Дом Фрэнка - Кей Синклер

– Я надеялся, что однажды освобожусь от воспоминаний, но они до сих пор меня преследуют. Мне кажется, я вижу ее то там, то здесь, и слышу, как она зовет меня из дендрария.

Он с трудом удерживается от слез, и у меня и самой сжимается сердце. Я спрыгиваю с дивана, пристраиваюсь на полу возле его кресла и касаюсь колена – и Фрэнк смотрит на меня влажными глазами.

– Фрэнк, мы с тобой похожи гораздо больше, чем ты думаешь.

Я стаскиваю перчатку и показываю старческую руку:

– Я ведь ни разу не рассказывала, почему лишилась колдовской силы. Я тоже призывала Смерть, чтобы та вернула мне сестру, – мои глаза тоже затуманиваются от слез. – И сестра на меня ужасно рассердилась.

«Сэйка, что ты натворила? Я уже смирилась! И тебя никто не просил вмешиваться!»

Я опускаю веки, отгоняя воспоминание.

– Со временем она простила меня. Но к тому моменту срок, отведенный ей, уже вышел. Она ушла добровольно, а Смерть с тех пор забирает плату. Мою силу. Мою молодость. Теперь это все принадлежит ей. Но тебе вовсе необязательно проходить мой путь.

– Боюсь, Сэйка, я зашел по нему слишком далеко. Единственное, на что остается надеяться, – это что я сумею спасти Ясеневые сады. Сделанного не воротишь.

– Нет, – сухо роняю я. – Я использовала звезду и вернула Фиону. Сила звезды питала мои заклинания и сдерживала проклятие, – я демонстративно поднимаю медальон повыше. – Я придумаю нужное заклинание. И когда упадет та предсказанная звезда, мы используем ее, чтобы восстановить Ясеневые сады, – а вместе с ними и тебя.

Фрэнк вздыхает и грустно смотрит на меня:

– А что насчет тебя самой, Сэйка? Хватит ли силы этой звезды, чтобы починить и тебя тоже?

Я отвожу взгляд. Да, я подумывала попросить у него кусочек звезды для себя, Фи. Но если мы собираемся вырвать из когтей Смерти и дом, и разум Фрэнка, для меня уже ничего не останется.

Горло болезненно сдавливает. Когда Смерть явится за мной, противопоставить ей будет нечего. Я смаргиваю подступающие слезы и смотрю в добрые желтые глаза.

– Со мной все будет хорошо, – улыбаюсь я. – Ты как-то сказал, что, похоже, твое предназначение – дарить любовь этому миру. Ну а мое, выходит, помогать. И я хочу помочь тебе, Фрэнк. Ты так много сделал для меня. Для Хильды. Херувимов. Оли. Ты подставлял плечо другим, так позволь мне стать опорой для тебя.

Я не замечаю, что слезы все-таки потекли по щекам, и спохватываюсь, только когда Фрэнк вытаскивает платок и вытирает мне глаза.

– Ты – невероятная ведьма, Сэйка. И еще более невероятный друг, – его мягкая мохнатая лапа гладит меня по щеке. – Спасибо тебе.

Глава двадцать первая

25 мая

Следующие два дня проносятся ураганом. В то утро, когда не стало Фила, скорбную новость за завтраком озвучила я. Фрэнк присутствовал: сидел во главе стола, низко опустив голову.

Мне было так больно говорить об этом. Больно видеть реакцию Иветты, изменившиеся лица Мерри и Мороуза, когда до них дошло. Я сообщила, что Фил ушел спокойно и легко, решив воссоединиться с супругой, и передала его последние слова Иветте, особенно подчеркнув, как он любил ее и как благодарен за дружбу. Да, это слегка подсластило пилюлю, но меня все равно не оставляло ощущение, будто над домом висит черное облако.

Единственным, кто никак не отреагировал, оказался Игнаций. Выслушав горестные новости, он сказал просто: «Фил и так был мертв», – и продолжил работать как ни в чем не бывало.

Конечно, официально Фил был мертв, но не для нас. Особенно не для Иветты. Почему его душа задержалась в Ясеневых садах так надолго, никто, кроме меня и Фрэнка, не знает. И не узнает ни это, ни кем Фил был на самом деле. Мне так хотелось всем рассказать, но обмануть доверие Фрэнка, стремящегося сохранить тайну, никак нельзя.

Стремясь всецело поддержать Фрэнка, я посвящаю все время и силы поиску нужного заклятия, с головой ныряю в исследования. И снова прихожу по утрам в комнату Игнация, хотя и ворчу по поводу его привычек. Я старательно ищу заклинание, способное восстановить разум Фрэнка, но загвоздка в том, что составить-то заговор – не проблема, а вот проверить его работоспособность, не имея источника силы, – невозможно.

Так что я записываю все приходящие в голову заклятья, чтобы протестировать их, когда мы заполучим звезду. Я не допущу, чтобы разум Фрэнка – а вместе с ним и весь дом – рассыпался в пыль.

* * *

Следующим утром я поднимаюсь рано. После чересчур ярких снов спать не особо хочется. Сегодня очередь Иветты дежурить на кухне, и я намереваюсь ей помочь.

Спускаюсь – сквозь витражные окна на плиту льется свет утреннего солнца. На стойке скучает глиняная чашка, украшенная надписью «Фил». А из нее торчит пара подрагивающих крылышек.

Я подхожу ближе, но Иветта не шевелится. И даже когда я беру кружку, она лишь плотнее сворачивается калачиком.

– Я бы сказала «доброе утро», но, похоже, сегодняшнее утро не особо доброе, а? Так что скажу просто: привет, Иветта.

– Привет, – откликается та охрипшим голосом.

– Ты так и спала тут всю ночь? А то я смотрю, на тебе пижама.

Помимо пижамы, на феечке еще и крохотный шелковый чепец, украшенный розовыми клубничками.

Иветта поднимает на меня опухшие красные глаза и трет их кулачками.

– Он ушел, Сэйка. Я знаю, он был духом – и моим лучшим другом. Первым другом, появившимся после того, как… – она сглатывает. – Ты знаешь, почему я перебралась в Ясеневые сады?

– Нет, кажется, ты ни разу об этом не говорила.

Иветта обхватывает колени руками, глядя куда-то в пространство.

– Я родом из колонии фей к востоку отсюда. Она располагалась у реки Хайле, которая часто выходила из берегов, но мы всегда предпринимали меры предосторожности. А однажды вышло так, что я отправилась путешествовать в одиночку, чтобы побыть немного наедине с собой. Родственники начали меня раздражать, так что нам требовалось побыть порознь. А когда я вернулась домой, то обнаружила, что колонию затопило. И все утонули. Вся моя семья… я единственная, кто выжил, Сэйка.

– Ох, Иветта…

– После этого я некоторое время работала в городе. Но мне было невероятно одиноко. И тут мне на глаза попалось объявление – в Ясеневые сады требовался повар. А я всегда любила готовить… вместе с мамой. Так что я приехала сюда, познакомилась с Фрэнком, с Оли, со всеми остальными. Они так тепло меня встретили, и я была невероятно счастлива снова оказаться в