Жена лейтенанта Коломбо - Татьяна Владимировна Москвина

Антонина Ивановна. Да! Я хочу! Почистите мне вечный зов!

Полина. Бабтя, ты что, тебе зачем?

Антонина Ивановна. Умная какая! Я же помню, какие запахи были, какие краски у того мира — где у меня звучал вечный зов. До войны до Отечественной!

Полина. Я тогда тоже хочу… что-то я в последнее время вообще в этом деле — без аппетита… Пашка ругается…

Лидия Леонидовна (инспекторам). А нужен ли в нашем быту основной инстинкт? И не опасно ли это для здоровья — вкручивать в живого человека секс эппил?

Агора (вздыхает). А куда его вкручивать — в мёртвого? Слушайте, пользуйтесь своими земными бонусами, пока не обнулили.

Рубина Гиреевна. Почистят Борису вечный зов, он нас тут всех и перетрахает. Включая Антонину Ивановну.

Антонину Ивановну такая перспектива, кажется, не пугает.

Агора. А вы, гражданин алкоголик, что думаете?

Борис Брусов (машет рукой). А, давайте. Я ничего не боюсь!

Рубина Гиреевна. Эх, чёрт вас всех побери, вштыривайте и мне секс эппил за компанию. Был один эппил, будет сразу два. Взорву я эту Канаду!!!

Агора. Так, граждане, строимся в ряд по возрасту… живенько, живенько… сами себя задерживаем, граждане… Воздуху в лёгкие набрали, задержали дыхание…

Выстраиваются по возрасту: Антонина Ивановна, Борис Брусов, Лидия Леонидовна, Рубина Гиреевна, Полина. Звучит глупая и жизнерадостная французская песенка. Агора и Фудзи шлёпают действующих лиц по разным местам, и те значительно преображаются, можно сказать — расцветают. Смотрят друг на друга с волнением.

Борис Брусов. Антонина Ивановна! (Целует ручку.) Вы прекрасно выглядите сегодня!

Антонина Ивановна. Я хочу есть!!! (Напевает.) Какой восторг! Какая чувств истома! (Поёт из «Снегурочки».) Люблю и таю…

Борис Брусов (смотрит на Лидию Леонидовну). Дорогая! (Напевает.) Ты моя мелодия, я твой преданный Орфей…

Лидия Леонидовна (напевает). Миленький ты мой… возьми меня с собой…

Борис Брусов (рассматривает Рубину Гиреевну). О! А это что за шамаханская царица?!

Рубина Гиреевна (кокетливо). Я — подруга… Я — Рубина… (Напевает.) Эх, раз, да ещё раз, ещё много-много-много раз…

Лидия Леонидовна (чувствует опасность). Эй, подруга, ты глаз-то на моего мужчину не закидывай!

Борис Брусов (напевает). Жить без любви, быть может, просто, но как на свете без любви прожить… Лидочка… Антонина Ивановна… Рубина… какие вы все стали!!! И Полина! Красавица!

Полина (напевает). Девочкой своею ты меня назови, а потом обними, а потом обмани…

Действующие лица застывают в позах усиленного интереса друг к другу.

Фудзи (Агоре). Надо смываться.

Агора. У них полностью сменился тип катастрофы.

Фудзи. Надолго?

Агора. Отдохнуть успеем… Потом опять кляузы пойдут… Эх, граждане терпилы, терпеть вам — не перетерпеть!

Пятый и последний дивертисмент

Исполняют Фудзи, Агора.

Есть один способ, не будем врать,

Как эту жизнь превратить нам в рай.

Надо учиться, надо любить,

Молиться, работать, поменьше пить!

Фудзи. Ой, одно и то же, одно и то же…

Агора. Откуда новое-то будет…

Способов есть тысяч сто пятьдесят,

Как эту жизнь превратить нам в ад.

Этого людям недоставало,

Мало им способов, мало. Мало!

Люди мечтают, люди скучают,

Новые способы изобретают.

Фудзи. Талантливые такие, канальи…

Агора. Да, способная сволочь…

Фудзи. Говорят, раньше ангелы, глядя на людей, потерявших образ Божий, плакали…

Агора. Может, раньше и плакали, а теперь плевать!

Фудзи. Толку-то плакать-то?

Агора. Мир идет, как задумано о нём.

(вместе)

Как мы ни бились, как ни старались —

Нету у пьесы у этой морали.

Как мы ни бились, как ни старались,

Нету. У пьесы. У этой. Морали!

Жена лейтенанта Коломбо

Комедия

Действующие лица

Кира Горина.

Элла Казанчук.

Лейтенант Коломбо.

Сцена первая

Элла (ухоженная женщина неопределённого возраста и совершенно определённого пола, с телефоном в руке). Кирка, старая дура! Куда ты подевалась, поганка! Третий день не отвечает. Уехать — куда уехать — никуда она не могла уехать. Чёртова Кирка! Как на пенсию вышла, совсем умом тронулась. Я считаю, пенсия — это ничего страшного… Если, конечно, есть ещё какие-то ресурсы… Кира, Кира, ты там живая? Придётся ехать. Где она окопалась-то — на Ленина или на Кирова? Вроде на Ленина она квартиру сдала. Вроде бы даже русским сдала. Без детей, с кошкой… И зачем кошка, если детей нет? Господи, а вдруг Кирка реально… того… что делать? Сантранспорт вызывать, в психушку? А я причём? Пусть дочка Киркина командует, задницу из своей Италии поднимет и к матери… Завели, понимаешь, такую моду — живых матерей на родине оставлять… Поеду. А то совесть загрызёт, если там на Кирова что-то с Киркой… Есть же теперь такие клиники, где людям совесть вырезают, точно есть, очередь стоит — только я адреса не знаю, вот и мучаюсь всю жизнь!!!

Сцена вторая

Мы переносимся в квартиру Киры, в захламлённую комнату, где есть книги и большой телевизор. Хозяйка явно не бедна, но, как говорится, «забила» на чистоту и порядок. В данный момент времени Кира неотрывно смотрит на экран, где идёт сериал о лейтенанте Коломбо из полиции Лос-Анджелеса.

Звонок в дверь. Настойчиво и нервно встречи с Кирой добивается Элла.

Кира неохотно открывает дверь подруге.

Элла. Ты что вообще, ты нормальная? Я звоню-звоню! Ты чего тут, а?

Кира молча возвращается на место и продолжает смотреть сериал о лейтенанте Коломбо.

Элла. Кира, я с тобой разговариваю!

Кира (загадочно улыбаясь). Да-да.

Элла. Ты в порядке?

Кира. Что ты говоришь?

Элла. У тебя чашки повсюду, ты что, чай прямо в чашке завариваешь? Фу, пылища, грязища… Где пылесос? Ты когда последний раз… Кирка, видак поставь на паузу, не слышно ни черта!

Кира ставит на паузу таким образом, что на экране останавливается изображение лейтенанта Коломбо.

Кира (с неудовольствием). Так, и что?

Элла (вкрадчиво). Кира, ты не отвечаешь на мои звонки уже три дня, и я приехала посмотреть, ты живая или как.

Кира. Посмотрела? (Смеётся.) Он сейчас откроет шкаф вместо двери, сделает вид, что перепутал и рукой помашет вот так смешно, будто он идиот. А он совсем не идиот! Он сразу понимает, кто убийца. Моментально! Он их чувствует, как собака. Он знает, что убийца всегда поначалу наглый