Зарубежный детектив 2026-15 - Салли Эндрю

Лучше особо об этом не трепаться.

Я удивлен, что мама отправляла тебя в такое место.

Тогда она не восприняла слова мужа всерьез. Ей это никогда не казалось чем-то особенным – ни Норико, ни ее родители не были членами «Школы будущего», а поездку в лагерь воспринимали просто как одно из летних развлечений.

Однако если так подумать, то мать, которая хоть и не часто, но все-таки звонила дочери, особенно если что-то такое происходило, ни разу с тех пор, как в прошлом месяце в «Школе будущего» нашли скелет, не упоминала об этом в разговорах. Возможно, намеренно.

Из-за своей работы мама Норико не общалась близко практически ни с кем из родителей ее одноклассников. Сплетни ее тоже не интересовали – Норико вообще не могла припомнить, чтобы в ее детстве она хоть раз обсуждала дома чьи-нибудь семейные дела. Не исключено, что именно поэтому мать Юи и пригласила Норико поехать в лагерь.

До нынешнего момента Норико ни разу не задумывалась о том, что чувствовала мама.

– Не то чтобы он особенно был мне нужен. Я не собираюсь ни с кем связываться. Просто хочу взглянуть, – сказала Норико.

Вообще-то все и правда обстояло именно так. Она и не думала использовать список в рабочих целях. И искать никого оттуда тоже не стала бы.

Ей просто захотелось на него посмотреть. Другого объяснения не было.

Мать снова замолчала. После долгой паузы Норико наконец услышала ее голос в трубке.

– Что-что? – переспросила Норико, не разобрав слова.

– Если станет известно, что ты там бывала, это, часом, не повредит тебе на работе? На нынешней должности?

Мать заволновалась. Голос у нее дрожал, и Норико явно чувствовала ее беспокойство.

– Все нормально, – заверила ее Норико. – Поищи, пожалуйста, к нашему приезду. Хорошо бы он нашелся.

– Ладно.

Мать у нее аккуратистка, так что списки точно лежат где-то у них дома, надежно укрытые от посторонних глаз. Если они все еще там, то мать не станет их от нее прятать и покажет.

В списках значились только контакты приезжих детей – там не должно было быть ни Сигэру, ни Мики, ни других детей из Училища, с которыми дружила Норико. Каори Ёсидзуми в них тоже не найти. А даже если бы ее и включили в список, то на месте адреса наверняка значились бы данные Училища в Сидзуоке, которое все равно больше не работало.

Такой же адрес фигурировал и у Сигэру, с которым они обменивались письмами. Норико отправляла свои послания именно туда. А потом в какой-то момент все прекратилось. Она уже и не помнила, чье письмо оказалось последним. Кажется, именно она перестала ему отвечать.

Мать, скорее всего, сохранила списки. Но вот писем от Сигэру дома точно уже не найти. Когда к ней пришло первое из них, она решила, что будет хранить их в особом месте, словно какую-нибудь драгоценность. Кто бы мог подумать, что наступит тот день, когда она напрочь забудет, где они лежат. Надо же быть настолько черствой. Впрочем, ей все равно не особо хотелось их сейчас перечитывать.

Давно забытые письма. Потревоженные воспоминания, которые никогда не вернулись бы к ней, если бы не найденные останки.

Вы же не появлялись все это время. Танака словно бы выплюнула эти слова прямо ей в лицо, пронзив насквозь ее сердце, глубже, чем она могла даже представить.

Стоя напротив Танаки в пыльной маленькой комнатушке токийского отделения «Школы будущего» в качестве законного представителя семейства Ёсидзуми, Норико чувствовала, как ее так и подмывает вытворить что-нибудь эдакое.

Рассказать, что она бывала в «Школе». Что в курсе об Училище, встречала детей оттуда, а еще видела родник. И что она знает – они совсем не опасны.

Ей хотелось, чтобы они поняли – Норико им не враг.

Да, она проводила там всего по неделе летом на протяжении трех лет. Конечно, она не могла знать всего. Но эти внутренние порывы поражали и ее саму.

* * *

Айко шагала по дорожке между домами и рисовыми полями, держа в руке колоски лисохвоста.

Городок Ятимата, где родилась и выросла Норико, полон зеленых насаждений. Со всех сторон его окружают поля и леса. Префектура Тиба находится совсем рядом с Токио, и друзья из других регионов обычно представляли ее настолько же урбанизированной, однако на самом деле тут все еще можно было повсюду наблюдать не тронутые человеком живописные виды. Конечно, со времен ее детства домов стало больше, и некоторые привычные места изменились до неузнаваемости. Впрочем, многое тут напоминало ситуацию в других префектурах – и отдаленность от железнодорожной станции, и необходимость пользоваться автомобилем, чтобы хоть куда-то добраться. Прямо за жилыми домами тянулись рисовые поля и пустые участки земли, заросшие травой. Здесь Норико играла еще ребенком.

Когда она только приехала в родительский дом впервые за долгое время и решила сходить в круглосуточный магазинчик – в ее детстве его там не было, – чтобы купить Айко булочку к завтраку, родители в один голос стали предлагать ее подвезти.

– Не надо. Мы с Айко прогуляемся.

– Точно? Пешком далековато будет.

Да не может такого быть. Даже для ребенка это расстояние не должно оказаться слишком уж большим. Но родители настолько привыкли ездить повсюду на машине, что для них и десять минут пешком уже превратились в долгий путь. Услышав их протесты, Норико окончательно осознала, что она наконец дома.

Родители все продолжали настаивать – наверное, решили, что она стесняется. А еще, скорее всего, они хотят как можно больше времени провести с внучкой. Правда, стоило Норико сказать, мол, пусть Айко немножко поиграет на улице, как они тут же умолкли. Идти вместе с ними родители тоже отказались.

Айко плелась по той самой дорожке, где ходила сама Норико, когда была маленькой. По пути они набрели на заросший травой участок, и Айко нагнулась сорвать несколько колосков лисохвоста. Глядя на то, как дочь трогает их кончики – будто бы прикасается к чему-то таинственному и непонятному, Норико тоже принялась рвать лисохвост, собирая его в подобие букета.

В отдалении слышался шум сельскохозяйственного трактора. А ведь сегодня выходной. Для Норико же эта картина тоже давно стала привычной.

Айко шагала вперед – хоть и медленно, но не жалуясь, что устала. Наверное, их приучили подолгу ходить по улице в детском саду. Обычно они не гуляли с ней расслабленно, как сейчас, – Норико или неслась в сад, торопясь в последний момент забрать дочь, или по выходным они бегали с