Кольцо для «Чародея» - Вячеслав Михайлович Козырев

себя по лбу Санька. – И как я сразу не догадался. Мужичок-боровичок, он же Лесовик, он же Дедок. Вредный дед, который незадачливых путников по лесу водит, голову им морочит, а они в самые дебри попадают и бесследно исчезают.

– Чур меня, чур меня! – всполошился Леший. – Кто тебе этих глупостей понарассказывал?

– Никакие не глупости. Все вы тут одного поля ягоды – что ты, что Яга. Кто мне голову морочил, по лесу гонял? Иван Сусанин?

– Дык, как сказать. Гляжу – идешь. Бубнишь чего-то. Руками машешь. Странно. Дай, думаю, посмотрю, что за человек.

– Посмотрел?

– Посмотрел. Ты не злой.

– В честь чего я злиться должен?

– Народ нынче нервный пошел. Раньше-то люди намного добрее были, а сейчас – как сглазили. Только о себе думают. Ещё совсем недавно дверь в избу палкой подпирали и всё, чужой не войдёт. Теперича замков понаставили, друг от дружки таятся. Да и вообще, что-то странное, мрачное стало вокруг твориться. Каждый только о своей выгоде думает. Чуть что не по нраву – в драку лезет. «Мой лес! – кричит. – Я первый сюда зашел!». Ты сам посуди, как может лес быть чьим-то? Природа – она и до нас была и после нас будет. Если, конечно, к ней бережно относиться. Вот и приходится за порядком следить. Чтобы понапрасну деревьев не ломали, не мусорили, почем зря зверей не губили. Вот ты говоришь, путников в лесную чащу на погибель завлекаем. А мы ведь только плохим людям стежки-дорожки путаем, да и то только затем, чтобы они сюда, в лес, не ходили. Однако нас почему-то нечистой силой обозвали и теперь нами малых деток пугают.

Леший на минуту замолчал, задумчиво глядя перед собой, затем удрученно покачал головой и снова повернулся к Саньке.

– А ты чего в лесу потерял?

– На Дальнее болото послали и приказали принести цветок волшебный. То ли царь занедужил, то ли ещё чего, я так толком и не понял, но советник сказал, что это единственное средство.

– Советник, говоришь? – нахмурился Леший. – Ну, этот если куда пошлет, оттуда редко кто живым возвращается. Неспроста это. Он же сам последний цветок прошлым летом сорвал. Не иначе голову тебе морочит. Вот, возьми клубок. Он покатится, а ты иди за ним, прямо к дому и выйдешь. А царю передай: пусто на болоте, пусть домашними средствами лечится.

Клубок бойко катился по земле, продирался сквозь кусты, подскакивал на кочках, не давая возможности ни на минуту сбавить скорость. Наконец лес закончился, показался город. Клубок исчез. Взмыленный от этой беготни Санька решил немного передохнуть.

Он уселся под берёзой, прислонился спиной к дереву и закрыл глаза. Легкий ветерок приятно шевелил волосы, расслабленное тело наслаждалось покоем, тревоги и страхи потихоньку ушли, уступив место благодушному настроению.

«Интересно, где сейчас Василиса? – подумал он. – Встретиться бы. Поговорить».

До сих пор он считал, что принцессы и прочие царские дочки – взбалмошные и капризные создания. Василиса же оказалась совершенно другой, вполне нормальной девчонкой.

Розовые мечтания прервал звучный удар по затылку. Санька съёжился. Никак новая напасть? Он быстро огляделся. Вокруг никого, а вот наверху послышалось шуршание. Он поднял голову. На ветке, поблескивая бусинками глаз, сидела белочка. В лапах она держала большую еловую шишку, точно такая же валялась на земле. Вот кто, оказывается, дерётся. Маленькая хулиганка поняла, что её заметили, выпустила шишку и весело пискнула. Санька, не удержавшись, показал ей язык. Белочка изумлённо замерла, фыркнула и спрыгнула на землю. Теперь пришел черёд удивляться парнишке: перед ним стояла Василиса.

– Я так и думала, что ты меня узнаешь, – улыбнулась царевна.

Санька растерялся. Всего пару минут назад он мечтал с ней поговорить, проявляя незаурядный интеллект, тонкий юмор и умопомрачительную галантность. И вот теперь, когда представилась такая возможность, все заранее приготовленные замечательные слова разом покинули его бедную голову. Он сидел пень пнем и тихо краснел.

Василиса решила, что на неё обиделись из-за шишки.

