Джули Чан мертва - Лианн Чжан

– Она казалась вам странной? Вы когда-нибудь ее подозревали?

– Я этого не замечал. Хотя, когда на острове появляются гости, я обычно радуюсь: мы редко видим новые лица. – Кит сочувственно качает головой. – Так что, возможно, я просто отвлекся.

– Вы упоминали, что секс-услуги были частью вашей работы на острове. Простите за вопрос, но зрителям наверняка интересно: вас когда-нибудь заставляли вступать в связь с Джули?

– Однажды я сам предложил свою помощь в качестве… средства для снятия стресса, но она отказалась.

– В самом деле? – Кит выглядит удивленным.

– Да. – Виктор опускает взгляд. – Впервые в жизни со мной обращались как с человеком, а не с игрушкой. – Он тяжело вздыхает. – В тот момент я понял, что все может быть иначе. Что есть люди, похожие на Джули, которые не станут использовать меня ради своей выгоды.

Эти слова мы с ним не репетировали. Это были его мысли и его чувства.

Я слушаю и чувствую, как меня гложет совесть.

Но тут Фиона вскрикивает:

– Мы в тренде на всех платформах!

– И комментарии положительные, – недоверчиво вторит ей Шеннон.

Сердце от волнения бьется все быстрее.

– Можно посмотреть?

Фиона протягивает мне телефон, и я листаю свежие твиты. Поток сочувствия. Виктор стал самой желанной «жертвой», на которую сейчас охотится интернет.

«Если он говорит правду, Джули ни в чем не виновата». Таких сообщений много, очень много, я даже сбиваюсь со счета. Хотя немалая часть звучит примерно так: «Виктор такой сексуальный! Джули – святая, раз устояла перед ним!!! Я готова воспользоваться его услугами хоть сегодня!!! Во все три дырки!»

Я листаю и листаю, впитывая эту волну одобрения. Оправдание разливается в груди, растекаясь теплом внутри.

Когда я наконец отрываюсь от телефона и снова смотрю на Виктора, он глядит прямо в камеру, с его губ готова сорваться следующая заученная фраза.

– Теперь, когда я узнал правду об острове, который когда-то считал своим домом, я чувствую, будто у меня выбили почву из-под ног. Но одно я знаю точно: Джули – моя освободительница. Она спасла нас всех.

66

После успеха интервью на Dateline у меня уже нет сил сдерживаться.

Когда все расходятся по домам, я достаю из тумбочки телефон, подключаю его к зарядке и включаю. Как только загорается заставка, на экран блокировки обрушивается поток уведомлений.

Сначала я открываю соцсети.

В «Инстаграме» профиль Хлои набрал ошеломляющие два миллиона новых подписчиков. Комментарии завалены эмодзи со змеями, но среди них неожиданно много слов поддержки. Некоторые из «Команды Хлои» даже переименовались в «Бриллианты Джули». Один из преданных подписчиков пишет:

«Я начал смотреть видео только после того, как Джули заняла ее место. Я всегда был именно ее фанатом. Если то, что сказал Виктор, правда, не думаю, что она сделала что-то плохое».

На «Ютубе» статистика просмотров взлетела. Люди пересматривают мои видео снова и снова, ставят таймкоды на моменты, которые кажутся им подозрительными. К сожалению, «Ютуб» исключил меня из партнерской программы из-за предъявленных обвинений, так что на этом всплеске просмотров я не заработала ни цента. В целом вовлеченность на всех платформах выросла более чем на пять тысяч процентов.

У меня даже появились фан-страницы.

И давайте уточним: это были мои фан-страницы.

То есть аккаунты, поддерживающие Джули Чан: монтажи со мной под трендовые звуки «ТикТока», обсуждения на «Реддите», пытающиеся оправдать мои действия, и откровенные посты, заполонившие «Инстаграм». Один пользователь выразился так:

«Я поддерживаю права женщин и их ошибки».

Люди меня обожают. А в некоторых темных уголках интернета мои действия и вовсе стали Вторым пришествием Христа после того, как я невольно подтвердила их теории о зловещем заговоре элиты. Шапочки из фольги не в моем стиле, но именно эти люди теперь самые ярые мои сторонники.

Волна поддержки просто ошеломляет и очаровывает. Причем большая ее часть появилась еще до выхода интервью на Dateline.

Шеннон постепенно делится со мной тем, что происходит в медиа. Например, некоторые дальние родственники Мельнибургов ведут против меня кампанию по дискредитации, чтобы изменить мнение общественности о деле: они продвигают теорию о том, что именно я убила Хлою. Боюсь, что Мельнибурги могут добиться своего: сильные мира сего всегда переписывают историю под себя.

Однако, хотя многие крупные СМИ поддерживают Мельнибургов или занимают нейтральную позицию (вероятно, потому что существуют на их деньги), никто не в силах контролировать действия любопытных независимых авторов.

Например, кто-то выпустил на «Ютубе» четырехсерийный документальный проект (уже тридцать миллионов просмотров, и цифры продолжают расти!) о Белладоннах и их токсичности. Автор провел детальное исследование истории Беллы Мари и раскрыл целый мир мучительной боли, раскопанный в результате кропотливой работы. Культы оказались лишь малой толикой в мрачной биографии Мельнибургов, если учитывать длинный список их предполагаемых преступлений, среди которых – поддержка диктаторов, участие в устранении демократически избранных лидеров развивающихся стран, причастность к экономическим кризисам, крупным налоговым махинациям, подозрительным смертям – политическим убийствам, – и это лишь вершина айсберга. Когда власть находится в руках влиятельного семейства на протяжении нескольких столетий, у его членов есть все возможности творить все, что им заблагорассудится. Этот документальный проект повлек за собой сотни других видео, обсуждающих судьбу Белладонн и вытаскивающих на свет их самые темные делишки. Некоторые интернет-сыщики пошли еще дальше: они проанализировали старые фотографии предков Мельнибургов, круг их общения, изучили статистику перелетов на остров. Выяснилось, что с Мельнибургами годами поддерживали связи политики, знаменитости и, конечно же, судьи Верховного суда.

Шеннон говорит, что администрация в панике пытается составить список судей, не связанных с Мельнибургами, – думаю, сделать это так же сложно, как и найти католических священников, которые в жизни не трогали мальчиков, – но я и не подозревала, что во многом это заслуга интернет-энтузиастов, у которых много свободного времени.

Благодаря им Белла Мари и Белладонны стали главными злодейками интернета, а я каким-то образом превратилась в бедную жертву. Я идеально вписалась в образ: сирота, тяжелое детство, погибшие родители.

К тому же выпуск Dateline, взорвавший соцсети, уже помогает больше, чем я могла представить. Всего через три часа после эфира по всем видеоплатформам разлетелись клипы, набравшие тысячи просмотров, тысячи комментариев. Одним интервью Виктор превратил меня в глазах публики из жертвы в освободительницу.

Кто-то даже создал петицию на Change.org о том, что я слишком красива, чтобы сидеть в тюрьме. Собрано уже полмиллиона подписей.

Когда я открываю почту, в папке «Входящие» высвечиваются сотни писем от сценаристов и продюсерских