Налог на Смерть - Эндрю Гивлер

знал, что есть смертные, которые хотят сделать людей бессмертными?"- мягко спросил Смерть. Сердце мое затрепетало. Да, да, я знал об этом. "Они хотят жить вечно, не понимая, что тем самым разрушат все".

"По ту сторону Завесы недостаточно душ, чтобы поддерживать ее работу? Ее уничтожит?" Я скептически оглядел грузовики под нами.

"Нет, это не так. Я подозреваю, что какое-то время все будет работать. Но, как обнаружил Хаббл, реальность постоянно расширяется. Нужно бесконечное количество душ, чтобы поддерживать бесконечно растущее существование".

"Значит, если бы все перестали умирать..."

"Тогда, в конце концов, мы были бы поглощены, поскольку Реальность стала бы слишком большой, чтобы ее можно было поддерживать, и рухнула бы сама по себе". Я не эксперт, но мне показалось, что объяснение Смерти не лишено смысла, если исходить из того, что я наблюдал. Я бывал в местах, которые не успевали за темпами роста и погружались во тьму. Мне стало интересно, знает ли Лазарь, к какому будущему стремится, или он просто еще один глупый смертный, который возится с вещами, которых не понимает, Икар без крыльев.

"Что ж, думаю, я внесу свою лепту", - усмехнулся я, чувствуя себя более чем неуютно. "Учитывая, что я мертв и все такое".

"Молодец", - тепло согласился Смерть, словно гордый родитель.

"А как насчет возвращения другим путем?"- спросил я.

"Это должно быть одобрено Советом Смерти, который ты имел удовольствие наблюдать в действии". Его карие глаза были прикованы к лежащим внизу душам, но в голосе послышались иронические нотки.

"Не могу представить, чтобы они когда-нибудь пришли к единому мнению", - признал я. "Когда это было в последний раз?" В моей груди росло предчувствие, и оно мне ни капельки не нравилось.

"Прошло уже довольно много времени". Смерть пожал плечами. "Если мы позволим людям возвращаться ни с того ни с сего, то это будет противоречить здравому смыслу". Я сдержал желание поморщиться. Похоже, Мрачный Жнец был не только почтальоном, но и тюремным надзирателем.

"Значит, за последние несколько лет никого?"- настаивал я, надеясь, что мои слова не звучат слишком отчаянно. Я точно знал, что недавно кое-кто вернулся. Это была главная причина, по которой я вообще оказался здесь, прикидываясь мертвым. Но если Совет Смерти не одобрил отправку Меган назад... как она туда попала?

"Нет, прошли столетия", - уточнил он, прежде чем повернуться ко мне, его глаза слегка прищурились. "А что, ты знаешь кого-то, кто вернулся к жизни?"

"Не лично", - солгал я, мое призрачное сердце по привычке забилось сильнее. "Мне казалось, что я видел что-то об этом в новостях или что-то в этом роде".

"Никаких воскрешений при твоей жизни". Кейн похлопал меня по плечу. "Или в ближайшее время, если я попробую угадать". О, он думал, что я беспокоюсь о себе. В этом был смысл. Я беспокоился о себе. Но не в том смысле, в котором он предполагал. Я не был мертв на самом деле. Поэтому, когда я взорву этот киоск с фруктовым мороженым и вернусь в старое доброе Время и Пространство, это будет не воскрешение, а просто возвращение.

"Что произойдет, если чья-то душа не будет полностью помещена в одну из сфер?"- спросил я, делая вид, что мне очень любопытен весь этот процесс. Наверное, так оно и было. Кто бы не хотел узнать, как работает КОНЕЦ?

"Что ты имеешь в виду?"- спросил Смерть в замешательстве.

"Ну, я не знаю, можно ли, например, вылить ее или разделить на два разных контейнера?"

"Зачем тебе это нужно?" Он выглядел искренне озадаченным моим вопросом. "Ад предложил нечто подобное много веков назад, но это потому, что они надеялись начать претендовать на доли душ; никто больше не согласился на это".

"Конечно, согласились", - пробормотал я. "Кстати, о Совете Смерти, что там с парнем с фиолетовыми глазами? Тем, что пониже ростом? Похоже, он действительно был неравнодушен ко мне".

"А, Плутон". Смерть кивнул. "Он так и не простил смертным, что те забыли о нем".

"Блин, если он расстроен из-за этого, то никогда не смирится с тем, что они сделали с его планетой", - размышлял я.

"Что-то случилось с его планетой?" Я мог ошибаться, но мне показалось, что на губах Кейна мелькнул намек на улыбку. Возможно, я был не единственным, чьи нервы потрепал этот коротышка.

"Они решили, что это больше не планета", - сказал я ему, сопротивляясь желанию ухмыльнуться. Думаю, сплетни пересекают Завесу медленно. Не каждый день удается поделиться сочными новостями о надоедливом боге. "Та оказалась слишком мала".

Смерть откинул голову и разразился долгим восхищенным смехом. Флуоресцентные лампы на потолке вспыхнули ярче, и несколько Жнецов в черном одеянии, находившихся этажом ниже, в тревоге посмотрели на окно.

"О, мне не терпится использовать это", - хихикнул Кейн, пробормотав под нос "слишком мала".

"Сир, - снова перебила Атти. "Если вы настаиваете на том, чтобы самому вести эту экскурсию, может быть, вы, по крайней мере, согласитесь продолжить ее?"

"Очень хорошо", - ответил он со вздохом. "Ты победила, Атти. Больше никаких развлечений".

Кейн вывел меня с последнего этажа обработки душ и повел нашу маленькую троицу вглубь офисов "Корпорации Смерти". Мы миновали ряды кабинок, в которых сидели за столами или собирались небольшими группами Жнецы в черном. Мимо нас прошел уборщик в оранжево-черном комбинезоне цвета тыквы, толкая перед собой тележку с метлой и шваброй. Он вежливо кивнул Смерти, который ответил ему тем же жестом.

Все это казалось таким обычным.

В конце концов мы добрались до стены, в которой располагались кабинеты руководителей. В конце находилась большая дверь с окнами из тонированного стекла по обе стороны от нее. Проход к ней преграждал стол секретаря, и по его идеальной организации я понял, что там сидит Атти.

На белой стене висела табличка: СМЕРТЬ. Кейн проскочил внутрь, и мы последовали за ним. Все в комнате было черным и серым. Его огромный стол был из темного дерева, а спереди на меня смотрел сверкающий череп, выкованный из черного железа. На одной из книжных полок лежали две очень старые косы и камень, испачканный какой-то темной субстанцией. Позади него, таясь в окнах по обе стороны от кресла, была Ничто, вечная, пустая чернота, которая существовала только для того, чтобы поглощать Реальность.

Смерть сел и уставился на меня в обрамлении вечного голода, все следы хорошего настроения исчезли, сменившись суровостью. Он жестом пригласил меня сесть в одно из двух кресел из черной кожи и металла, стоявших напротив его