Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

– Я прямо слышу, как в его голове скрипят шестеренки, Сара.

– Ты и такое можешь, Макс?

– Ага. Стоит он, значит, и мучается: «Сказать им, что я все-таки навещал старину Ленни, или настаивать, что я ездил в Бостон не за этим?» Он, конечно, склоняется ко второму варианту; вопрос только в том – вы же понимаете, надзиратель? – как быстро Сара отследит ваш «Убер» или другое такси, которое везло вас в Ревир из аэропорта Логан, если вам вздумается врать.

– А может, и обратный транспорт, Макс, – предложила Сара.

– Верно, Сара, или обратный транспорт – такси из Ревира в аэропорт. И пока вы думаете над ответом, позвольте вас предупредить: ей это раз плюнуть.

– Спасибо, Макс.

– Нет, я серьезно, Сара: ты лучше всех.

– Ну вот, Макс, из-за тебя я покраснела.

– Румянец тебе к лицу, Сара. – Тот пожал плечами и вернулся к беседе с Маккензи: – Это трудное решение, надзиратель. На вашем месте я бы не знал, что и выбрать.

Филипп прокашлялся и ответил:

– Я был в Бостоне, навещал больного друга. Это не преступление.

– Ну все, ты выиграла, Сара, – ухмыльнулся Макс, вынимая бумажник.

– Пять баксов. – Его напарница протянула ладонь.

– У меня только десять.

– Позже получишь сдачу.

И Макс отдал ей десятидолларовую купюру.

– Ваша правда, мы с Дэвидом одна семья, – вдруг пошел в атаку Филипп Маккензи, – а он в последнее время сам не свой. Именно это я и хотел обсудить с его отцом. Вы же сами сказали: Ленни и я – давние приятели…

– Стоп, дальше я, – поднял руку Макс. – Вы с Ленни не разлей вода, Адам с Дэвидом тоже близки, и поэтому, раз Дэвид в неадеквате, вам пришло в голову устроить ему встречу с вашим сыном.

– В общем и целом – да.

С усмешкой Макс тоже вытянул ладонь, в которую помрачневшая Сара вложила его же десятку.

– Думаете, вы очень остроумные? – огрызнулся Филипп.

– Ну не зря же в ФБР нас прозвали «Люси и Деси», верно, Сара?

– Нас так прозвали, Макс, потому, что я рыжая, а вовсе не из-за остроумия.

– Правда, что ли, Сара? – расстроился Макс. – Но я ведь почти уже дописал ремикс «Бабалу».

Тут в дверь приемной постучались полный тюремный охранник и детектив Сэмси. Первый доложил:

– Дэвида Берроуза за все годы заключения навещал только один человек: его невестка. Ее зовут Рейчел Андерсон, она приезжала вчера и позавчера.

– Еще раз: единственная гостья Берроуза была здесь вчера и позавчера? – Макс притворно схватился за сердце. – Воздуха мне, воздуха! Вот и еще одно совпадение, Сара.

– В этом мире чего только не бывает, Макс.

– Да, чего в нем только нет, Сара. Ваше слово, надзиратель!

На этот раз Филипп Маккензи безмолвствовал.

– Где невестка остановилась, знаете? – спросил Макс у охранника.

– Да наверняка в мотеле Бриггса, как и большинство тех, кто к нам едет.

– Я проверю, – подтвердил Сэмси.

– Или она могла остановиться в «Хаятте», рядом с заводским ТЦ, – предположил охранник.

– О!

Голова Макса заболталась, как на веревочке, он шагнул к карте; в приемной никто не дышал. По новой изучив маршрут, Макс метнулся обратно к ноутбуку:

– Точно, Сара.

– Макс, что ты нашел?

– Сэмси?

– Тут, – выступил детектив.

– Говорите, Дэвид Берроуз был с вами на линии прямо перед тем, как надзиратель заехал в тоннель?

– Ага.

– И Берроуз сам вас набрал?

