Подарок для шейха. Жестокая сказка - Анастасия Сова

Он делает это так ловко, будто совсем не устал. Сильный, выносливый. Красивый…

Вспоминаю, что Амин отдал мне воду и бережет ее остатки для меня.

Горячий, колючий груз тяжелеет на моих ногах, животе, груди.

Скоро мы оказываемся почти полностью скрытыми под песком. Остаются, наверное, только глаза.

Рев мотора становится оглушительным. Он близко.

Из-за бархана вдруг показывается открытый внедорожник с двумя вооруженными людьми.

Полагаю, что мы будем просто прятаться здесь, Амин вдруг совершает невероятное.

Он резко вскакивает, как демон, рожденный из самого песка, и с силой, которую я бы никогда не заподозрила в уставшем человеке, швыряет свою металлическую флягу.

Она летит по идеальной траектории и со звонким стуком бьет водителя прямо в висок. Тот заваливается на бок, машину, потерявшую управление, резко заносит в сторону. Ее начинает швырять по песку.

Второй мужчина, пассажир, не успевает сориентироваться. Амин уже рядом, как раз в тот момент, когда машина останавливается. Мгновение — и короткий, точный удар рукой по шее заставляет его отключиться.

Вот так, Все кончено за несколько секунд.

Амин подбегает ко мне, откапывает и почти волоком тащит к отжатому у врагов внедорожнику. Он находит в салоне несколько пластиковых бутылок с водой. Он вскрывает одну и сует мне в руки.

— Пей. Только медленно.

Но я не могу медленно. У меня не получается.

Я пью, задыхаясь, проливая драгоценную влагу на шею и грудь. Вода кажется нектаром богов.

Пью до тех пор, пока бутылка не становится пустой, и тут же протягиваю руку за следующей.

Теперь я понимаю, что чувствуют зависимые люди, готовые убить ради того, что им нужно.

Амин не останавливает меня, а сам, отойдя на несколько шагов, опускается на одно колено, тяжело дыша, и только теперь, скрывшись от моих глаз, делает несколько глотков из другой бутылки.

Даже сейчас, почти победив, он позволяет себе показать слабость только в одиночестве.

— Можешь встать? — спрашивает Амин. Его голос хриплый, но все равно остается твердым.

Я пытаюсь подняться, но ноги, ватные от усталости и пережитого ужаса, подкашиваются. Снова оседаю на песок, беспомощно качая головой.

Амин молча подходит ко мне, наклоняется и, схватив за поясок моего платья, одним движением ставит меня на ноги, придерживая за локоть, пока я ищу собственную точку опоры.

— Смотри, — указывает рукой в сторону, туда, где над линией горизонта уже собираются багровые сумерки. — Видишь темную полосу? Это каменистое плато. Там есть укрытие. Пещеры. Нам необходимо добраться до них. Держись пока за машину.

Сам Амин оттаскивает тела мужчин в сторону от машины. Его движения резкие и уверенные. Ощущение, будто он бывал в таких ситуациях сотни раз. Словно это не великий Правитель арабского государства, за которого все делают слуги, а обычный человек, привыкший справляться с тяготами.

Шейх обыскивает врагов, забирает оружие, патроны, еще несколько бутылок с водой, которые засовывает в рюкзак, найденный в салоне.

А я не свожу с него глаз, понимая, что действует он как идеальный механизм, созданный для войны и смерти.

Но мне не страшно. Нутром ощущаю, что Амин не несет опасности для меня, хотя мы оказались в этой пустыне по моей вине. Потому, что хотела сбежать и в итоге доверилась Надире.

Закончив обыск, Амин подходит ко мне и протягивает маленький нож в кожаных ножнах.

— Держи. На всякий случай.

Я смотрю на нож, потом на него. Неужели, шейх не боится, что зарежу его при первой же возможности?

Дрожащей рукой все же забираю себе ножик.

— А машина? — тихо спрашиваю.

— Это мишень. Слишком заметная. Пойдем пешком.

Он плескает остатки воды из одной из бутылок на тряпку и подает мне.

— Протри лицо. И все открытые участки кожи.

Я механически выполняю приказ. Прохладная влага на коже кажется божественной. Он смотрит на меня, оценивая, и кивает.

— Теперь пойдем.

И мы снова идем.

Теперь не по сыпучему песку, а по твердой, каменистой почве, но мне все равно не легче.

Но я молчу, стиснув зубы. Мысли путаются.

Я почему-то сейчас думаю о его пальцах, что всего некоторое время назад владели моим телом с такой унизительной властью.

Думаю о том, как он, изможденный, отдал мне воду. Думаю о его спокойной жестокости, с которой он обезвредил двоих вооруженных мужчин. Кто он? Монстр? Спаситель? И то, и другое?

Глава 24

Аня

Пещера оказывается неглубокой расщелиной в скале, больше похожей на каменный карман, выдолбленный ветром за тысячи лет.

Но сейчас и это кажется мне величайшим спасением. От солнца, от жара песка. От невыносимости раскаленного воздуха.

Амин вталкивает меня внутрь первой, а сам еще какое-то время стоит на входе, всматриваясь куда-то в горизонт.

Вслушиваюсь. Слышу рев мотора. Ни одного — нескольких. Они пока еще далеко, но все равно отчетливо слышны. Вот только нельзя точно уловить с какой стороны ждать этой опасности.

— Они близко, — шепчу я, даже не соображая, что произношу свои опасения вслух.

Сердце снова колотится на пределе своих возможностей.

— Близко, но недолго, — отвечает Амин, не оборачиваясь ко мне.

Его голос спокоен. Никакого волнения или страха.

Наверное, все воспринимается иначе, когда ты растешь среди песков. Наверное, все по-другому, когда ты — единоличный правитель целого государства.

— Смотри, — Амин указывает рукой на одну из сторон света.

Я подхожу ближе и останавливаюсь рядом с ним.

В том месте, откуда мы пришли, больше нет светлого, ясного неба. На горизонте маячит что-то плотное, рыжее, и это что-то явно надвигается на нас.

И в этом устрашающем сгустке медленно опускается жарящее дневное солнце.

— Песчаная буря, — поясняет Амин. — Серьезная. Через десять минут здесь нельзя будет дышать. Им придется убраться в укрытие.

— Они тоже придут сюда? — испуганно спрашиваю, но делаю это сначала на русском, потому что все мысли путаются, а потом уже повторяю специально для Амина на языке, который доступен нам обоим.

— Нет. Найдут место получше. Эти черти хорошо знают пустыню.

Он наконец шагает внутрь пещеры. Пространство тут же становится тесным. От него пахнет горячим песком, силой, и чем-то неуловимо-мужским, опасным.

Амин сбрасывает с плеч рюкзак, и звук упавшего на камень тяжелого трофея эхом отозвался в моей душе.

Я медленно сползаю по песчаной стене на пол, поджав под себя ноги. Грязные и уставшие. И, кажется, вопрос, который жжет меня изнутри все эти часы, вырывается сам:

— Кто они? Эти люди… Почему они взяли меня? И почему идут против тебя? Ты же… ты правитель. Тебя все боятся.

Амин ничего не отвечает, стоя ко мне