Дом Фрэнка - Кей Синклер

Я провожу пальцами по ее руке вверх.

А потом Оли заходится хохотом.

Громко и от души. Согнувшись пополам и схватившись за живот. И запихивает палочку обратно в сапог.

– Ты что, действительно думала, что со мной такое прокатит?

– Верни мою палочку, – требую я, чувствуя, как горят уши и шея.

Оли насмешливо скалится, смерив меня взглядом сверху вниз.

– Да разрази меня гром, Сэйка, что ты еще придумаешь, чтобы ее отобрать?

Я набрасываюсь на нее, мы вместе падаем в траву и некоторое время барахтаемся на земле, пока я пытаюсь дотянуться до ее сапога. И в тот момент, когда мои пальцы уже нащупали кончик палочки, Оли ловит меня за запястье и крепко прижимает к земле, и наваливается сверху, по-прежнему хохоча.

В пылу борьбы ее лицо оказывается пугающе близко.

– Тебе стоит поучиться добиваться желаемого, Сэйка. А это было… просто чудовищно.

– Оливия… – зову я шепотом, и она смотрит в мои распахнутые глаза. – Прекрати, пожалуйста.

– Прости, Сэйка, – она тут же слезает с меня. – Я хватила лишнего… – она умолкает, заметив, чем я показательно машу у нее перед носом.

Отобранной палочкой.

Оли шарит в сапоге и широко улыбается:

– Ах ты засранка…

– А что не так? – я поднимаю бровь. – Или мне все еще надо поучиться добиваться желаемого?..

– Это был коварный ход, – Оли протягивает мне руку, чтобы помочь встать.

– Как будто ты оставила мне какой-то выбор… – усмехаюсь я, и кладу ей на ладонь палочку. – Держи. Я хочу кое-что попробовать.

– Ты уверена?

– Я все равно не могу ею больше пользоваться, – я выразительно поднимаю опустевший медальон. – Но мне надо проверить кое-какие заклинания. Попробуем?

Мы задерживаемся в саду еще на какое-то время, вокруг порхают светлячки. Я объясняю Оли, какие слова предназначены для восстановления сада. Она взмахивает палочкой и слово в слово произносит составленное мной заклятье, но, честно говоря, Фи, с ним выходит некоторая проблема.

В смысле, ничего не получается. Оливия сотворяет небольшой сгусток пламени на ладони, чтобы был хоть какой-то свет, и я перечитываю все заклинания, записанные в течение прошедших дней. Понятия не имею, почему они не работают.

– Может, во мне дело? – предполагает Оли. – Я лишь наполовину ведьма, так что, вероятно, мне попросту не хватает силы.

Я сердито поднимаю глаза.

– Ты – одна из самых могущественных ведьм, которых я знаю. Дело не в тебе. Это с ними что-то не так.

– Значит, по-твоему, я могущественная? – переспрашивает она, лукаво усмехаясь.

– Я тебя умоляю, это единственное, что ты услышала? – я морщу нос и снова принимаюсь изучать записи.

– Сэйка, – голос Оли заставляет меня отвлечься еще раз. – Спасибо тебе за то, что ты делаешь. Видно, что изо всех сил стараешься помочь Ясеневым садам, и это очень ценно, – она неловко трет загривок. – Для меня.

– У меня бы ничего не вышло без тебя. Своей силы у меня нет, так что твоя помощь необходима, – я улыбаюсь.

– А Фрэнк по-прежнему ничего не знает? – Оли оглядывается на дом.

– Нет, я еще не сказала ему. Духу не хватает.

– Он выглядит пугающим. Но поймет тебя. Так что как по мне – стоит ему рассказать.

– Оли? Сэйка?

Оливия запускает огонек к дендрарию. Из арки показывается Фрэнк, запахивая кардиган.

– Фрэнк? Ты что там делаешь? – спрашивает Оли, но тот как будто не замечает ее и смотрит прямо на меня:

– Ты работаешь над заклинаниями? Ты должна была сидеть у Игнация.

– Этот эльф буквально-таки вышвырнул меня из комнаты. Но это не страшно, – я показываю Фрэнку исписанные листы. – Мне нужно отыскать способ заставить их работать. А я не могу сделать это одна.

– Я не рассчитывал впутывать в это дело кого-то еще. Почему ты сама не можешь проверить заклинания на работоспособность?

Я оглядываюсь на Оли, и та кивает.

– Фрэнк, – сознаюсь я со вздохом, – у меня больше нет колдовской силы.

Тот моргает, переводя недоуменный взгляд с меня на Оливию и обратно.

– Что это значит?

– Это значит, что без источника силы я не могу накладывать заклятия. Вот почему мне нужна помощь Оли, чтобы проверить их.

– Почему ты мне раньше не сказала? – спрашивает он и болезненно морщится, хватаясь за голову. – Ладно, поговорим об этом позже. Мне нужно прилечь.

– Фрэнк, – Оли делает шаг вперед, запуская огонек повыше, чтобы взглянуть ему в морду. – Чем ты занимался там, в дендрарии? Уже поздно ведь.

Тот наконец-то смотрит на Оли.

– Навещал Кайю. Она… она захотела меня увидеть. – Он снова запахивает кардиган поплотнее. – Извините за сумбур. День сегодня был тяжелый. Увидимся утром.

С этими словами он уходит и скрывается в доме.

Оли направляет огонек в мою сторону:

– Что за чертовщина только что творилась, а?

Я моргаю, недоуменно глядя на нее в ответ. Наконец-то решившись рассказать Фрэнку о потерянной силе, я и надеяться не могла, что все пройдет так гладко, но, боюсь, сейчас моя магия – последнее, о чем стоит переживать. Фрэнк сам не свой… если только недостающие кусочки этой мозаики не найдутся у Оливии?

– Ты видела, как он на меня смотрел?.. – трет она лоб. – Будто я – пустое место…

– Оли, – окликаю я ее, заставляя сосредоточиться, – а Кайя не вела себя странно перед смертью? Мне сказали, что она была сама не своя…

– Это кто тебе такое наболтал? Нет, с ней все было в полном порядке. Просто в один день, условно говоря, она была жива, а на следующий… ее не стало.

– А вы с ней были близки?

– Не особо. Я познакомилась с Кайей за несколько месяцев до ее смерти. Единственный, кто ее действительно хорошо знал, – это Фрэнк, и еще, пожалуй… Фил. С ним они вообще были не разлей вода – мне поначалу казалось, что она разговаривает сама с собой, но потом выяснилось, что с ней рядом – призрак.

Фил. Он наверняка знает о Кайе достаточно. Как бы теперь отыскать способ с ним пообщаться…

– Так, что там у тебя в голове творится? – спрашивает Оли.

– Я тоже беспокоюсь о Фрэнке. И у меня, кажется, есть основания полагать, что его состояние как-то связано с Кайей.

– Он сказал, что Кайя хотела его увидеть, – огонек Оливии плывет в сторону дендрария. – Возможно, она ему примерещилась. Нечто подобное с ним творилось после ее смерти.

– В этом он не одинок, – пожимаю плечами я, тяжело вздохнув. – После того, как умерла моя сестра, я еще несколько месяцев слышала ее голос.

– Ладно, а для Фрэнка-то мы что можем сделать?

Я оглядываюсь на сарай, в очередной раз вспоминая нашу перепалку насчет Вельзибел. Фрэнку сложно кого-нибудь отпустить. Пожалуй, стоит ему в этом помочь.