Шпионская леска - Лен Дейтон

— Почему бы просто не показать мне расшифровку?

— Протокола собеседования? — Поджатые губы и кивок, словно я предложил нечто новое и очень интересное. — Да, мы могли бы это сделать.

— А хотите знать, что я думаю?

— Разумеется, хочу, — произнес Фрэнк с той затаенной иронией, за которой любящие родители прячут готовность простить очередную шалость своему драгоценному чаду.

— Я постоянно размышляю над этим. Зачем вы дали мне возможность разглядеть действующего агента? В учебниках это не предусмотрено.

— Я не всегда следую учебникам, — сказал Фрэнк.

— Вы ничего не делаете без причины, Фрэнк, — сказал я.

— Что тебя гложет, Бернард?

— Вы пригласили меня в тот дом, в Шарлоттенбурге, не для того, чтобы повидать Валерия и послушать беседу, — сказал я. — Вы привели меня, чтобы Валерий посмотрел на меня. Хорошенько посмотрел.

— И зачем же я это сделал, Бернард?

Он снял с рукава прицепившуюся нитку, скатал ее в шарик и бросил в пепельницу.

— Чтобы Валерий опознал меня как одного из причастных к бизнесу с наркотиками?

— Существует такая вещь, как излишняя подозрительность, — мягко произнес Фрэнк.

— В этом деле — нет.

Он улыбнулся, не желая опровергать голословных утверждений.

— Тебе нужно отдохнуть, Бернард.

— Пожалуй, — сказал я. — Кстати, когда я отправляюсь в эту свою поездку по автобану?

— Скоро, — ответил Фрэнк. — Самое раннее — во вторник.

Наверное, он думал, что я обрадуюсь нескольким дням безделья в Берлине, но я хотел поскорее вернуться домой, и он, должно быть, прочитал это на моем лице.

— Посмотри на дело по-другому. Ты сможешь сегодня развлечься на костюмированном вечере у Вернера. — Я молчал. И он добавил: — Я, поверь, ничего не могу поделать. Нам просто придется ждать известий.

— Когда я получу инструкции?

— Никаких инструкций не будет. Ничего такого особенного. Но с тобой будет Джереми Тичер. Он ждет внизу. Я приглашу его сюда, и он изложит тебе свой план. — Фрэнк снял трубку внутреннего телефона: — Пригласите мистера Тичера, пожалуйста.

Мне совсем не улыбалась мысль выслушивать планы Тичера.

— Давайте начистоту, Фрэнк, — сказал я. — Операцию возглавляет Тичер или я?

— Нет никакой необходимости назначать руководителя, — сказал Фрэнк. — А с Тичером работать легко. Да и дело довольно простое.

— Мне неинтересны все эти благостные разговоры в духе лондонского Центра, — ответил я. — Если я подбираю гражданина ГДР на территории ГДР и вывожу его за пределы страны — это операция. Тичер когда-нибудь был задействован в операциях?

— Нет, — признался Фрэнк. — Но он никогда не был и секретным агентом. Ты просто придираешься.

— Вы правы, с моей стороны это именно придирки. Я поеду один. Я не хочу нянчиться с каким-то штабником, который жаждет острых ощущений.

— Ты не сможешь сделать это в одиночку. У тебя будет пассажир. Кому-то придется вести машину. Кто знает, какие непредвиденные обстоятельства возникнут? Мы не можем рисковать.

— Тичер?

— Он лучший из тех, кого я имею.

— Давайте я возьму Вернера.

— Вернер — немец, его можно привлекать только к безопасной работе, — твердо сказал Фрэнк.

— А этот чертов Тичер…

Раздался стук в дверь, и вошел Тичер. После потери жены он так ничего и не предпринял, чтобы как-то изменить свой жалкий внешний вид. Вместе с ним в комнату вошло нечто гнетущее и мрачное. Мы обменялись рукопожатием. Он кисло улыбнулся. И хотя рука его была твердой, во всех жестах сквозила вялость. Может быть, он слышал мои слова.

— Расскажи Бернарду, что ты приготовил, — сказал Фрэнк.

— Фургон «фольксваген». Дипломатические номера. Мы встретим другой автомобиль около Бранденбургского выезда. Все пройдет гладко. Они не останавливают машины с дипломатическими номерами.

— Бернард спрашивает, когда вы поедете.

— Я жду дипломатические паспорта на всех троих. Но они будут готовы не раньше понедельника.

— Нет, — возразил я. — Давайте уж не будем нарушать ничьих воскресных планов.

Тичер вопросительно посмотрел на меня, затем на Фрэнка.

Фрэнк спросил:

— Ты вооружен, Бернард?

— Нет, — ответил я.

— У Джереми будет легкий пистолет, — сказал Фрэнк с нескрываемым отвращением. Фрэнк испытывал стойкую неприязнь к огнестрельному оружию, которая плохо согласовывалась с его романтическими представлениями об армии.

— Прекрасно, — сказал я.

Тичер меня явно игнорировал.

— Ну, до этого не дойдет, — заметил Фрэнк. — Это очень простое дело. Поездка по автобану — и все.

Я не ответил. Тичер тоже. Если бы все было так просто, Фрэнк сам бы справился.

— Есть, правда, одна деталь… Я уже обговорил это с Джереми. — Пауза говорила о том, что Фрэнк испытывал затруднение: возможно, потому он и оставил это напоследок. — Если тут арестовывают секретного агента, он не должен отвечать на вопросы. Ты понимаешь?

— Нет, — сказал я, — не понимаю. Мы же будем в дипломатической машине.

— Нельзя быть уверенным на сто процентов, Бернард. Вспомни маленького бедного Фишбейна. Его вытащили из машины прямо у Старого Алекса.

— Меня проинструктировали, — сказал Тичер.

Я не собирался давать Тичеру возможность увести Фрэнка в сторону.

— Тогда проинструктируйте и меня, Фрэнк.

— Если случится худшее, Бернард… агент должен быть… уничтожен.

— Убит?

— Да, убит.

Фрэнк снова посмотрел на карту, словно ища что-то на ней, но мне показалось, что он просто прятал глаза.

— Оружие у Джереми именно на этот случай.

— Бедный агент, — заметил я.

— Все участники знают, на что идут, — резко ответил Фрэнк. — Включая агента.

Он повернулся и теперь смотрел на меня в упор. Усы у него стали уже совсем седые. Да, Фрэнк слишком стар, чтобы участвовать в операциях. Слишком старый, слишком привередливый, слишком утомленный и добросердечный. Да что бы там ни было, внутреннее напряжение отразилось на его лице.

— Все в порядке, сэр, — сказал понятливый Тичер. — Мы сделаем все, что положено.

Лицо Тичера тоже покрывали морщины, но он не был ни старым,