– Ага. Он попросил пять минут подождать, а потом перезвонил.

– Во сколько это было? Только точно. Посмотрите в истории звонков.

– В восемь пятьдесят.

– В это время машина проезжала… здесь, – нашел на карте Макс. – По Грин-стрит. Чтобы сразу завернуть на подземную парковку торгового центра. Ну и зачем вам понадобилось на парковку, надзиратель? – спросил он Филиппа Маккензи.

– Заключенный сказал ехать, я и поехал. – Филипп уставился на него. – А там тупик.

Миг – и Макс снова был у карты.

– Сара, ты видишь то же, что и я? – Он ткнул пальцем в окрестности торгового центра «Лами».

– Железнодорожный вокзал, Макс.

Тот кивнул.

– Сэмси?

– Слушаюсь!

– Перекройте движение поездов, посадите своих людей во все составы, отходящие после восьми пятидесяти. И отправьте всех, кого можете, патрулировать этот торговый центр.

– Понял вас.

Глава 15

В Ньюпорте, штат Род-Айленд, восьмидесятидвухлетняя глава новоанглийской ветви рода Пейнов – Гертруда Пейн – смотрела, как ее внук Хейден восходит на подиум Музея изобразительных искусств Пейна. Вопреки тому, что от тридцатисемилетнего Хейдена ожидали благородной, аристократической осанки, он слишком походил на своего прапрапрадеда Рендалла Пейна – крепкого хозяйственника, основавшего в 1868 году компанию «Кентуккийский бурбон Пейна», что и положило начало династии.

– От имени моей семьи, – начал Хейден, – и особенно бабули Пикси…

Когда Хейден с улыбкой взглянул на Гертруду, та улыбнулась ему в ответ. Никто толком не понимал, почему отец прозвал ее Пикси.

– …я рад приветствовать стольких гостей на нашем ежегодном благотворительном обеде, – продолжил Хейден. – Все доходы от сегодняшнего мероприятия пойдут на поддержание благотворительной инициативы «Рисуем с Пейном», которая позволяет спонсировать и обучать малообеспеченные молодые таланты в Провиденсе. Благодарю вас за вашу щедрость!

Эхо вежливых аплодисментов рассеялось в мраморном бальном зале Пейн-хауса на Охра-пойнт-авеню, что был построен в 1892 году и смотрел окнами на Атлантику. В 1968 году Гертруда, недавно вышедшая за одного из Пейнов, придумала продать Пейн-хаус обществу охраны архитектурных памятников под художественный музей. В этом прекрасном, величественном здании гуляли сквозняки и стыли сердца – как в прямом, так и в переносном смысле. Хотя многие считают, что такие особняки отдают исключительно в дар и в угоду обществу, на самом деле хозяева зданий всегда получают долгосрочную прибыль от подобных сделок. Это верно и для поместья Брейкерс, и для Мраморного дома, и для Пейн-хауса: все эти здания приобретались обществами по охране с условием отчислять процент продавцам. Богатые люди ничего не делают просто так, знала Пикси.

– Уверяю, наш обед в этом году вас изрядно впечатлит, – говорил Хейден. – После того, как с восхитительными блюдами, приготовленными нашим местным шеф-поваром, нашим магом Гансом Лааспре… – недолгие аплодисменты, – будет покончено, мы, как и обещали, проведем для вас, наших главных благодетелей, частную экскурсию по музею, чьей изюминкой и, конечно же, той самой причиной, по которой многие из вас сегодня здесь, является печально известное полотно, не выставлявшееся на публике более двух десятилетий. Сегодня мы представляем вам премьеру – Ян Вермеер, «Девушка, сидящая за фортепиано»!

Собравшиеся ахнули.

С четверть века назад это полотно было похищено у кузенов Гертруды по линии Локвудов, а обнаружили его лишь недавно, на месте загадочного убийства в Верхнем Вест-Сайде Манхэттена.