Долг Сна - Эндрю Гивлер

«Поверь мне, дальше лучше не станет», — подал голос Алекс.

Я наградил своего друга взглядом, который заглавными буквами кричал: «НЕ ПОМОГАЕШЬ». Тот лишь пожал плечами. Он и сам это прекрасно знал.

«Нет, Мэтью, мы никогда прежде не встречались». Мужчина откинулся на спинку кресла и принялся лениво постучать кнопкой ручки по поверхности стола, не сводя с меня изучающего взгляда. «Но я более чем подробно знаком с твоими… подвигами».

«Ладно, хорошо, я не знаю, что именно вы слышали…» — начал я, чувствуя, как окончательно теряю равновесие. Эта ситуация почему-то выбивала меня из колеи куда сильнее, чем когда Рагуил с ходу назвала мое имя. Кажется, мне категорически не нравится быть узнаваемым. Я хоть и вырос в Лос-Анджелесе, но к славе никогда не стремился. Я слишком близко и слишком часто видел цену, которую за нее платят.

«Как я уже сказал, я более чем знаком», — плавно перебил он меня. «Мне не интересно, почему ты совершаешь эти подвиги. У меня к тебе только один вопрос: что ты здесь делаешь?» Его голос стал жестче, и он пригвоздил меня к месту своим острым, пронзительным взглядом.

Я явно что-то упускал.

Скорее всего, даже очень многое. Я никогда не славился ни своей эффективностью, ни точностью — исключительно своим непрошибаемым упрямством. Мужчина щелкнул ручкой еще с полдюжины раз, ожидая моего ответа. Это был своего рода жест-индикатор. Человек, который заправлял этой Землей Тьмы, явно нервничал из-за нашего присутствия. Но почему? Во мне было полно черт, которые могли не нравиться. Технически я состоял в распущенной Охоте. Был Жнецом. Но что, пожалуй, важнее всего — я являлся врагом Ада, а по его рынку как раз разгуливал как минимум один демон. Я прищурился, пристально изучая его и пытаясь угадать, к какой именно из моих многочисленных проблемных зон он имеет отношение.

Меня по-прежнему не покидало ощущение, что от меня ускользает какая-то важная деталь. Мне позарез требовалось больше информации, а выудить ее я мог только одним способом — разговорить его. К счастью, это, пожалуй, единственное, что у меня всегда получалось на отлично.

«Прошу прощения», — сказал я, прижав ладонь к груди в притворно-скромном извинении. «Мы, кажется, начали не с той ноты. Вы уже знаете, что я Мэтт. А это Алекс — на случай, если вы еще не до конца изучили мое досье».

Холодные голубые глаза мужчины на долю секунды метнулись к моему другу, но он ничего не сказал. Сквозь линзы очков в роговой оправе было трудно прочесть выражение его взгляда.

«Обычно на этом моменте люди называют свои имена, после чего мы все знакомимся и можем нормально общаться», — подсказал я после затянувшейся неуютной паузы.

«Можете называть меня Смотрителем. Я основатель этого рынка», — произнес он наконец, так и не пошевелившись в своем кресле. Его ручка щелкнула еще несколько раз — явный признак скрытого раздражения. Мое чувство неловкости только усилилось. Может, я все-таки встречал этого человека раньше? Я отчаянно зашевелил извилинами, пытаясь вспомнить этот момент. Но ускользающие мысли — они как бродячие кошки: чем усерднее ты за ними гонишься, тем быстрее они убегают.

«Ладно, мистер Смотритель, очень приятно познакомиться». Я упрямо попер вперед, нацепив на лицо фальшивую улыбку. Разговор напоминал попытку вырвать клык у вампира: чертовски болезненный процесс, при котором сложно самому остаться не покусанным. «Значит ли это, что вы отвечаете за всю эту… территорию?» Я сделал широкий, всеобъемлющий жест рукой.

«Именно так».

«Что ж, мы здесь впервые, но место очаровательное. Обожаю хорошие распродажи. Можете у Алекса спросить. Мы постоянно ходим по блошиным рынкам. Буквально каждую субботу утром я стучусь к нему в дверь — мы, к слову, соседи по комнате — так вот, стучусь я и говорю: «Погнали на Мелроуз!». Он, конечно, ворчит, но мы все равно идем. Так что вы можете себе представить, в каком я был восторге, когда узнал про существование такого места».

По мере того, как Смотритель слушал меня, выражение его лица становилось все более мрачным, словно он был быком, а каждое мое слово — покачивающейся перед носом красной тряпкой. Ручка щелкнула еще пару раз. Я подавил искушение улыбнуться, глядя на его раздражение.

«Что. Вы. Здесь. Делаете?» — медленно повторил он свой вопрос, и в его тоне прорезалась опасная, стальная жесткость, которой прежде не было.

«Я не совсем понимаю суть вопроса». Я состроил Алексу подчеркнуто недоуменную мину. «А зачем люди вообще приходят на рынок? Чтобы обменивать валюту на товары и услуги посредством бартера. Для этого ведь и существуют рынки, разве нет?»

«И чтó именно вы пришли сюда купить?»

«О, ну, знаете, то-се».

«Боюсь, мистер Карвер, что вы двое проникли на Рынок Абаддон в обход всех утвержденных постов охраны. А это означает, что вы находитесь здесь не в качестве Гостей».

В последнем слове звучала скрытая угроза. В сверхъестественном мире статус Гостя дает своего рода неотъемлемое право на безопасность. Если вы привели кого-то в свой дом, этот человек становился частью вашей семьи, пока не уходит. Даже такие монстры, как Дойл, не осмелились бы причинить вред Гостю.

Это, кстати, объясняло, почему все вокруг вели себя так расслабленно, прохаживаясь между рядами. Если для входа в Землю Тьмы требовалось получить статус Гостя, это фактически гарантировало, что никто не посмеет и пальцем тебя тронуть. А если и посмеет, то последствия будут колоссальными.

Вообще-то, довольно гениальная схема, если вдуматься. Интересно, а они берут членский взнос за статус Гостя — что-то вроде платы за вход на рынок? Учитывая, сколько народу сюда прется, это определенно золотая жила. Напомнило некоторые наши супермаркеты дома.

«Оу», — ответил я с самым смущенным видом. «Мне так неловко. Я понятия не имел, что здесь есть официальные входы. Мы, должно быть, случайно набрели на какую-то боковую дверь. Обещаю, мы не хотели пробираться сюда тайком. Мы вообще впервые на… Рынке Абаддон».

Я слегка прищурился, мысленно примеряя это «официальное» название.

«Мы с удовольствием станем Гостями, если это поможет всем почувствовать себя в большей безопасности». Я усмехнулся, словно облегченно вздохнув от того, что