Дом Фрэнка - Кей Синклер

он с готовностью ее пожимает. – Добро пожаловать в Ясеневые сады. Прошу прощения за задержку, возникшую с утра, – Фрэнку, хозяину, немного нездоровится.

– Пока со мной рядом сестрица, – Джонатан поглаживает меня по руке, – все остальное неважно.

– Что ж, погода пока хорошая, но дольше тянуть не стоит – ближе к вечеру начнется гроза.

– Да, конечно.

Оли оглядывается на Иветту и херувимов:

– Вы можете отправиться вместе, они проводят вас в дендрарий. А я сейчас подойду.

Все дружно направляются к выходу, и я уже собираюсь пойти следом, но Оли перехватывает меня по дороге:

– Эй-эй, постой-ка! Погоди. Как ты?

– Ты о чем?

Она приобнимает меня за плечи:

– Мы собираемся высадить прах твоей сестры… Фионы.

До меня неожиданно доходит, что она имеет в виду.

– А… – я моргаю. – Ах да. Да, Оливия, все хорошо.

– Ты все время так говоришь.

– На этот раз я абсолютно честна. Фи и так уже порядочно заждалась, банка с прахом запылилась и… – я округляю глаза. – Прах! Я же оставила его наверху…

Я готова броситься вон из гостиной, но Оли не отпускает.

– Сэйка, я обо всем позаботилась. И место выбрала, и прах забрала. Когда я узнала, для кого предназначена сегодняшняя церемония, решила проследить, чтобы все прошло без запинки.

– Спасибо. Да, и ты потрясающе выглядишь.

– У Хильды прекрасный вкус, да? И ты хороша, сестренка. Прямо помереть можно.

– Нет уж, еще одни похороны мы сейчас не потянем.

– Ха, ты только что пошутила на тему смерти, – улыбается Оливия. – А еще мне очень нравится твоя стрижка. Давно бы так, а не эти дурацкие тряпки. Можно потрогать?

Я киваю, и мне щекотно. Жаль, Фи, что ты не можешь погладить меня по этому ежику.

– О, так тебе нравится, когда я глажу тебя по голове? – спрашивает Оли с усмешкой.

– Нет, – вру я. – Просто голова мерзнет.

Она смеется.

– Ладно, нужно идти. Нас ждут.

* * *

Мы нагоняем остальных еще до того, как они успевают зайти в дендрарий. И как же радостно видеть их всех, собравшихся вместе – ради тебя, Фи. Хотелось бы, чтобы и Фрэнку здоровье позволило присоединиться к нам.

– Спасибо, что вы все пришли на церемонию высадки моей сестры. Это для меня очень ценно.

– Ох, Сэйка, да разве мы могли пропустить такое событие? – откликается Иветта.

– Идем, сестренка, – Оли протягивает руку, и мы первыми заходим в дендрарий. За нами идут Джонатан с девочками, и все трое изумленно округляют глаза при виде цветных деревьев.

– Ого, это невероятно! – восклицает он.

Оли ковыляет, опираясь на мою руку, и по пути рассказывает Джонатану историю Ясеневых садов – про Кайю, Фрэнка, прах и ясени, высаженные в этом волшебном лесу.

– Фионе непременно понравится это место, – отвечает Джонатан. – Когда она заболела и стало ясно, что ей осталось совсем недолго, – он украдкой оглядывается на меня, – решила подготовиться как можно тщательнее. Прослышав про Ясеневые сады, она подумала, что это – самое подходящее место для упокоения.

– И мы очень рады принять ее, – Оли утешающе сжимает мою руку.

Мы идем дальше и наконец выбираемся на полянку, окруженную настоящими, не магическими вечнозелеными деревьями. В центре уже выкопана ямка, а рядом стоит баночка с твоим мерцающим прахом, Фи.

Мы собираемся в кружок. Иветта и херувимы вознамериваются подлететь ближе, но Хильда мягко придерживает их, чтобы не мешали.

Оли выпускает мою руку и хромает вперед. Встав возле ямки, она поднимает глаза на нас:

– Друзья, сегодня к нам пришла семья великой ведьмы Фионы, искательницы приключений, – ее голос, громкий и уверенный, разносится по дендрарию. – И пусть ее тела более нет, но дух продолжит жить в Ясеневых садах.

Она берет баночку с твоим прахом, и у меня потеют ладони. А Оли поднимает глаза на меня.

– Ты готова, Сэйка?

Рука Джонатана мягко касается моей.

– Давай, Сэй, – улыбается он. – Все хорошо.

Я глубоко вдыхаю и делаю пару шагов вперед, но затем останавливаюсь и стаскиваю шелковые перчатки.

– Можешь пока подержать? – я протягиваю перчатки Джонатану, и тот вздрагивает, заметив мои старческие руки в пятнах.

– Да, конечно…

Оли передает мне твой прах. И вот он лежит у меня на руках – последние частички тебя, на тех самых руках, которые я подставила проклятию ради тебя. И я бы сделала это снова, Фиона. Столько раз, сколько понадобилось бы.

Я поднимаю глаза на нашу семью – на твою, на мою. Все смотрят на меня влажно блестящими глазами.

– Фиона… Фиона хотела стать чем-нибудь прекрасным после смерти. Как и сказала Оли, она была великой ведьмой и искательницей приключений. Она была доброй. Любящей. Ну, иногда чересчур властной, – я усмехаюсь.

В этот момент за деревьями мелькает темный силуэт, и на полянку выходит Фрэнк, причесанный и одетый в подобающий случаю темный костюм. И, встретившись со мной взглядом, мягко улыбается. А затем коротко кивает и встает с краю, рядом с Хильдой и остальными.

– Фиона была моим самым лучшим другом. Моим первым другом. Моей сестрой, – я опускаю глаза на баночку. – Я люблю тебя, Фи. В жизни ли, в смерти – ты всегда будешь моей сестрой.

Я оглядываюсь на Оли, и та начинает колдовать. Несколько пассов – и земля поднимается в воздух. А следующий пасс мы совершаем вместе – я высыпаю твой прах, а она возвращает на место землю.

И повисает оглушительная тишина.

Баночка пуста, и я отхожу в сторонку, а Оливия как следует утрамбовывает землю и орошает ее зачарованной водой.

А затем выходит вперед:

– Приглашаю членов семьи что-нибудь сказать Фионе напоследок.

Девочки крепко держат Джонатана за руки. Они втроем подходят к месту высадки, и Джонатан опускается на колени.

– А ты разве не хочешь ничего сказать? – шепотом уточняет Оливия, когда замечает меня на краю полянки.

– Я уже сказала все, что хотела.

Мы вместе отходим под елки.

– Судя по всему, твоя сестра была истинным сокровищем, – улыбается Хильда.

– Мне жаль, что ее не стало, – бормочет Мороуз.

– Спасибо, – я оглядываюсь на Фрэнка и поправляю ему лацкан пиджака. – Как ты себя чувствуешь?

– В разы лучше. Прости, что не предупредил тебя заранее.

– И хорошо, что не предупредил, потому что иначе я бы нашла очередной повод увильнуть. – Фрэнк сгребает меня в объятия, и я крепко обнимаю его в ответ. – Спасибо, что пришел.

* * *

По возвращении в дом Оли отправляет всех в гостиную, а я завожу Иветту на кухню и тихонько спрашиваю:

– Ты что-нибудь приготовила?

– Сварганила немножко пирожных, но на этом все. У нас еды-то на пару дней осталось.

– Приготовь еще что-нибудь. Все, что сможешь.

– Уверена? – округляет глаза фея.

– Ситуация с едой у меня под