Шпионская леска - Лен Дейтон

— Что же случилось на самом деле? — спросила она как-то вечером. Мы стояли и смотрели на океан.

— Они вытащили тебя, — ответил я. — Вот что случилось.

— А что там делала Тесса? Вот чего я не могу понять. Что там делала Тесса, Бернард?

— Я говорил тебе, — сказал я. — У нее был роман с Дики. Она, наверное, хотела развлечься.

— Я так любила тебя, когда мы поженились, Бернард. Я любила тебя, потому что ты был единственным из встреченных мной мужчин, кто всегда говорил правду. Ты никогда не лгал мне, Бернард. Я хотела, чтобы мои дети были похожи на тебя.

Я держал ее за руку, смотрел в темноту и пытался различить берег.

Она спросила:

— Ты не будешь действовать против меня, Бернард? Ты не сделаешь этого?

— Что ты имеешь в виду?

— Они даже не сказали Джорджу, что Тесса умерла.

— Почему?

— Бедный Джордж. Он никому не причинил вреда.

— Почему они не сказали ему?

Она повернулась и посмотрела на меня.

— Ему передали «секретную информацию» о том, что Тесса поехала в Берлин с тобой и что вы вместе сбежали… сбежали куда-то, где вас никто не найдет.

— Значит, такова их версия, — заметил я. — Все сделано чисто: комната в отеле была зарегистрирована на мое имя.

— Они хотят, чтобы Москва поверила, что Тесса жива. По их версии, при выезде из Бранденбурга погибла я.

— Сгоревший автомобиль. Все сходится.

— Они поверят этому, Берни?

— Велась торговля героином. Эрих Штиннес мог в этом участвовать?

— Эрих? Нет!

— Очень многие считали, что мог, — настаивал я. — Кроме того, он работал на отдел. Ты понимаешь, как его подставили?

— Нечего тебе беспокоиться об Эрихе.

— Кто говорит, что я о нем беспокоюсь?

— Ты считаешь его своим, ведь он тоже вырос в Берлине, и его отец служил в армии…

Я не стал отрицать: она все поняла. Наверное, я кричал во сне: меня мучили кошмары.

— Я убил его.

— Все кончено, милый. Не терзай себя. Но почему Тесса была там? Я хочу это выяснить!

— Тесса принимала наркотики, ты же знаешь…

— И Брет так сказал.

— Вероятно, поэтому она и поехала в Берлин. Там был человек по имени Теркетл, который, наверное, и снабжал ее. Я думаю, он мог прекратить поставлять ей наркотики, чтобы заставить ее поехать с ним. В это было вовлечено много людей. Нужен был козел отпущения. Готов поспорить, что, по официальной версии, ввозила их ты.

— Что я ввозила? Наркотики? Чья версия? Востока или Запада?

— Общая. Представилась возможность закрыть дело, — сказал я.

— И как далеко зайдет отдел?

— Ситуация беспрецедентная. Нам не на что было опереться.

— Дядя Сайлес знал, чем я занимаюсь на самом деле.

— Да, я знаю, я разговаривал с ним. Дядя Сайлес сказал: понадобится шесть месяцев, чтобы убедить Москву, что ты действительно работала на них. А потом они смогут использовать материалы, которые ты собрала, не боясь причинить тебе вред.

— Ты говоришь, кто-то тщательно разработал план, включающий смерть Тессы?

— Не знаю. — Мой ответ последовал слишком быстро, и она могла подумать, что я открываю ей не все, что мне известно. — Я действительно не знаю, Фи, — повторил я.

Она обняла меня:

— Я больше никому не доверяю. Иногда это меня пугает.

— Понимаю.

— У тебя тоже так бывало?

— Иногда.

— Кто придумывает такие страшные вещи?

— Может, я ошибаюсь… — помедлил я.

— Брет?

— Возможно, сочетание плана и случайности… А может, и нет. Я же сказал: я могу и ошибаться.

— Тесса действительно похожа на меня. Папа всегда так говорил.

— Я ничего не могу подтвердить, — сказал я. — Главное — снабдить Брета такими ответами, какие ему нужны. Нам надо выбраться отсюда. Мы нужны детям.

— Я бросила их, — сказала Фиона. — Они должны меня ненавидеть.

— Это не так, Фиона.

— Но почему не я? Тесса так любила жизнь, а ты и дети обошлись бы без меня. Почему не я?

Я пожал плечами.

— Я даже не узнала ее, — сказала Фиона. — Она так и осталась там лежать, в грязи…

Я слышал океан, но ничего не видел из-за темноты. Я сказал:

— Почему бы нам не попросить Брета привезти сюда детей на последние три-четыре недели?

— Брет сказал, что мы еще долго здесь пробудем. — Она говорила, словно ее это не волновало.

Выходит, я был прав: мы в заключении. Может, на годы. Может, навсегда. Я знал, что в таких случаях агенты нуждаются в защите: нас спрятали здесь лет на десять, а то и больше.

— Скажи Брету, что ты настаиваешь на приезде детей, — предложил я.

Она ответила не сразу:

— Я люблю их и безумно хочу видеть. Но не здесь.

— Как хочешь, Фи.

— Мне нужно время, Бернард. Я снова стану той счастливой и веселой девочкой, на которой ты женился. Мы еще будем счастливы. Но мне нужно время…

Со стороны океана потянуло солью и запахом гниющих водорослей — это называют почему-то свежим морским воздухом. Небо было совсем темное — ни звезд, ни проблеска луны. Береговые огни — и те погасли.

Спасибо за чтение!

Другие книги доступны в библиотеке moreknig.org.