидела в тот самый миг. Я убила монстра, и я смою его кровь. Вот увидите. Теперь все деньги мои. Я смою эту кровь.

ГБ: Хорошо, миссис Коновер. Сейчас мы пройдем в отдел оформления арестов. А продолжить сможем позже. Там вас осмотрит врач, чтобы оценить вашу вменяемость.

ЭК: Я в порядке, детектив. Впервые за долгое время я чувствую себя по-настоящему хорошо.

ГБ: Хорошо, миссис Коновер.

ЭК: Называйте меня Элиз.

ГБ: Идемте, Элиз.

(5:29)

(конец записи)

ПЕЛЕНА КРОВАВОГО ТУМАНА

Сообщения о совпадениях ДНК приходили обычной почтой, в желтых конвертах из генетической лаборатории регионального криминалистического центра. С отпечатками пальцев все обстояло проще, уведомления обычно присылали по электронной почте. Совпадения между делами в единой базе были редкими птицами, и тут действовал совсем иной порядок. Эксперт, обнаруживший зацепку, связывался с ведущим дело детективом напрямую.

У Гарри Босха был выходной, точнее, половина выходного, и в момент звонка он сидел в приемной директора школы. Разобравшись с вызовом от школьного начальства, он планировал отправиться в центр, в Административное здание полиции.

Вибрация телефона тут же привлекла внимание женщины за стойкой у входа.

— У нас мобильными телефонами пользоваться запрещено, — отрезала она.

— Я не ученик, — резонно заметил Босх, доставая из кармана нарушителя спокойствия.

— Неважно. Пользоваться телефонами здесь запрещено.

— Я отвечу в коридоре.

— Искать вас там я не стану. Если пропустите прием, вам придется записываться заново, и вопрос вашей дочери так и останется нерешенным.

— Я, пожалуй, рискну. Буду прямо за дверью, идет?

Он вышел в коридор, на ходу принимая вызов. В школе стояла тишина, шел четвертый урок. На экране высветился лаконичный определитель: «База данных LAPD», но этого хватило, чтобы Босх почувствовал знакомый азарт.

Звонил технический специалист по имени Малек Пран. Босх никогда раньше с ним не сталкивался, и ему даже пришлось дважды переспросить имя. Пран работал в отделе оценки данных и теории, на внутреннем жаргоне именовавшемся «Отрядом СМЕРТИ». Это было новое подразделение Отдела по расследованию нераскрытых преступлений, созданное для повторного расследования глухарей с помощью так называемого синтеза данных.

Последние три года «Отряд СМЕРТИ» занимался оцифровкой папок с делами по убийству, сданными в архив, — бумажных журналов расследований по нераскрытым делам. Они создавали исполинскую базу данных, где можно было легко сопоставлять любую информацию по старым преступлениям. Подозреваемые, свидетели, оружие, места происшествий, речевые обороты — все, что детектив считал нужным зафиксировать в материалах дела, теперь переводилось в цифровой формат и сравнивалось с другими делами.

Изначально этот проект затевался исключительно ради экономии места. Городские архивы буквально трещали по швам от бесконечных стеллажей с папками и коробками. Оцифровка архивов должна была разгрузить тесные помещения управления.

Пран сообщил, что обнаружил совпадение между делами. Свидетельница из глухаря, который Босх направил