– Я не хотела, так получилось. Меня Леший научил: можно сидеть у себя во дворце, а яблоки срывать в соседнем саду. Я на шишках тренируюсь. Но пока плохо получается. Вот шишка и не долетела. Только ты никому не рассказывай. Отец наших волшебников не любит, если узнает, рассердится.

– Как скажешь.

– Я ещё учусь волшебству и пока мало чего умею, – призналась она. – Вот моя мама, рассказывают, была настоящей ведуньей, дружила с лесными берегинями и духами. Она умерла, когда я была совсем маленькой. Говорят, навели порчу. И никак не узнать, кто это сделал. Все попытки натыкаются на странную темную силу. Даже оставшееся от мамы волшебное зеркало треснуло, пришлось новое искать. Но я обязательно выясню, кто её погубил.

Санька смотрел на неё, разинув рот. Красавица, да ещё и колдунья.

– Ну, мне пора, – улыбнулась Василиса, превратилась снова в белочку и исчезла в лесу.

– Погоди, – дёрнулся Санька.

Но её уже и след простыл.

– Вот и поговорили, – вздохнул он и направился к городским воротам.

– Колдун он, царь-батюшка. Самый что ни на есть колдун, раз в болоте не утоп, – нашёптывал Берендею на ухо Хряк, глядя на стоявшего перед троном Саньку. – Да и с оборотнями простой человек без колдовства справиться не может. Не извести нам его. Лучше голову отрубить. Верное дело.

– Помолчи, – шикнул на советника Берендей и повернулся к парнишке – Пока свободен. Я устал, завтра поговорим.

Едва Санька скрылся за дверью, он соскочил с трона, нервно пробежался несколько раз из угла в угол и остановился напротив советника.

– Не могу я так просто взять и позвать палача, – сердито буркнул царь, нервно теребя бородку. – Раз воевода, а главное Василиса, опутаны злыми чарами, неизвестно, что они сделают, увидев Саньку на плахе. Надо другую хитрость придумать.

– А давай отправим к Водяному, – зловеще ухмыльнулся Хряк. – У него уже не один молодец сгинул, глядишь и этот в заколдованном омуте навеки останется. Только чтобы ни воевода, ни твоя дочка не прознали, а то опять сорвётся.

Новые испытания

Пушистый солнечный зайчик осторожно вскарабкался на подоконник, задержался на мгновение и тихонько по одеялу и подушке перебрался на лицо спящего человека.

Санька продрал глаза и с хрустом потянулся. Он сполз с лежанки и распахнул окошко. Комната наполнилась весёлым щебетом птиц. Яркое солнышко уже поднялось над вершинами деревьев. День обещал быть чудесным. Скоро встреча с Берендеем и, наконец-то, можно узнать, что за Зло угрожает царству. После встреч с Привидением, Бабой Ягой, Лешим, а тем более с самим Кащеем, предстоящая работёнка не казалась такой уж трудной. К тому же у него есть волшебное кольцо, и сегодня встреча должна пройти как по маслу.

Санька вышел в сени, сполоснул лицо холодной водой из кадки и вернулся в комнату. Теперь завтрак, и можно отправляться во дворец.

Неожиданно ожил пояс. Он медленно приподнялся над лавкой, на мгновение неподвижно завис, словно раздумывая, куда податься, а затем плавно поплыл в воздухе.

От удивления Санька вытаращил глаза.

«Что за чертовщина? Кто это вздумал здесь колдовать? Я тут, понимаешь, у самого Берендея на службе состою, по лесам да во дворце по углам нечисть гоняю, а она у меня дома завелась. Я этого кудесника сейчас в мелкий порошок разотру. Я его в бараний рог скручу. Да я ему… да я…»

И тут парнишка похолодел. Раз колдует, значит, не боится, какое-то жутко заковыристое волшебство в запасе имеет. А если это Зло прознало, что его извести хотят и решило первым напасть? Вот возьмёт сейчас ремешок и вокруг горла обмотается.

Не отрывая взгляда от свихнувшегося предмета одежды, парнишка пошарил вокруг себя, нащупывая меч. Под руки попалась кочерга. Всё лучше, чем ничего. Зажав железяку в руке, Санька потихоньку, на цыпочках, пошёл вслед за поясом, который неторопливо плыл вдоль стены. Дело ясное – наводили порчу. Сначала очертят круг, потом гром, молния, заклинания всякие на стене проявятся и всё, готовьте тапочки – погиб в расцвете лет.