В крепости Чёрного Пламени (Блэкфайр) - Энтони Райан

был универсальным и в какой-то степени подходящим северным термином для обозначения любого чужеземца, который был родом с юга от гор, где Пять Морей господствовали над всей жизнью и торговлей. "Но не ты", - добавил оруженосец, прищурившись и пристально посмотрев на Лорвета. Его взгляд стал еще более подозрительным, когда переместился на Гайма. "И не ты, я полагаю. Поцелуй солнца придает коже бронзовый оттенок, но не скрывает вашего происхождения. Из какого герцогства вы родом?"

Возможно, он и был проницательным, но этот вопрос свидетельствовал о явном недостатке опыта в найме наемников. "Прошлое человека - это его личное дело", - сказал ему Гайм. "У меня есть меч и умение им пользоваться. Мои соратники не менее достойны платы за опасную работу". Он кивнул своим спутникам, прежде чем бросить многозначительный взгляд на почти голую полосу изрытой колеями грязи. "Похоже, вам очень нужны такие люди, как мы. Ничто другое не должно волновать вас в данный момент".

Осторожность оруженосца, очевидно, не распространялась на его нрав, ибо его тяжелые черты лица приобрели гневный оттенок. "Я не собираюсь слушать от вас лекции о том, как вести свои дела..."

"Если позволите, добрый сэр, - вмешался Лорвет, низко поклонившись и встав между Гаймом и оруженосцем. "Вы должны простить нашего капитана. Столько сражений огрубляют манеры человека. Так уж повелось у Железных Псов". Он выпрямился, напустив на себя вид горделивого ожидания.

"Железные Псы?" - спросил оруженосец, прищурившись.

"Ну да". Лорвет рассмеялся с явным удивлением. "Сами гончие красных песков". Он снова сделал паузу, давая оруженосцу возможность продолжить изумляться. "Победители Проклятия?" добавил Лорвет, по-видимому, сбитый с толку невежеством этого человека. "Ветераны сотен сражений во время междоусобиц Картулы и спасители Атерии. Сэр, - Лорвет отступил назад, раскинув руки, чтобы охватить их группу, - я не лгу вам. Это действительно Железные Псы, и никакие другие".

"Никогда не слышал о вас". Оруженосец говорил грубовато, но его пыл остыл. "У них есть оружие", - заметил он, кивнув головой на Гайма и остальных, а затем пристально посмотрел на Лорвета. "Но у тебя нет ничего, кроме ножа. Что делает тебя достойным найма, кроме твоего цветистого языка?"

Лорвет поднял бровь, глядя на Гайма, и, получив в ответ кивок, широко улыбнулся оруженосцу. "Полагаю, ты стоишь здесь уже довольно долго", - сказал он. "Возможно, тебе не помешает прохладный ветерок."

Ветер, который он вызвал, был слишком сильным, чтобы назвать его бризом: он поднял с дороги клочья грязи, которые образовали коричневый вихрь вокруг телеги оруженосца, прежде чем Лорвет позволил ему рассеяться. Вряд ли это была его самая впечатляющая демонстрация, но она произвела впечатление на оруженосца, хотя на его лице отразилась изрядная настороженность, когда он окинул друида долгим оценивающим взглядом.

"Не могу предложить больше двадцати пяти шиллингов в неделю", - сказал он. "Даже для мага".

"Тридцать", - констатировал Гайм. "И столько же для остальных". Он тонко улыбнулся. "Железные Псы - не нищие".

Если бы он не стоял рядом с оруженосцем, то, по мнению Гайма, сэр Ансельм Чаллис выглядел бы куда более внушительно. Как бы то ни было, этот высокий молодой человек с каскадом темных шелковистых волос и бесспорно красивым лицом казался не более чем неопытным юнцом, когда стоял в палатке, размышляя над словами своего громоздкого помощника.

"Они утверждают, что являются знаменитым отрядом воинов из-за морей, милорд, - говорил он. "Не могу сказать, что это правда, но Марет - маг и может оказаться полезным. Не уверен, что его стоимость равна тридцати в неделю".

"Тридцать, значит?" Сэр Ансельм задумался, нахмурившись, когда оглядывал Лорвета, а затем остальных недавно названных Железных Псов. Как и многие молодые люди, он задержал взгляд на Орсене, но не так сильно, как обычно, большая часть его внимания была сосредоточена на Гайме.

"Не ошибусь ли я, если назову вас лидером этой группы, господин?" - поинтересовался он.

"Нет", - просто ответил Гайм, наблюдая, как Ансельм сосредоточенно смотрит на рукоять меча, торчащую над его плечом. Навершие, рукоять и эфес были обернуты кожей и мехом, что скрывало большую часть украшений. Однако просвечивающий сквозь них металл был незапятнанным и без каких-либо царапин. На взгляд несведущего человека, это оружие представляло собой значительную ценность и очень сильно отличалось от вида седовласого человека, который его носил.

"Незнакомый узор", - заметил Ансельм, протягивая руку. "Могу я взглянуть на него?"

"Религиозные убеждения нашего капитана запрещают подобные вещи", - быстро вставил Лорвет, добавив подобострастное "милорд" для пущей убедительности."

"Ах", - сказал Ансельм. Он поджал губы, давая понять Гайму, что этот человек, как и его оруженосец, не дурак, даже если и взялся за дурацкую миссию. "А как вас зовут, капитан?"

"Сойдет и просто капитан", - сказал ему Гайм.

"Как пожелаете". Рыцарь нахмурил брови и пытливо наклонил голову. "Любопытный у вас акцент, капитан. Я бы отнес его к срединным герцогствам, но в нем есть нотки, которых я не слышал с тех пор, как умер мой дед".

Гайм некоторое время пристально смотрел на Ансельма, ища в его лице хоть какой-то намек на возможно опасные знания. Вот и посеяно семя подозрения, мой повелитель, пробормотал Лакорат. Оно непременно прорастет. Лучше всего перерезать ему горло, когда представится удобный момент, а?

"Мне сказали, что вам нужны бойцы для похода в восточные баронства, - сказал Гайм. "Цена - тридцать шиллингов в неделю на меня и моих псов. Эта цена не подлежит обсуждению. Я не потерплю дальнейших расспросов о себе и своей компании. Вы платите нам за то, что мы маршируем и сражаемся под вашим знаменем, вот и все. Наша верность заканчивается, когда заканчивается плата. Таков кодекс тех, кто идет по пути наемного клинка. Если вы не сможете выполнить эти условия, мы уйдем".

Он направился к пологу палатки и пригнулся, чтобы откинуть его в сторону, но остановился по команде рыцаря. "Стой!" В голосе Ансельма прозвучала властная нотка, которая свойственна только тем, кто рожден быть важным. Положение при дворе короля Гайма, известного во всем мире под прозвищем Разрушитель, было заработано, а не унаследовано. Таким образом, подобный тон когда-то заставил бы Гаима потратить немного времени, чтобы внушить уважение этому привилегированному щенку. Капитан "Железных